Сергей Соболев - Мясорубка

– Гм… Неплохо. Сколько их там уже набралось?

– Да уж за второй десяток перевалило. Точную цифру смогу назвать позже, когда попаду на Шаболовку.

– Принадлежность этих четверых удалось выяснить?

– Служба охраны базы отдыха «Заречье». Находится на берегу Истринского водохранилища. Но они только числятся в штате, в санатории их ни разу не видели. Кстати, любопытная деталь. Некоторые из этих типов уже успели засветиться в Москве. Зимой, а если точнее, в середине января.

– Это когда суровые ребята принялись делить в столице казино и ночные клубы?

– И все-то ты знаешь, – с невольным уважением сказал Шальнев. – Прямо в точку попал. Тогда дело едва до открытой войны не дошло. Верно ты заметил, суровые попались мужики, даже солнцевские и этносы не могли им укорот сделать. Но тут как-то неожиданно для всех они дали задний ход и вообще растворились, словно их и не существовало в природе. Помню, мы тогда еще с коллегами удивлялись. Надо же, такая мощная группировка, и дела у них пошли на лад, а тут вдруг раз… и распалась.

– Это их Урванцев под свои знамена обратно призвал. И выдал им новую задачу. Какую, мы теперь уже знаем.

– Так вот, – продолжил Шальнев. – По этим ночным казиношным делам за ними несколько «мокрых» эпизодов числится. Этих мы можем привлечь хоть сегодня, а с остальными придется, видать, повозиться.

– Саша, сколько времени вам понадобится, чтобы распутать весь этот клубок?

Шальнев погрузился в размышления.

– Как минимум неделя. Это крайняя дата, Вадим. Да и то если нас не будут постоянно дергать и отвлекать на другие дела. Сам понимаешь, нам нужно как следует поработать со свидетелями, написать кучу бумаг – эпизодов до чертовой матери – да еще спланировать операцию по захвату. С такими масштабами нам еще не доводилось прежде сталкиваться. Если брать их, то в один день. А где я столько народу наберу?

Лианозов хотел что-то сказать, но Шальнев сделал нетерпеливый жест.

– Погоди, Вадим, не перебивай. Но все вышеперечисленное, как говорится, это еще полбеды. Я уверен на все сто, что полностью раскрутить это дело нам не позволят. Здесь замешана большая политика. Сейчас уже ясно, что какую-то часть средств они все же переводили на счета избирательных фондов. Вот если бы они присваивали всю «выручку» себе, тогда был бы совсем другой расклад. А так…

Он в сердцах махнул рукой.

– Как только до высокого начальства дойдут слухи, что мы разрыли эту большую кучу дерьма, нам тут же выкрутят руки да еще по голове настучат. Сам знаешь, как это у нас практикуется…

– Что ты предлагаешь, Саша? Оставить их на свободе?

Шальнев промолчал, лишь тяжело вздохнул.

– Давай все же будем надеяться на лучшее, – мягко заметил Лианозов. – Мы тоже не мальчики для битья. Подключим к этому делу Завидонова и Бадаева. Да и Переверзев тоже в стороне не останется. Все же речь идет не о какой-то заурядной банде. То, чем занимались эти мужички, имеет все признаки терроризма.

– По этой статье им «вышка» светит, – мрачно сказал Шальнев. – Не нужно их считать за дураков, да и на «отмороженных» они не больно-то смахивают. Так просто они тебе в руки не дадутся, поскольку чувствуют за спиной большую поддержку. Кстати, я здорово сомневаюсь, что Урванцев позволит нам произвести массовые аресты среди своих бывших коллег.

– И правильно делаешь, что сомневаешься, – поддержал его Лианозов. – Тем более что в качестве исполнителей, судя по всему, нередко использовались люди из спецгруппы Мелентьева.

– Вот-вот, – покивал головой Шальнев. – Воевать с ними у меня нет ни сил, ни желания.

– Тебе нет нужды с ними воевать, – спокойным тоном произнес Лианозов. – Мелентьева и его людей мы берем на себя… Саша, ты только что сказал, что вам понадобится на подготовку как минимум неделя. Пойми, я не хочу на тебя давить, но…

– Ладно, не прибедняйся, – сказал Шальнев. – Давить он, видите ли, не хочет. Думаешь, не понимаю, в каком положении вы оказались? Да и мне, раз я ввязался в эту драку, обратного хода уже нет.

– Три дня, Саша. За это время нужно успеть подготовиться и произвести аресты. Иначе Урванцев и Мелентьев успеют вывести своих людей из-под удара. А потом они заметут все следы, и мы с тобой останемся в дураках.

Шальнев задумчиво потеребил подбородок.

– Ладно, что-нибудь придумаем. Сейчас поеду на Шаболовку, буду с Вяхиревым совет держать. Ты прав, нет у нас в запасе недели. По правде говоря, даже три дня и то много. Уже сегодня до Урванцева дойдет слух, что мы трясем подмосковные города. Не сложно догадаться, какой он сделает из этого вывод. Опять же, никак не можем устранить эти чертовы утечки…

В этот момент на его лице появилась мрачная ухмылка.

– Самое любопытное, что он во многом перенял ваш опыт. У него везде имеются свои глаза и уши. Нет никаких гарантий, что и в нашем отделе не завелся какой-нибудь «крот»…

Лианозов, не скрывая своего удовлетворения итогами беседы, легонько похлопал Шальнева по плечу.

– Приятно иметь дело с умным человеком. Саша, у нас будет к тебе еще одна просьба. В отношении Первушина и его конторы пока не предпринимай никаких действий. А еще лучше, предоставь разобраться с «Комесом» нам. Договорились? Тогда до завтра.

Шальнев выразительно постучал по светящемуся циферблату часов – завтра уже давно наступило. Они оба невесело рассмеялись и на прощание обменялись крепким рукопожатием.

Несмотря на полуночное время, в окнах «президентского» номера гостиницы «Националь» горел яркий свет. Не будем называть фамилию визитера, скажем лишь, что этот человек еще в недавнем прошлом занимал в российском правительстве высокий пост, а на протяжении двух последних месяцев возглавлял избирательный штаб президента. Компанию ему составили Дэвид Ройтман и Эрвин Хейс, тут же присутствовал переводчик, который прибыл в Москву в свите Ройтмана. У него было не слишком много работы, поскольку гость бегло говорил по-английски.

– Мой дорогой друг, мы рады, что нам удалось добиться полного взаимопонимания, – с широкой, истинно американской улыбкой на смуглом лице сказал Ройтман. – Можете не сомневаться, наши общие друзья сумеют по достоинству оценить вашу позицию… Надеюсь, это досадное недоразумение уже устранено? Я говорю о слежке, которую установила контрразведка за нашими людьми.

Вместо ответа последовал молчаливый кивок.

– Прекрасно, – не скрывая удовлетворения, произнес Ройтман. – Это облегчит нашу задачу.

– У нас к вам имеется одна небольшая просьба, – вступил в разговор Хейс. – На днях один наш сотрудник встречался с Мелентьевым, это подчиненный генерала Урванцева. Нужно было утрясти некоторые детали предстоящей… Впрочем, это неважно. Так вот, он проинформировал меня, что в их разговоре возникли некоторые э-э… шероховатости. Если судить по последним событиям, русские… извините, генерал Урванцев и его люди не всегда придерживаются своих обязательств.