Клайв Касслер - Змей

— А я что-то не пойму, при чем тут каменная глыба, — пожал плечами Завала. — Особенно после того, как ее превратили в кучу щебня.

— Здесь важна не только моя оценка. Вспомните, это Сэнди идентифицировала голову. Сэнди — самый авторитетный специалист по Латинской Америке. Именно Сэнди Стэнфорд вела всю работу по исследованию крупных древних городов вроде Тикаля и десятков менее известных, но не менее важных.

— Хорошо. Пусть твоя Сэнди права. И все же почему фигура так важна?

— Да ведь эта находка может потрясти весь научный мир! На протяжении многих лет людей интересовало, были ли контакты между Старым и Новым Светом в доколумбову эпоху.

— Это вроде вопроса о викингах? А я думал, что необходимые доказательства имеются, — сказал Завала.

— Имеются, однако приняты они не безоговорочно. И к тому же я веду речь о связях между двумя мирами задолго до появления викингов. Проблема состояла в том, что до сих пор не существовало научно обоснованного вещественного доказательства. А голова стала бы именно таким доказательством.

Остин удивленно посмотрел на девушку.

— И что?

— Прости? — изумленно переспросила Нина. Она была сбита с толку.

— Ну, предположим, эта каменная статуя и в самом деле подтвердила бы существование контактов. Кому это важно, кроме историков и археологов? Короче говоря, за что здесь убивать?

— А-а-а, теперь мне понятно, что ты имеешь в виду, — с облегчением произнесла Нина. — Но я не могу ответить на вопрос. Знаю только, что мое открытие каким-то образом связано с убийством.

— Стоп. Никто же в лагере не знал о находке...

— Нет, не знал. Однако все узнали бы через некоторое время. С точки зрения профессиональной этики я должна была сразу же рассказать о находке профессору Ноксу и доктору Физелю. Просто находка оказалась столь невероятной, что я хотела еще раз все проверить. Вот я и сообщила обо всем Сэнди.

— Значит, об открытии знали только вы двое?

— Да. Сэнди никогда не разболтает. У нее в руках информация в полной безопасности. А мне необходимо как можно скорее вернуться домой.

— Мы направляемся на Юкатан исследовать место падения астероида. Еще на день задержимся здесь, — сказал Остин. — Будь нашей гостьей, а затем мы подвезем тебя в Марракеш, где ты сможешь сесть на самолет до Нью-Йорка. Хватит времени на то, чтобы отдохнуть и привести в порядок мысли.

— Спасибо. У вас я чувствую себя в безопасности.

— И не только в безопасности. На борту еще и превосходно кормят.

— Я должна сообщить о произошедшем на кафедру антропологии. Они будут просто подавлены. Все так любили профессора Нокса...

— Не проблема. Я отведу тебя в радиорубку, — пообещал Завала.

Остин остался сидеть в столовой. Он вертел в руках стакан с холодным чаем и думал о том, что в случившемся нет ровным счетом никакого смысла.

Через несколько минут вернулись Нина и Джо.

— Быстро, — удивился Остин. — Не удалось связаться с университетом?

Завала выглядел необычайно мрачным.

— Со связью нет проблем, Курт, — ответил он. Остин заметил слезы в глазах Нины.

— Я разговаривала с руководством. Они сперва не хотели говорить мне, однако я почувствовала — они что-то скрывают! Господи! Господи! Да что же происходит?

— Ничего не понимаю, — пробормотал Остин.

То, что через несколько секунд сообщила ему Нина, потрясло Курта до глубины души:

— Сэнди. Она мертва.

Остин лежал на койке в своей каюте и смотрел в потолок, с завистью слушая мерное посапывание Завалы. Шеф-повар, как обычно, перестарался с приправами и маслом, но не желудок, а мысли не давали покоя Курту.

Предполагалось, что пробный рейс «Нерея» даст возможность команде сделать перерыв в разрешении разнообразных секретов подводного мира. И тут вдруг появилась Нина, преследуемая убийцами. Возможно, не спалось Остину как раз из-за мыслей о симпатичной молодой женщине.

Он посмотрел на часы. Три утра. Вдруг вспомнилось, как доктор рассказывал, сколь часто именно в это время смертельно больные люди испускают дух. Что за черт? Нужно развеяться. Остин оделся и потихоньку вышел из каюты.

Дверь в рулевую рубку была открыта. Курт заглянул внутрь. Вахту нес молодой матрос Майк Кёртис. Парень сидел, уткнувшись в книгу.

— Привет, Майк. Не могу уснуть. Не возражаешь против компании?

Матрос улыбнулся, отложил книгу.

— Нисколько. Сидеть здесь одному очень скучно. Хочешь кофе?

— Спасибо. Черный.

Пока Майк наливал кофе, Курт взял книгу — популярное издание по геологии.

— Не слишком веселое чтение для ранней вахты.

— Да я вот думал о Юкатане. Неужели динозавры и в самом деле исчезли из-за падения метеорита или кометы?

— Когда объект размером с Манхэттен падает на землю, что-то должно произойти. Были ли гигантские ящеры уже на грани вымирания — другой вопрос. Предстоящее исследование планктона должно кое-что разъяснить. Забавно: крошечные одноклеточные животные помогут узнать, что случилось с крупнейшими обитателями планеты.

Они беседовали, пока Майку вновь не пришлось заняться своими непосредственными обязанностями. Остин прошел через радиорубку в картографическую, откуда через большие окна открывался вид на океан.

Курт развернул карту побережья Марокко и отметил крестиком нынешнее положение судна. Внимательно изучив побережье Африки, Остин покачал головой. Это ничего не дает. Катер-амфибия мог появиться откуда угодно.

Остин перелистал вахтенный журнал. До сегодняшнего дня путешествие было довольно приятным. Быстрый переход через Атлантику, краткая остановка в Лондоне, чтобы взять на борт ученых из Европы, пара великолепных недель в Средиземном море для проверки подводного снаряжения и, наконец, прибытие к марокканскому побережью два дня назад.

А теперь возникла история Нины — жуткая и невероятная, с какой стороны ни посмотри. Однако нападение катера и кровавые улики на месте лагеря убедили Остина в реальности событий. И еще это ужасное известие о гибели ее коллеги. Автомобильная катастрофа. Очень удобно. Да, у убийц длинные руки. Они уничтожили всю информацию, которую Нина переслала Сэнди. Теперь Кирофф — единственная, кто знает о каменной голове. Слава Богу, она здесь в безопасности, спит в соседней каюте, приняв легкое успокоительное.

Остин вышел из рубки и встал, опершись на перила. Корабль был погружен почти в полную темноту, горели только габаритные огни. Все покрывал мягкий бархат ночи. Единственное, что напоминало о близости суши — запах гниющей растительности, доносившийся с берега. Интересно, сколько таких маленьких экспедиций сгинуло в ночи? Возможно, правду уже никто никогда не узнает.

Хватит философствовать. Остин зевнул, потянулся и стал раздумывать, пойти ли лечь спать, вернуться в рулевую рубку или остаться здесь. Курт наслаждался красотой и покоем ночи.