Филлис Джеймс - Маяк

Бентон-Смит подвинулся поближе к Кейт. Он произнес, стараясь перекричать грохот:

— Это чудо какое-то! Нет ничего между нами и Америкой! Неудивительно, что Оливер так хотел жить в этом месте.

Кейт расслышала, что в его голосе звучит благоговейный ужас, но ничего не ответила. Ее мысли были далеко — у той лондонской реки, что текла под окнами ее квартиры, у мощной, коричневой, пульсирующей Темзы, исколотой и ослепленной городскими огнями. Ее течение порой казалось таким ленивым, словно это не река, а застойный пруд, и все же, глядя вниз на воду Темзы, Кейт содрогалась от пугающего предчувствия, представляя себе, как скрытая мощь внезапно вырывается наружу, чтобы смыть с лица земли весь город, и взбаламученная вода уносит прочь обломки ее квартиры. И это не было просто капризом воображения. Если растает шапка полярного льда, от прибрежного Лондона мало что останется. Но мысли о квартире неминуемо влекли за собой мысли о Пьере, о постели, согретой его телом, о его руке, протянутой к ней утром. Что он сейчас делает? Насколько эта ночь, проведенная ими вместе, была преднамеренна? Занимает ли она — Кейт — такое же место в его мыслях, как он — в ее? Жалеет ли он о том, что произошло, и не была ли эта ночь всего лишь последним эпизодом в череде его легких побед? Кейт решительно выбросила столь неприятную мысль из головы. Здесь, где сам коттедж, казалось, вырастал прямо из гранитной скалы, пульсировала иная сила, бесконечно более мощная, потенциально гораздо более опасная, чем Темза. Как странно, что эта река и этот океан принадлежат одной и той же стихии, рождают один и тот же вкус соли на губах, один и тот же острый запах. Крохотный клочок пены опустился ей на щеку и высох, прежде чем она успела поднять руку, чтобы его стереть.

Проходили минуты, но вот, как бы одновременно осознав, что они находятся здесь с определенной целью, Кейт и Бентон возвратились в коттедж. Неистовство ветра и океана было тотчас же заглушено. Они снова вошли в мирную домашность гостиной, вдохнули аромат свежесваренного кофе. Столик, на котором шла игра в скраббл, был сложен и убран. Рафтвуд подошел к двери, ведущей на террасу, и встал около нее, как бы желая предотвратить дальнейшую разведку на местности, а мисс Холкум осталась по-прежнему сидеть в кресле, но теперь повернулась к вошедшим. Она сказала:

— По-моему, вон на том диване вам будет вполне удобно. Не думаю, что это займет больше пяти минут. Я полагаю, вы захотите узнать, что мы делали в то время, когда предположительно умер Натан Оливер. Так в какое время это случилось?

— Мы пока не можем сказать с полной уверенностью, — ответила Кейт, — но нам сообщили, что его видели выходящим из Перегрин-коттеджа сегодня утром, примерно в двадцать минут восьмого. Он договорился о том, что придет в медпункт в девять часов, чтобы сдать кровь на анализ, но так туда и не явился. Я предполагаю, что вам уже говорили об этом. Нам необходимо знать, где был каждый из живущих на острове между тем временем, когда мистера Оливера в последний раз видели вчера, и десятью часами сегодняшнего утра, когда было обнаружено тело.

— Что касается нас, на это легко ответить. Я обедала дома, так что я не видела его вчера. Рафтвуд принес мне утренний чай в шесть тридцать и подал завтрак через час. Я больше не видела Рафтвуда до тех пор, пока он не пришел сюда снова — убрать посуду после завтрака и забрать мое серебро, чтобы почистить. Он делает это у себя, в соседнем коттедже, потому что я не выношу запаха чистящих средств.

Серебряные безделушки на круглом столике справа от камина совершенно определенно сверкали, но это вовсе не означало, что их начистили только что. Кейт подозревала, что они всегда блистают чистотой: достаточно просто протереть их мягкой тряпкой, и они снова засверкают.

— А это было в какое время, мисс Холкум?

— Не могу точно указать время. Поскольку я не могла предвидеть, что стану участницей расследования дела об убийстве, я не вела учета времени. Думаю, это могло быть между четвертью и половиной девятого. Я в это время находилась на террасе, дверь в гостиную была открыта. Я слышала Рафтвуда, но я его не видела.

Кейт обратилась к Рафтвуду:

— Не могли бы вы более точно указать время, мистер Рафтвуд?

— Я бы сказал, что было поближе к четверти девятого, инспектор. Но, точно так же как мадам, я не вел учет времени.

А мисс Холкум продолжала:

— Я не видела Рафтвуда до девяти часов, когда заглянула сюда, уходя в медпункт: сегодня мне нужно было сделать ежегодную инъекцию от гриппа.

— И никто из вас не выходил утром из дома, пока вы, мисс Холкум, не ушли в медпункт? — спросила Кейт.

— Я точно никуда не выходила, только на террасу. Лучше вы сами за себя отвечайте, Рафтвуд.

— Я оставался у себя в коттедже, чистил серебро на кухне. Телефон зазвонил вскоре после того, как мадам ушла. Звонил мистер Бойд, чтобы сообщить мне, что мистер Оливер пропал. Он попросил меня принять участие в поисках.

— Но на самом деле вы с ними не пошли? — спросил Бентон.

— Нет. Мне хотелось закончить то, что я делал, и я счел, что спешить ни к чему. Вполне достаточно людей собралось искать мистера Оливера. Гости Острова любят выходить на длительные прогулки и вряд ли ожидают, что какие-то люди бросятся им вдогонку. Мне было непонятно, с чего вдруг такая паника. К тому же я работаю у мадам, а не у мистера Бойда и даже не в Большом доме.

— Но позже вы все-таки пришли к маяку? — спросила Кейт.

— Да, когда вернулась мадам и сказала мне, что мистера Оливера нашли мертвым. Мадам попросила меня пойти туда — посмотреть, может быть, я смогу как-то помочь. Я пришел как раз вовремя, чтобы помочь с носилками.

— А вы или мадам могли бы знать, если кто-то выходил из своего коттеджа сегодня утром? — спросила Кейт.

Ей ответила мисс Холкум:

— Вряд ли. Мы здесь живем почти совсем независимо друг от друга. Вы говорите, что Оливера видели выходящим из Перегрин-коттеджа примерно в двадцать минут восьмого. Ему по меньшей мере понадобилось бы минут пятнадцать, чтобы дойти до маяка. Если бы Рафтвуд был в башне маяка в восемь часов с целью убить Оливера, что, как я понимаю, вы сейчас предполагаете, он вряд ли мог успеть вернуться сюда к половине девятого. А это ведь, как мы считаем, самое позднее, когда он мог явиться забрать серебро. Вероятно, вы сами уже обнаружили, что мы находимся на расстоянии полумили от Большого дома и чуть меньше полумили — от маяка.

— Но ведь у мистера Рафтвуда, конечно, есть велосипед? — возразил Бентон.

— Значит, теперь вы предполагаете, что он туда и обратно ездил на велосипеде? Может быть, вы к тому же предполагаете, что он и меня вез туда, усадив в корзину?

— Мы не делаем никаких предположений, мисс Холкум, — сказала Кейт. — Мы спрашиваем, как и должны спрашивать, о том, где вы находились в эти часы, и то, что мы сейчас расследуем, называется «смерть при подозрительных обстоятельствах». Никто пока не произнес слово «убийство».