Иван Сербин - Сделка

Справа, видимо, с одной из боковых улочек, появился Ясенев. Алексей видел, как он пересек площадь, затем сбавил шаг, словно раздумывая, свернул и зашагал к промтоварному магазину. Толкнув массивную стеклянную дверь, сержант скрылся внутри.

Алексей встал и прошелся по кабинету. Без всякой цели, просто так, чтобы размяться. Остановившись у окна, он снова посмотрел на улицу. В это мгновение до него и донесся отдаленный глухой рокот. Алексей насторожился. Этот звук не предвещал ничего хорошего. Сердце вдруг пустилось в неровный галоп, подкатило под самое горло. С каждой секундой звук нарастал, становясь все более чистым и отчетливым. Вертолет, должно быть, уже шел над поселком. По басовитому, мощному гулу турбин Алексей узнал «Ми-24». Тот самый, что доставил троицу автоматчиков и собаку на аэродром прошлой ночью. Алексей нервно оглянулся. Дверь по-прежне-му была заперта. И Ясенев все не вышел из универмага.

И вдруг он все понял. Сержант специально запер его. Вызвал убийц и удалился, давая людям Сулимо возможность расправиться с ним. Хотя, наверное, сам Ясенев и не желал ему зла. Возможно, тот, кто стоял выше убийцы-капитана на этой длинной таинственной лесенке, сделал так, что милиция обязана была известить штаб округа или какое-то конкретное лицо в том случае, если беглец объявится в одном из таких вот городков. Похитители самолетов, несомненно, понимали, что не смогут контролировать все города и поселки, но они понимали также и то, что рано или поздно Алексею придется выйти к населенному пункту. Раненый, уставший, голодный и замерзший, он будет вынужден искать убежища.

Тот, кто находился на самой вершине черной лестницы, знал, в каком состоянии находится Алексей, и сделал свой ход. Точный и безошибочный.

Вертолет шумел уже над самой крышей. Алексей наклонился к стеклу и посмотрел вверх. Тяжелый, массивный «Ми-24» с красной звездой на борту прошел совсем низко, метрах в семидесяти от земли. На мгновение геликоптер завис над площадью, а затем резко накренился и уплыл влево. Небольшие снежные вихри еще несколько секунд гуляли по площади, а затем улеглись, успокоились.

Рокот винтов постепенно отдалялся. Вышедший из дверей магазина Ясенев тоже посмотрел вслед вертолету, а потом неторопливо зашагал через площадь. Он шел спокойно, как человек, которому не о чем волноваться. Для него весь мир умещался в границах одного крохотного городка. Вселенная в миниатюре. Уютная, тихая, без катаклизмов и бурь. Разве мог сержант представить себе отряд убийц, вооруженных автоматами, если самая большая беда, случавшаяся когда-либо в его умиротворенном мирке, — это двухдневное отсутствие пива жарким летом после праздников.

«Ну, быстрее же, быстрее!!! Торопись, пока не появились ОНИ!!!»

Алексей вдруг разглядел вытянутые в трубочку губы Ясенева. Сержант что-то насвистывал себе под нос. Вот он поднял взгляд, столкнулся с встревоженным взглядом задержанного, и свист мгновенно оборвался. Лицо Ясенева стало серьезным и непроницаемым. С него словно стерли всякое выражение, как стирают со школьной доски написанную кем-то чепуху. Правда, сержант вроде бы чуть-чуть ускорил шаг.

Ясенев вошел в отделение, шумно хлопнув дверью, крякнул с мороза, постучал сапогами о деревянный порожек, стряхивая едва заметный снег, — не хотелось грязь разводить, — и направился к конторке.

— Пообедали? — кривовато ухмыльнулся Уфимцев.

— Борщ отвратительный, лучше возьми рассольник.

— Возьму, Жек, возьму, — Уфимцев продолжал загадочно усмехаться с таким видом, что Ясенев тут же понял: сейчас приятель скажет какую-нибудь гадость. — А Богдан где?

— Домой зашел, сейчас подойдет.

— У тебя-то что? Дозвонился?

— Дозвонился, — Уфимцев кивнул. — Обвел тебя твой летун вокруг пальца. Никакой он не летчик, дерьмо драное. Тоже мне, капитан. У него же на морде написано: он такой же летчик, как я — сивый мерин.

Ясенев внимательно наблюдал за ним:

— Короче, Уфимцев.

— Ну, во-первых, никакой пропажи самолетов не зафиксировано, чтобы ты знал. Был у них несчастный случай, и как раз вчера. Но оба летчика погибли.

— Где? — жестко спросил Ясенев.

— Над Грозным, — усмехнулся Уфимцев. — Но там, говорят, ничего загадочного. Сейчас как раз комиссия работает. Вроде бы уже во всем разобрались.

— С кем ты разговаривал?

— Заместитель начальника штаба округа по личному составу подполковник Сивцов.

— А что он сказал об Алексее Николаевиче Семенове? — нахмурился Ясенев.

— Нет у них летчика Алексея Николаевича Семенова. Они вообще о летчике с такой фамилией ничего не слышали. Но зато у них есть капитан с таким именем, фамилией и отчеством. И вот этот капитан уже две недели, как находится в розыске.

— В связи с чем? — спросил Ясенев.

— Особый отдел ищет его за передачу данных дудаевским боевикам. Короче, этот козел сведения качал на ту сторону. А когда его взяли за ж…у, свалил вместе с каким-то солдатом. Солдата, между прочим, нашли два дня назад в пятнадцати километрах от Новошахтинска с пулевой дырой в голове. Понял, что к чему?

— И дальше? — поинтересовался Ясенев угрюмо. — Нам-то теперь чего делать?

— Ничего, — пожал плечами Уфимцев. — Я им сказал, мол, этот Семенов у нас под замком сидит.

— Ну а они что? Да говори, не тяни. Как повар в ресторане, все крохотными порциями.

Уфимцев весело гыкнул:

— Ничего, мужик. Сказали, пришлют людей, заберут этого урода. А нам с тобой, глядишь, и благодарность обломится.

— Да ну? — хмыкнул Ясенев. — Тебе-то за что?

— За то, что помог задержать опасного преступника, — снова гыкнул Уфимцев.

— Задержалыцик офигенный, — буркнул Ясенев.

— А скажи еще «нет»? Под чьим присмотром он здесь сидел? А если бы этот урод смекнул чего да двери вынес, пока ты там борщи жрал в своей столовой? Кому бы его пришлось пеленать? Не тебе же?

— А то тебе? — недобро усмехнулся Ясенев. — Ты бы обделался со страху и под стол залез.

Уфимцев вдруг оскалился зло:

— Ладно, ты не остри, остряк. Умный больно. У нас ведь и на глупых, и на умных управу можно найти.

— Все, проехали, — Ясенев полез в карман, достал пачку сигарет и закурил. — Не вяжется чего-то, — наконец сказал он.

— Чего у тебя не вяжется? — раздраженно спросил Уфимцев. — У всех вяжется, а у него не вяжется. Вечно с тобой головная боль.

— Две недели, — Ясенев качнул головой. — И что, за две недели он себе шмоток нормальных не смог раздобыть? Так и ходил мокрый?

— Да почему? Грохнул солдата, пустился в бега, в речку свалился.

— Ну да. А рана у него на плече откуда?

— Да от верблюда!!! Хрен его знает, откуда! — взорвался Уфимцев. — Тебе-то какая, в ж…у, разница? Может быть, это пацан его за. плечо укусил. Не знаю я и знать не хочу!!!