Том Клэнси - Радуга Шесть

— Нет, теперь не болит, Джимми. Сколько человек нам...

— Сколько нас спаслось? Десять, десятерым удалось уйти из Герефорда. Сейчас они находятся в тайных укрытиях, дружище.

— Хорошо. — Его глаза открылись, и он увидел кого-то в хирургической маске и шапочке, но он не мог сфокусировать взгляд, и все перед ним казалось, плыло в каком-то тумане. Комната... да, это больница... потолок с квадратными плитками в металлических рамках... освещение... лампы дневного света. Его горло казалось сухим и немного болело от интубации, но это не имело значения. Он жил внутри сна, и ничто не происходило на самом деле. Он плавал на белом неуклюжем облаке, но, по крайней мере, с ним был Джимми Карр.

— Родди, где Родди?

— Родди погиб, Шон, — ответил Беллоу. — Ему не повезло.

— Проклятие... — вздохнул Грэди. — Только не Родди...

— Шон, нам нужна информация, как можно быстрее.

— Какая... информация?

— Парень, который снабдил нас сведениями, мы должны связаться с ним, но не знаем, как найти его.

— Ты имеешь в виду Иосифа?

Бинго, подумал Пол Беллоу.

— Да, Шон, Иосиф, нам нужно связаться с ним...

— Деньги? Они у меня в бумажнике, парень.

О, подумал Кларк и повернулся. Все личные вещи Грэди лежали на столике с колесиками. Он видел, что в бумажнике было двести десять британских фунтов, сто семьдесят ирландских и несколько листков бумаги. На одном желтом листке написаны два набора цифр, каждый из шести цифр, и никакого объяснения. Швейцарский или другой номерной счет, подумал оперативник.

— Как мы сможем снять их, Шон? Нам нужно узнать это сейчас, друг.

— Швейцарский коммерческий банк в Берне... назовите... номер счета и контрольный номер... у меня в бумажнике.

— Отлично, спасибо, Шон... и Иосиф, как его остальное имя... как мы сможем связаться с ним, Шон? Пожалуйста, нам нужно знать это прямо сейчас, Шон.

Фальшивый ирландский акцент Беллоу не убедил бы даже пьяного, но состояние Грэди было далеко за пределами того, что делает с человеческим мозгом алкоголь.

— Не... знаю. Он сам связывается с нами, помнишь? Иосиф Андреевич связывается с нами через Роберта... через сеть... никогда я сам с ним не связывался первым.

— Его фамилия, Шон, как его фамилия, ты никогда не говорил мне.

— Серов, Иосиф Андреевич... русский... парень из КГБ... долина Бекаа... много лет назад.

— Значит, это он дал нам такую надежную информацию об этой банде «Радуга», не так ли, Шон?

— Сколько человек мы... сколько?..

— Десять, Шон, мы убили десятерых и сумели спастись, но ты был ранен во время бегства в «Ягуаре», помнишь? Но мы потрепали их, Шон, здорово потрепали, — заверил его Беллоу.

— Хорошо... хорошо... убивайте их... убивайте их всех, — прошептал Грэди с каталки.

— Не спеши, подонок, — негромко заметил Чавез, стоящий в нескольких футах.

— Две женщины, мы прикончили тех двух женщин?

— Да, Шон, я сам застрелил их. А теперь, Шон, этот русский парень, мне нужно знать о нем больше.

— Иосиф? Хороший человек, КГБ, обеспечил нас деньгами и наркотиками. Огромные деньги... шесть миллионов... шесть... и кокаин, — добавил Грэди для телевизионной камеры, которая стояла на треноге рядом с кроватью. — Привез для нас в Шэннон, помнишь? Прилетел на небольшом реактивном самолете, деньги и наркотики из Америки... ну, думаю, что из Америки... должно быть... он теперь так говорит, американский акцент, как по телевидению, странная привычка для русского, Джимми...

— Иосиф Андреевич Серов?

Голова на подушке попыталась кивнуть.

— Так у них принято, Джимми. Иосиф, сын Андрея.

— Как он выглядит, Шон?

— Моего роста... темно-каштановые волосы, глаза... круглое лицо, говорит на многих языках... долина Бекаа... тысяча девятьсот восемьдесят шесть... хороший человек... часто помогал нам...

— Как продвигаются дела? — прошептал Кларк Тауни.

— Видишь ли, все это не может быть использовано в суде, но...

— К черту суд, Билл! Насколько ценным является то, что он рассказал? Совпадает ли это с информацией, которой вы располагали раньше?

— Имя «Серов» ничего не говорит, но я проверю по нашим файлам. Номера будут изучены, и за ними наверняка остался бумажный след, но, — он посмотрел на часы, — с этим придется подождать до завтрашнего дня.

Кларк кивнул.

— Чертовски хороший метод допроса.

— Никогда раньше не видел ничего подобного. Да, хороший метод.

В этот момент глаза Грэди широко открылись. Он увидел людей, стоящих вокруг его кровати, и его лицо исказилось от напряжения. Наконец, он заставил себя задать вопрос.

— Кто вы такие? — спросил он нетвердым голосом, увидев незнакомое лицо в своем сне.

— Меня зовут Кларк, Джон Кларк, Шон.

Его глаза открылись еще шире.

— Но ведь вас...

— Совершенно верно, приятель. Это я и есть. Большое спасибо за то, что ты так откровенно нам рассказал, Шон. Мы покончили со всеми пятнадцатью твоими парнями. Они или убиты, или захвачены в плен. Надеюсь, тебе понравится в Англии, мальчик. Ты останешься здесь надолго, очень надолго. А теперь почему бы тебе не заснуть снова? — сказал он с намеренно подчеркнутой вежливостью. Мне доводилось убивать людей, которые были куда лучше тебя, ублюдок, подумал он, спрятав слова за равнодушным выражением лица, которое только подчеркивало его чувства.

Доктор Беллоу положил в карман портативный магнитофон и свои записи. Это редко не достигало цели. Сумеречное сознание, последовавшее за общим наркозом, делало всех людей уязвимыми для внушения. Именно по этой причине никто из людей с высоким уровнем допуска не ложился в больницу без сопровождения кого-то из агентства, в котором они служат. В данном случае у него было примерно десять минут, чтобы глубоко проникнуть в сознание Грэди и вернуться обратно с ценной информацией. Это никогда не будет использовано в суде, но, с другой стороны, «Радуга» состояла не из полицейских.

— Его поймал Мэллой, верно? — спросил Кларк, направляясь к выходу.

— Вообще это был сержант Нэнс, — ответил Чавез.

— Нам нужно сделать для него что-то хорошее за эту работу, — заметил Радуга Шесть. — Мы в долгу перед ним. Итак, у нас есть теперь имя, Доминго. Русское имя.

— От него мало пользы. Это наверняка вымышленное имя.

— Да?

— Конечно, Джон, неужели ты не узнал его? Серов, бывший председатель КГБ, где-то в шестидесятых годах, по-моему, его убрали давным-давно, потому что он натворил что-то.

Кларк кивнул. Такое имя не будет на настоящем паспорте русского, это плохо, но все-таки есть имя, а имена можно проследить. Они вышли из госпиталя и вдохнули воздух прохладного британского вечера. У подъезда стоял автомобиль Джона, за рулем которого сидел довольный капрал Моул. Его наградят медалью за сегодняшнюю операцию, и он, возможно, получит благодарственное письмо от этого американского псевдогенерала.