Стивен Лезер - Выстрел издалека

– Да, – согласился Малхолланд. – Я говорил с Бобом Санджером вчера ночью, и он согласен с тобой. Он перебрасывает в этот район агентов Секретной службы и усиливает президентскую охрану.

Говард фыркнул.

– А я-то думал, охрану уже некуда больше усиливать.

– Да, но я полагаю, что сейчас он гораздо больше озабочен тем, как бы прикрыть свою задницу, чем всем остальным, – ответил Малхолланд.

– Эд, а не проще ли не выпускать президента на публику, пока все не выяснится?

– Боб уже побывал у президента, но его взгляды не изменились. Президент категорически заявляет, что не может сидеть заложником в Белом доме под угрозой покушения. Он разрешает усилить меры безопасности, но не станет отменять ни одно свое появление на публике. То же относится и к премьер-министру. Мы уже связались с его охраной, и премьер-министр дал ясно понять, что тоже не отменит ни одного мероприятия. Он говорит, что англичане не обращают внимания на угрозы ИРА дома, тем более не будут делать этого здесь.

Говард ожидал, что ситуация примет именно такой характер, но тем не менее был разочарован.

– Сколько поступило звонков? – спросил он.

– Уже около двухсот, но они все продолжаются, – ответил Малхолланд. – Похоже, чуть ли не каждая собака видела Бейли или Хеннесси. Звонят от Сан-Франциско до Кейвеста и из всех пунктов между ними. Около дюжины из балтиморско-вашингтонского района, сейчас мы их отрабатываем.

Говард рассказал Малхолланду, как О'Брайен выследил Бейли на аэродроме, и сообщил, что решил допросить Патрика Фаррелла.

– Как думаешь, что за этим кроется? – спросил Малхолланд.

– Возможно, это их отходной путь, – сказал Говард. – Если у них все пройдет удачно, им надо будет как-то выбираться. Знаешь, у меня есть идея, которой я хотел бы с тобой поделиться. Этот парень, О'Брайен, единственный, кто живьем видел вблизи Хеннесси, Карлоса и Бейли. Я думаю, нельзя ли нам его как-то использовать.

– Что ты имеешь в виду?

– Я хотел бы поместить его в окружение президента, не среди охраны, естественно, но достаточно близко, на случай, если они попытаются что-то предпринять с короткой дистанции.

– Да, но ведь мы исходили из предположения, что действовать будут снайперы, не так ли?

Говард разъяснил теорию Энди Кима, что Хеннесси, Бейли и Карлос могут планировать быть поближе к цели, как это показано на видеозаписи Митчелла, для руководства снайперами или на тот случай, если снайперы промахнутся.

– Итак, ты хочешь, чтобы О'Брайен выискивал их в толпе? – спросил Малхолланд.

– Он видел их в лицо, тогда как мы работаем лишь по фотографиям. Если они действительно намереваются приблизиться к президенту, могу дать голову на отсечение, что они изменят свой внешний вид. А О'Брайен, возможно, узнает их по походке или по манере держаться. Тебе не хуже моего известно, что человека можно издалека узнать по характеру его движений. О'Брайен – единственный, кому это под силу.

– Да, Коул, но ты ведь даже не знаешь, что за птица этот О'Брайен.

– Как я уже сказал, сейчас его проверяют. Он заявляет, что раньше служил в частях САС, действовавших против ИРА в Северной Ирландии. Натренирован он не хуже наших «зеленых беретов» и работает по легенде.

– Но ты говорил, что его пытали и ранили, – продолжал сомневаться Малхолланд.

– Он ранен, но не слишком тяжело, – ответил Говард. – Я уже разговаривал с лечащим врачом. Тот утверждает, что большинство ран выглядят ужасно, но опасности не представляют.

– Я не знаю, насколько близко разрешит подпустить его к президенту Боб Санджер. – Для Говарда это звучало так, словно Малхолланд ищет причину отказать ему.

– Я понимаю, дело это трудное, но если преподнести Санджеру все под нужным углом…

Малхолланд рассмеялся.

– О'кей, Коул, я поговорю с ним. Дашь мне знать, что раскопал Салливан. Он ведь собирался проверять через Лондон, да?

– Да. А отпечатки пальцев мертвой девушки мы проверим через компьютер.

– Ты думаешь, это третий снайпер, Лена Рашид?

– Очень возможно. А раз один из снайперов мертв, это увеличивает шансы на внесение изменений в их планы, чтобы нанести удар с близкого расстояния. – Клутези стоял перед Говардом, прижав телефон к уху, и слегка помахивал ему свободной рукой. – Подожди секунду, Эд, – сказал Говард. – В чем дело? – спросил он Клутези.

– Фрэнк сообщает, что мертвая девушка – точно Лена Рашид, – ответил Клутези.

– А О'Брайен?

– Ни в наших, ни в интерполовских досье на него ничего нет. Мы послали запрос в МИ-5, но, принимая во внимание, что случилось с их человеком, они могут не слишком стремиться нам помочь.

Говард кивнул и продолжил разговор.

– Эд, Фрэнк сообщил, что девушка в подвале – определенно Лена Рашид. О'Брайена он еще проверяет.

– О'кей. Я поговорю с Бобом Санджером, а потом свяжусь с тобой. Да, чуть не забыл, из Феникса звонил Джейк Шелдон, спрашивал, как вписалась в вашингтонскую команду Келли Армстронг. Похоже, он о ней высокого мнения.

– Да, работает она как лошадь, – резко отозвался Говард.

– Именно так я ему и передал, – сказал Малхолланд. – Хорошо, Коул, до скорого.

Мэтью Бейли взял такси от аэродрома «Бейбриджа» до балтиморского отеля «Марриотт», а там целых тридцать минут простоял на улице, пытаясь поймать машину до аэродрома «Фаррелл авиэйшн». Поглубже натянув на голову бейсбольную кепку, Бейли не снимал темных очков, но, видимо, эти меры предосторожности были излишними, ни один шофер даже не взглянул на него. Подъехав на такси к аэродромной автостоянке, Бейли убедился, что за ним нет хвоста, и лишь тогда сел в свою арендованную машину. Он мечтал поскорее попасть в мотель и снова быть возле Мэри Хеннесси, но вел машину, не выходя за допустимый предел скорости. Он никак не мог понять, почему американцы уперлись в 55 миль в час, по сравнению с тем, как он привык ездить в Англии, это была черепашья скорость. Бейли нетерпеливо постукивал по рулю и крутил ручку автомобильного приемника. Отовсюду лилась только реклама: ресторанов, магазинов автозапчастей, распродаж, пива, супермаркетов. Как будто все станции сговорились и пускали рекламные паузы так, чтобы не было никакой возможности их избежать, не на одном, так на другом канале. Тот же феномен он замечал на американском телевидении. Бейли раздраженно выключил радио и сосредоточился на дороге. Предстоящая операция больше не пугала его, он даже ждал ее, готовый показать Мэри, на что он способен. В предвкушении этого Бейли чувствовал себя более энергичным, чем когда-либо в своей жизни. Мэри была права, когда давным-давно они обсуждали этот день в барах Белфаста. В их честь будут звучать песни и звенеть бокалы, и имена Мэтью Бейли и Мэри Хеннесси люди будут помнить вечно.