Джон Фарроу - Ледяное озеро

Хонигвакс покачал головой и спокойно стал рассматривать собственные ногти, как будто хотел понять, не пора ли делать маникюр.

— У нас никогда не было в этом необходимости, детектив. «БиоЛогика» является лидирующей компанией в своей области. Остальные плетутся у нас в хвосте. Поэтому они и стремятся выяснить, чем мы занимаемся.

— А вас не интересовало, что именно забрали с собой Хиллер и Ларджент, когда создавали свою новую компанию? У вас ведь должна была с ними быть какая-то судебная тяжба, или я не прав? Неужели вы не хотели получить информацию о том, чем они занимаются?

— «Хиллер-Ларджент» я не опасаюсь, Санк-Марс.

Теперь он не смотрел на полицейского, голос его звучал монотонно, как будто это обсуждение было слишком приземленным для человека его интеллектуального уровня.

— Кто еще ушел из «БиоЛогики» вместе с Хиллером и Ларджентом? Они ведь наверняка ушли отсюда не одни.

— Вряд ли я сейчас смогу всех припомнить.

— Ну, может быть, хоть кого-нибудь?

Хонигвакс слегка стукнул по подлокотникам кресла, будто хотел пришпорить лошадь, поскорее отделаться от навязчивого посетителя или беседа шла слишком вяло и была для него утомительна.

— Некоторым надо было бы дважды подумать перед тем, как решиться на такой шаг. Но нас это не беспокоило.

— Из вашей компании уходили ученые, а вас это не волновало?

— Тоже мне ученые, — презрительно хмыкнул президент. — Лучшим из этой своры был Хиллер, но он, конечно, возвращаться не собирался. Сжег за собой мосты. А остальным — грош цена, некоторые из них и того дешевле. Если они не преданы компании — скатертью дорога.

Санк-Марс стрельнул глазами в сторону Мэтерза, потом снова перевел взгляд на Хонигвакса.

— Я полагаю, вы не могли позволить «Хиллер-Ларджент» нормально работать, не зная, чем они занимаются. Может быть, именно с этой целью вы взяли на работу такого человека, как Эндрю Стетлер, чтобы послать его выяснить, что там к чему. Я располагаю сведениями о том, что он был связан с некоторыми сотрудниками «Хиллер-Ларджент».

Сложив руки на животе, президент кивнул в знак согласия.

— Возможно, он и был связан там с отдельными людьми. Но это к делу не относится. Если мне не изменяет память, кто-то из «Хиллер-Ларджент» сделал ему одолжение и послал его ко мне.

— Да! — с энтузиазмом воскликнул Санк-Марс. — Именно это меня и удивляет. Никак не могу понять, с чего бы вашему основному сопернику присылать вам сотрудников. Если только, конечно, Энди не был их шпионом. Именно в этом состоит другое предположение, и оно тоже вызывает у меня закономерный вопрос: зачем вам понадобилось нанимать человека, посланного к вам вашими соперниками? Я не вижу в этом никакого смысла, разве что Энди мог вам помочь разобраться с системой безопасности «Хиллер-Ларджент».

— Бросьте, сержант-детектив, вы как будто живете в мире фантазий. — Теперь Хонигвакс сидел в кресле прямо, как бы давая тем самым понять, что Санк-Марс припер его к стенке. Он поднял вопросы о его отношениях с другой компанией и той роли, которую играл в них Энди. Президент этого не хотел.

— Вы так считаете? А имя Камиллы Шокет вам ни о чем не говорит?

— Чье имя?

Санк-Марс не стал повторять имя, он спокойно сидел и ждал.

— Это имя мне знакомо. Кажется, раньше она какое-то время работала в моей компании. Да, точно. Если вы о ней упомянули, должно быть, она перешла в «Хиллер-Ларджент».

— Собственно говоря, я этого не делал. Я хочу сказать, не упоминал. По крайней мере, в отношении мисс Шокет.

— Это не принципиально, — сказал Хонигвакс.

— А Люси Габриель? Вы с ней знакомы?

Президент пожал плечами.

— То есть ответ отрицательный?

— Это имя ничего мне не говорит. На меня работали тысячи людей. А кто она?

— Всего лишь простая, самая обычная жертва похищения. Она тоже работала в «Хиллер-Ларджент». Странно как-то получается — ваших работников убивают, служащих ваших конкурентов похищают. Я все пытаюсь два прибавить к двум, но у меня ничего не сходится.

— Да, видимо, у вас с этим проблемы.

Санк-Марс заметил на себе взгляд напарника и понял, что его этот разговор забавляет. Молодому полицейскому явно нравилось наблюдать за тем, как начальник раскручивает собеседника, и вместе с тем ему было ясно, что Санк-Марс разошелся не на шутку. Начальник ему чуть улыбнулся, как бы подтверждая, что он и впрямь в ударе. Хонигвакс ему не нравился, и, даже если он не был повинен ни в каком преступлении, детектив твердо решил перед уходом поиграть на его нервах. Он чувствовал, что уже само по себе его присутствие здесь выводит президента из равновесия, и потому не торопился уходить.

— Скажите мне, сэр, где вы были в ту ночь, когда убили Эндрю Стетлера, — в ночь с субботы двенадцатого февраля на воскресенье тринадцатого?

Какое-то время на лице Хонигвакса играла легкая самодовольная ухмылка. Потом он коснулся пальцем верхней губы, чтобы вытереть малюсенькие капельки выступившего пота.

— Здесь, — ответил он, расплывшись в улыбке. — У себя в кабинете. У меня было много работы. Я часто сюда прихожу, когда в здании уже никого нет. У меня, Санк-Марс, такая работа, которую нельзя делать с девяти до пяти.

— Кто вас здесь видел?

— Думаю, охранник. Больше тут никого не было. Здание мне показалось совсем пустым.

— Значит, вы были поблизости. — Санк-Марс пристально смотрел на Хонигвакса.

— Что вы имеете в виду — поблизости?

Санк-Марс кивнул в сторону озера.

— До места преступления, сэр, отсюда рукой подать. Вы ведь согласитесь со мной, что оно совсем рядом. По вашему собственному признанию, вы были поблизости от него.

— Я не был на озере.

— Вы были поблизости. — У Санк-Марса зазвонил мобильник, он вынул его из кармана и передал Мэтерзу, чтобы тот ответил. И старший детектив, и президент смотрели на младшего полицейского, когда он выходил из кабинета. Потом Санк-Марс встал и взял со спинки стула зимнюю куртку. — Благодарю вас за сотрудничество, сэр. Мы с вами свяжемся.

— Вы ведь считаетесь таким крутым полицейским, — запротестовал Хонигвакс. — Если вы меня обвиняете в преступлении, вам еще очень далеко до его раскрытия.

— Я не обвиняю вас в преступлении, сэр. Мы просто обменялись мнениями. Если бы я обвинил вас в убийстве, вы бы не сидели здесь, вальяжно развалившись в кресле. На вас были бы уже наручники, и вы яростно пытались бы доказать свою непричастность к этому делу. Уж я-то это знаю. Я многих арестовывал. Вы выслушали бы ясное и четкое обвинение. Вам бы тогда следовало вызвать вашего адвоката, сэр, хотя бы для того, чтобы поверить собственным ушам. А сейчас позвольте мне откланяться.

— Вы идете по ложному следу, Санк-Марс.

— Кто же тогда убил Эндрю Стетлера?