Елена Караваешникова - Офицеры

Ошалев при виде крови и раскинутых белых ног, один из «черных ягуаров» метнулся к девушке, по-звериному припадая к полу.

— Назад! — заревел генерал.

«Черный ягуар» откатился за порог. «Ягуары» боялись своего хозяина, как дьявола.

— Хочешь получить ее, притащи мне живого Мабуто, — сказал генерал.

Боевики с диким восторгом смотрели, как генерал Агильера гоняется за девушками, и его член, похожий на детородный орган осла, торчит из прорехи расстегнутых, сползающих брюк.

Ему удалось схватить за волосы Жанну. Эта девушка всегда умела постоять за себя и подруг, поэтому и была в ансамбле лидером. Она защищалась, как бешеная кошка, и когда Агильера засунул вздрагивающий от возбуждения член ей в рот, она сжала зубы. Острые ногти вонзились генералу в пах.

От рева генерала даже у «черных ягуаров» в жилах застыла кровь.

Взбесившаяся от ужаса и отвращения девушка могла его оскопить. Но она не успела это сделать. Ее шейные позвонки с треском переломились от удара.

После гибели Жанны девушки ждали жестокой расправы. Но генерал не считал их за людей и, следовательно, не мог испытывать к ним чувства мести. Он убил бешеную суку, причинившую боль и едва не изувечившую его, но не собирался уничтожать дорогостоящих светловолосых и белокожих самок. Агильера намеревался досыта нажраться их нежной сладостной плотью, а затем с наибольшей выгодой продать или раздарить друзьям.

К счастью, в следующие несколько дней он не мог воспользоваться девушками, потому что, несмотря на усилия врача и нежные заботы жены, его распухший член ни на что не годился. Генерал отвел душу, расправившись с главарем одного из повстанческих отрядов. Агильера приказал оскопить его и заткнуть рот его собственной плотью. Затем на пленника, как на бревно, нанизали старые автомобильные покрышки, облили бензином и подожгли. Столб черного дыма поднялся над джунглями. Но Сантильяна не ужаснулась. Кровавые расправы были здесь в обычае.

Когда Наташа рассказала Ставру и Шуракену о том, что случилось с ней и ее подругами, парни пришли в ярость. Теперь они хотели одного — отомстить за русских девчонок и попытаться переправить их домой. А вся эта профессиональная амуниция проститутки, надетая на Наташе, стала для них целомудренной, как девичье платье сестры.

— Подставили вас, самым подлым образом. Что называется, прикупили на ложном аэродроме, — сказал Шуракен. — Ну ничего, лапуля, что было, то прошло и быльем поросло. Девочку, которую он убил, жалко, но сейчас надо думать, как вас отсюда вытащить.

— А Джорику мы оторвем его поганые черные яйца, солью и перцем посыплем и заставим сожрать с ножом и вилкой, — пообещал Ставр.

— Ребята, милые, да нам вообще наплевать, есть у этого Джорика яйца или нет! Нам бы только домой вернуться.

— Это правильно, — согласился Шуракен. — С Джориком мы потом разберемся, когда случай представится. Где вас держат?

— Комната такая небольшая.

— В доме?

— Да. Второй этаж, на окнах такие же решетки, как здесь.

— Когда ты выходишь из комнаты, что ты видишь? — спросил Ставр.

— Что-то вроде деревянной веранды или лоджии.

— Галерея, — уточнил Ставр. — Значит, это одна из боковых пристроек. Из окна виден внутренний дворик и бассейн?

— Да.

— С какой стороны ты видела бассейн, когда шла по галерее?

— Я не помню, я была совершенно дурная от страха. Я думала, меня тащат к этому черному орангутангу.

— Наташа, соберись и вспомни, ты вышла из комнаты, с какого плеча ты видела бассейн? — настойчиво попросил Шуракен

— С этого… Да, да, точно с этого.

— С правого. Значит, другое крыло дома. Ну а дверь? Как расположена дверь?

— В самом конце. Мы через всю галерею прошли, а вот дальше я вряд ли смогу что-нибудь объяснить.

— А дальше и не надо, — улыбнулся Ставр.

Наташа смотрела на Ставра и Шуракена и верила, что они не только хотят, но, главное, могут защитить ее и подруг. Ей казалось, что они самые надежные, бесстрашные и красивые парни в мире. Она переводила взгляд с одного на другого и вдруг заметила, как они быстро переглянулись, в глазах вспыхнул злой и веселый блеск. Углы губ вздернулись, и появились те самые жесткие волчьи улыбки, которые уже имел удовольствие видеть Аль-Хаадат.

— Отвали от нее или я тебе башку проломлю! Сучка моя, мать твою! — заорал Шуракен таким голосом, что у Наташи мороз пробежал вдоль спины и тонкие волоски на руках встали дыбом от ужаса.

— Ни черта подобного! Я первый. После той грязной бляди я ни одной девки после тебя трахать не стану!

Наташа вскочила с дивана. При этом Шуракен успел ухватить за полу и сорвать с нее куртку, которую до этого спецы заботливо накинули на девушку. Наташа вцепилась в куртку и потащила ее к себе.

— Козлы! — визжала она. — Кобели чертовы! Не надолго же вас хватило! Сами не лучше черномазых! Да дам я вам, дам, жалко, что ли? Хоть обоим сразу дам, только прекратите орать и вытащите нас отсюда!

Но парни словно взбесились, и ее истерические вопли, похоже, только подлили масла в огонь. Ставр прыжком вскочил на ноги, бросился на Шуракена и напоролся на такой удар, какой Наташка только в кино видела. Ставр пролетел полкомнаты, снося все — и кресло, и стол с остатками ужина. С невероятным грохотом он обрушился на пол у самого порога, и тут ему окончательно не повезло. Дверь распахнулась, словно она была не заперта или замок просто сорвало, и ударила его в бедро.

Поджарые «ягуары» с обвязанными черными шелковыми платками головами, пригнувшись, прыгнули в комнату и взяли на прицел «Калашниковых» разъяренных белых парней.

Начальник охраны шагнул прямо к Наташе, схватил за руку и потащил к двери. Ставр сидел на полу, не рискуя вставать, потому что державший его на прицеле «ягуар» мог неправильно понять какое-нибудь движение. Проходя мимо, Наташа готова была плюнуть в Ставра от презрения и ненависти. Но она встретилась с его глазами, в которых неожиданно для нее запрыгали искры смеха, кажется, он подмигнул ей, а может, просто сощурился, потрогав ушибленное место. Девушка поняла, что здесь сейчас произошло.

Русскую женщину могли кинуть русским же спецам только из-за привычки домашних слуг тупо подчиняться приказам господ. Когда эта оплошность дошла до начальника охраны, он бросился ее ликвидировать. Спецы постоянно были настороже, их внимательный слух уловил движение в коридоре и угрожающий топот бутсов начальника охраны, который специально выработал такую походку, чтобы его шаги заранее вызывали нервную дрожь у подчиненных.

Нетрудно было догадаться, что означает шухер в коридоре, поэтому Ставр и Шуракен постарались убедить охрану, что беспокоиться не о чем: они отнеслись к девчонке как к проститутке и передрались из-за нее.