Мэри Райнхарт - Стена

Однако среди зрителей нарастало нетерпение. Пока что никого еще не бросили на съедение львам, и атмосфера в комнате накалилась. Один раз разбирательство было приостановлено, чтобы открыть окна. Зрители уже начинали терять терпение, когда наконец вызвали Люси Хатчинсон.

Она, по-видимому, внутренне неплохо подготовилась. Поднявшись, обвела комнату полупрезрительным взглядом и, выйдя вперед, поклялась на Библии говорить только правду. Словно бросая вызов, она была в том самом желтом свитере, и все присутствующие буквально ахнули.

Однако держалась Люси с достоинством, хотя и весьма настороженно.

Она сразу же призналась, что в то утро встречалась с Джульеттой на тропе. Она курила сигарету, когда Джульетта подъехала на лошади и спешилась. До этого они долгое время не виделись, и Люси необходимо было с ней поговорить.

— Будьте добры, расскажите, о чем вы говорили?

— Наш разговор касался сугубо личных вещей. Мы кое в чем не сошлись во мнениях, однако не ссорились.

— Нельзя ли уточнить подробности?

— Нет. Наш разговор не имел никакого отношения к ее смерти.

— Как долго вы беседовали?

— Минут пять. Может быть, десять.

— Не выказывала ли она страха? Иными словами, не была ли она встревожена?

— Отнюдь нет. Она была совершенно спокойна.

— Было ли у вас что-либо в руках во время той прогулки, миссис Хатчинсон?

— У меня была клюшка для гольфа.

Сие заявление вызвало шум среди присутствующих, и доктор Джеймисон постучал по столу, призывая к порядку. Люси невозмутимо и дерзко улыбнулась.

— Вы всегда носите ее с собой?

— Иногда. Я как раз собиралась потренироваться. В последнее время мне что-то не удаются удары с большой дистанции.

— Скажите, пожалуйста, а где сейчас эта клюшка?

— Не имею представления.

— Поясните, что вы хотите этим сказать.

— Я где-то ее оставила и ушла, — заявила она. — Не помню где. Вот и все.

— И вам ее не вернули?

— Нет.

— Что делала покойная, когда вы с ней расстались?

— Стояла рядом со своей лошадью.

— Вы не видели, как она садилась в седло?

— Нет.

— Тогда-то вы и видели ее в последний раз?

— Не совсем так. У поворота тропы я оглянулась назад, и она все еще стояла там. Мне показалось, что она кого-то дожидается.

— Почему вам так показалось?

— Ну, ее шляпа и перчатки все еще лежали на земле. А сама она, казалось, прислушивалась и оглядывалась по сторонам.

Сказано все это было достаточно откровенно, однако нетрудно было понять эмоции толпы. Люси всегда пользовалась любовью в городке, и в начале разбирательства симпатии были на ее стороне. Однако о той встрече она, совершенно очевидно, рассказала далеко не все. К чему было отказываться сообщить, о чем они там говорили? Как можно было уйти и забыть клюшку? Бережливой душе жителя Новой Англии претила сама мысль об этом— тем более она заявила, что позднее собиралась тренироваться.

Я заметила, как одна из местных жительниц отшатнулась от Люси, когда та возвращалась на свое место, словно не желала даже соприкасаться с ней.

Однако они позабыли о ней в тот самый момент, когда свидетельское место занял Артур. Ему не помогло ничто: ни долгие годы, проведенные здесь, ни его личная популярность и откровенность его свидетельских показаний. Наконец-то они получили историю, достаточно сенсационную, чтобы удовлетворить любопытство каждого.

Я не сводила с него глаз, пока он давал свидетельские показания— с гордо поднятой красивой головой, голос его звучал спокойно, держался он просто и открыто. Мэри-Лу вцепилась в мою руку, и мне было искренне жаль ее.

Я слышала, как она тяжело дышит рядом со мной, однако Артур ничего не утаивал: рассказал о предложении Джульетты разом рассчитаться с ней взамен дальнейшей выплаты алиментов, о своем решении повидаться с ней, о том, как прилетел сюда на самолете и как отказался удовлетворить ее требования из-за невозможности собрать такую крупную сумму.

Все были ошеломлены. Его присутствие на острове в ту ночь явилось для них настоящим потрясением, и хотя показания его были четкими и ясными, конец его рассказа прозвучал как-то фальшиво даже для меня: этот незнакомец на крыше, попытка Артура поймать его, поспешный отъезд на какой-то неизвестной машине, которая все еще не была найдена и установлена. Ничуть не помогло Артуру и его утверждение, что он провел те самые критические часы с рассвета и до отхода поезда, подремывая на набережной в Клинтоне. Даже доктор Джеймисон был опечален показаниями Артура.

— Мистер Ллойд, у меня к вам несколько вопросов, — сказал он. — Во-первых, ссорились ли вы с покойной при встрече, после вашего приезда?

— Никаких ссор не было. Я просто сказал ей, что не смогу удовлетворить ее притязаний, вот и все.

— Вы виделись с ней после этого?

— Нет. Передохнув несколько часов, я уехал.

— Связывались ли вы с ней каким-либо образом?

— Не связывался.

— Находились ли вы когда бы то ни было, во время вашего пребывания здесь, поблизости от Гагарьего озера или же от верховой тропы над ним?

— Ни разу.

Но было совершенно очевидно, что присутствующие не поверили ему. Они ерзали на своих местах, громко перешептывались. Как же все у них просто выходило! Люси забыла там клюшку для гольфа, Артур нашел ее и убил Джульетту. Даже сейчас, когда я пишу эти строки, меня трясет от возмущения.

В комнате все еще слышался гул голосов, когда ему позволили сесть. Он вернулся на свое место рядом с Мэри-Лу, но та даже не взглянула на него. Тогда я готова была убить ее за это.

Теперь-то мне известно, что шериф отнюдь не желал, чтобы дознание заходило столь глубоко. По его замыслу, это должна была быть чистая формальность, не занимающая много времени. Но Буллард настаивал, и Артур был настроен решительно. Теперь дело уже вышло из-под контроля Шенда, и он не в силах был что-либо изменить.

Вероятно, не без его подстрекательства вызвали и меня. Насколько смогла, я подтвердила показания Артура. Но тут я заметила, что шериф перекинулся парой фраз с доктором Джеймисоном, и следующие вопросы касались уже самой Джульетты.

— Не заметили ли вы чего-либо необычного в поведении покойной, пока она жила у вас, или же она держалась совершенно нормально?

— Она сказала, что у нее неприятности. И что хочет уехать из страны.

— Она не объяснила вам, почему?

— Нет.

— Мисс Ллойд, возможно, что вопрос не слишком уместен на этом дознании, однако мне предложили задать его вам. Были ли у вас в доме в последнее время какие-нибудь беспорядки, происшествия?

— Дверь в одну из комнат, которые мы называем карантинным отсеком, была взломана, и все содержимое было перевернуто вверх дном.

— Когда это произошло?