Роберт Гулик - Смерть под колоколом

Судья Ди тоже встал.

— Я бесконечно сожалею, но мне никогда не найти в небольшом кругу моих друзей особу с необходимыми вам качествами.

Линь Фань еще раз отвесил глубокий поклон и распрощался с судьей. Тот проводил его до паланкина.

Старшина Хун заметил, что после этого посещения настроение судьи улучшилось. Судья передал ему содержание разговора с Линь Фаном и заключил:

— Чувствует крыса, что попалась, и начинает грызть капкан.

Однако на следующий день судья Ди снова был мрачен. Даже то, как Дао Гань описывал, в какое бешенство приходил управляющий Линь Фана, если замечал его на стене, не вызвало у судьи улыбку.

Прошла еще неделя.

Когда после дневного заседания судья Ди сидел в кабинете, без особого интереса просматривая административные документы, он услышал через окно голоса двух писцов. Судья Ди не прислушивался к их болтовне, но слово «восстание» привлекло его внимание. Он встал и на цыпочках подошел к окну, затянутому бумагой. Он услышал, что один из писцов сказал: «...так что нет опасности распространения мятежа... Но я узнал, что из предосторожности губернатор нашей провинции намерен сосредоточить войска вблизи Цзиньхуа, чтобы успокоить население».

Второй писец ответил:

— Так вот в чем дело! Мой друг десятник по секрету сообщил мне, что все гарнизоны получили приказ сегодня вечером отбыть в Цзиньхуа. Если так, официальное сообщение вскоре поступит в суд, и...

Больше судья не слушал. Он поспешно открыл стальной сундук, где хранились секретные бумаги, и достал оттуда толстый пакет и несколько документов.

Старшина Хун, войдя, с удивлением обнаружил, что недавняя апатия судьи полностью прошла.

— Старшина, мне надо немедленно уехать в связи с чрезвычайно важным тайным расследованием, — сказал судья. — Выслушай внимательно мои указания, у меня нет времени повторять их или давать тебе объяснения. В точности выполни мои приказы, а завтра ты поймешь, что к чему.

Протянув старшине четыре конверта, он продолжал:

— Эти послания адресованы четырем видным гражданам нашего округа, людям честным и уважаемым. Я выбрал их после долгих размышлений, учитывая и местоположение их домов. Это генерал в отставке господин Бао, бывший судья провинции господин Вань, глава гильдии ювелиров господин Лин и глава гильдии плотников господин Вэнь. Сегодня же вечером посети их и предупреди от моего имени, что завтра, за час до рассвета, они будут нужны мне в качестве свидетелей по делу чрезвычайной важности. Они не должны никому об этом говорить. Пусть ждут меня с паланкинами и несколькими верными слугами в своих дворах. Далее ты отзовешь Ма Жуна, Цзяо Тая и Дао Ганя с их постов, где их заменят стражники. Скажи им, чтобы они завтра утром, за два часа до восхода солнца, прибыли в главный двор судебной управы. Ма Жун и Цзяо Тай должны быть на конях, в полном боевом облачении, при саблях и луках. Вместе вы тихо, без шума, разбудите всех работников суда — наших стражников, писарей и посыльных. Соберите их всех в главном дворе, стражники должны быть с дубинками, цепями и кнутами. Светильники не зажигать, делать все в тишине! В мой паланкин положи официальный наряд для заседаний и шапочку. Тюремщики пусть обеспечат охрану судебной управы. А теперь мне пора. Итак, до завтрашнего утра, встретимся за два часа до рассвета.

Не успел старшина и слова сказать, как судья ушел со свертком, взятым из сундука. Не останавливаясь, он пересек свои владения и направился прямо в четвертый двор. Он застал барышень Абрикос и Голубой Нефрит за вышиванием.

Около получаса судья говорил с ними, а затем развернул свой сверток. В нем был костюм предсказателя с высоким черным головным убором и табличкой, на которой крупными буквами было написано:

Девушки помогли судье Ди переодеться. Спрятав в рукаве аккуратно свернутую табличку с объявлением, он сказал барышне Абрикос:

— Я целиком полагаюсь на вас с сестрой!

Обе глубоко поклонились ему.

Судья вышел в маленькую заднюю дверь. Он специально выбрал для девушек покои четвертого двора, потому что они были изолированы от остальных помещений, а потайная дверь выходила в парк возле здания суда, что позволяло в случае необходимости уйти незамеченным.

Очутившись на главной улице, судья Ди развернул свое объявление и смешался с толпой. Остаток дня он провел, расхаживая по улицам Пуяна и выпивая в трактирах бесчисленное количество чашек чая. Если кто-то подходил к нему с просьбой о предсказании, он говорил, что спешит на встречу с важным клиентом. Когда опустилась ночь, он скромно поужинал в маленькой харчевне у северных ворот. В распоряжении у него был целый вечер, и он решил прогуляться к храму Высшей мудрости. Призраки, о которых рассказывал Ма Жуну Шень Па, возбудили его любопытство.

Несколько раз спросив дорогу, судья в конце концов нашел нужный переулок, который вывел его к храму. Он осторожно ступал в темноте, ориентируясь на свет в конце узкого переулка.

Войдя во двор, он увидел то, что уже было знакомо ему по рассказам Ма Жуна. Шень Па сидел, как обычно, прислонившись спиной к стене, в окружении своих приспешников, увлеченных игрой в кости. Увидев незнакомца, они насторожились, но, прочитав слова на плакате, отвернулись. Шень Па с отвращением сплюнул на землю.

— Убирайся отсюда, приятель! — воскликнул он. — Мне слишком грустно думать о своем прошлом, а уж смотреть в будущее я и вовсе не хочу. Пройди через эту стену, как единорог, или улети, как дракон, но только исчезни! По моему скромному мнению, вид у тебя пренеприятный.

— Не знаете ли вы случайно человека по имени Шень Па? — вежливо осведомился судья Ди.

Шень Па с удивительной резвостью вскочил на ноги, а двое его людей подошли к судье Ди с угрожающим видом.

— Никогда не слышал этого имени! — сурово отрезал глава гильдии нищих. — Ублюдок, что тебе нужно от нас?

— Нет никакой причины сердиться, — так же вежливо произнес судья. — Только что мне встретился мой товарищ. Увидев, что я иду в эту сторону, он передал мне две связки медных монет. Он сказал, что один друг гильдии поручил передать их человеку по имени Шень Па, которого обычно здесь можно найти. Но раз его тут нет, то забудем об этом.

Судья притворился, будто уходит.

— Эй ты, собака лживая! — сердито окликнул его Шень Па. — Знай, что Шень Па — это я. Не пытайся присвоить деньги, принадлежащие главе гильдии нищих!

Судья Ди немедленно протянул ему связки монет, и Шень Па вырвал их у него из рук и принялся пересчитывать. Убедившись, что все в целости, он смягчился.