Виктор Доценко - Кровь за кровь

— Выпьем! — подхватил Виктор заплетающимся языком и сам налил себе водки в стакан.

Включили музыку и начали танцевать. На пластинках, сделанных из рентгеновских снимков, были записаны буги-вуги и рок-н-ролл. Это была стихия Никиты, который начал яростно подкидывать в танце младшую из сестер — Надежду. Получалось у них очень неплохо, несмотря на то что никогда до этого они вместе не танцевали… Это было последнее, что запомнил Виктор, не помнил он и того, как, совершенно пьяный, свалился со стула, как его отнесли в другую комнату и уложили на диван… Стояла тишина и царил полумрак, когда Виктор приоткрыл тяжелые веки. Он усиленно напрягал память, пытаясь вспомнить, что с ним и где он находится. Постепенно восстановил в памяти события вечера и уже спокойнее огляделся вокруг. Рядом, на кровати, лежали Костя с Веркой, они уже спали, и Виктор смущенно отвернулся, так как сбившееся одеяло открыло часть обнаженного тела, удивительно белого по сравнению с телом Кости. Виктор вышел в другую комнату, где было застолье: валялись пустые винные бутылки, стоял запах кислой капусты и хмельного. На кушетке в углу Никита устало целовался с младшей сестрой.

— Никита, а где остальные? — спросил недоуменно Виктор.

Даже и не прекращая интимного занятия, а наоборот, открывая ноги подруги, чтобы Виктору было виднее, Никита ответил:

— Если ты имеешь в виду Люську, то она изволила уйтить — обидел девушку! — усмехнулся он. — Свалился, как пентюх, а еще спортсмен!

Подруга его захихикала, то ли от его слов, то ли от его недвусмысленных действий.

— А Марина с Диким тоже ушли? — спросил Виктор, стараясь не смотреть на них.

— Да нет, они «купе» заняли, — усмехнулся снова Никита, и тут же послышался чей-то приглушенный вскрик. — Во! Слышал, уговаривает?

Виктор все понял и быстро подошел к ванной комнате, из которой слышался пьяный, чуть приглушенный шепот Дикого.

— Ну, чего ты, дурочка, пищишь? Да не буду я ничего с тобой делать… Не бойся… Со мной ничего не бойся…

Снова послышался плач.

— Да не ной ты! — видно было, что Дикой терял терпение.

Виктор дернул дверь, но она была заперта изнутри. Он постучал.

— Ну, чего еще там? — угрожающе произнес Дикой. — Кто это?

— Это я, — нервно проговорил Виктор.

— Чего тебе? — приоткрыл дверь Дикой.

— Да вот хотел ополоснуться, а вы помешали! — Виктор щелкнул выключателем, но свет не зажегся. — Послушай, — прошептал Виктор, — оставь ее мне, Дикой!

Внимательно посмотрев на Виктора, тот неожиданно согласился.

— А, черт с тобой, пользуйся моментом: возиться надоело, ломается, как пряник… Дешевка! — зло бросил он в темноту ванной и вышел.

Виктор прошел внутрь и посмотрел на то место, где должна быть лампочка: она была на месте. Дотянувшись, он повернул ее, и мгновенно вспыхнул свет. Марина сидела на краю ванны и продолжала нервно всхлипывать, бросая на Виктора испуганные взгляды. Побрызгав себе на лицо холодной водой, он вытерся своим платком и сказал:

— Иди сюда!

Она не сдвинулась с места, продолжая испуганно смотреть на него.

— Не бойся, пожалуйста, иди сюда, — проговорил он мягче, и, видно, в его голосе было нечто такое, что заставило ее поверить и подойти.

Он наклонил ее голову к раковине и словно ребенку обмыл лицо водой.

— Платочек есть?

— Есть. — Она вынула из рукава платочек и хотела вытереть лицо, но Виктор взял платочек и вытер ей лицо сам.

— Пойдем отсюда! — проговорил он властным тоном и, взяв за руку, потянул за собой. Когда они вышли на улицу, от свежего воздуха закружилась голова, и Виктор, возможно, упал бы, если бы Марина не поддержала его под руку.

— Где ты живешь? — спросил Виктор, покачиваясь из стороны в сторону. — Я провожу тебя…

— Хорошо-хорошо, проводишь, — улыбнулась она, и они пошли по дороге, а Марина поддерживала его, чтобы он не упал.

По дороге Виктор попросил ее рассказать о себе. Но этот рассказ был не очень длинным: живет с бабушкой, так как родители уехали в Омск (Виктор почему-то обрадовался такому совпадению, он сам любил ездить в этот сибирский город). Ее отец военный, служит там, учится же она в девятом классе…

— Так как же ты попала в эту компанию? — перебил ее Виктор и даже разозлился. — Ты что, не понимала, куда идешь?

— Знала, конечно, не задумывалась, что все может быть так ужасно и противно… Ты такой добрый и хороший, — проговорила она неожиданно и тут же добавила: — Дай я тебя поцелую… только я сама, хорошо? — приподнявшись на цыпочки и зажмурившись, она чмокнула его в губы и смущенно отвернулась.

А на Виктора неожиданно накатилась такая нежность, что он подхватил Марину на руки и стал кружить и отпустил только тогда, когда едва не оказался вместе с ней на земле… Расставаться им не хотелось, хмель окончательно выветрился из головы, и они еще долго гуляли по улицам и скверам города, а когда стало совсем светло, они подошли к ее дому.

— Вот здесь я живу. — Она указала на красное пятиэтажное здание в Вадковском переулке. — Первого места тебе, Вит!

— Спасибо, Мариша, за этот вечер… вернее, ночь, — сказал Виктор, с нежностью глядя ей в глаза.

— Это тебе спасибо, мой спаситель! — Она снова чмокнула его, приподнявшись на носки, и подбежала к подъезду, но перед самым входом остановилась и крикнула: — Позвони сразу же, как приедешь!

Странное, необъяснимое чувство охватило Виктора, все казалось каким-то удивительным и необычным. Хотелось совершить что-нибудь особенное, героическое… Он не мог понять, что с ним происходит, шел по улице и глупо, но счастливо улыбался и редким прохожим, и первым весенним листочкам, появившимся на деревьях. Его волновало это состояние, и это волнение необъяснимо радовало и распирало грудь, сердце готово было выскочить наружу и закричать на весь мир: «Я люблю! Лю-б-лю!!!» Виктор до мельчайших подробностей вспоминал все ее жесты, ее страх, улыбку, но более всего его волновал поцелуй Марины, который, казалось, он до сих пор ощущал на своих губах…

Когда он пришел домой, на часах было восемь, но спать не хотелось, Татьяны Николаевны дома не было: она уходила на работу к восьми часам. Виктор прилег на диван и вскоре уснул, но поспать ему не пришлось: в десять часов его разбудила трель телефонного звонка…

— Слушаю вас, — спросонья ответил Виктор.

— Привет, старик, как спалось? — услыхал он голос Дикого. — Как Марина?

Как ни странно, Виктор не ощущал к Дикому неприязни, а где-то был благодарен: ведь благодаря ему он познакомился с Мариной.

— Привет, — ответил он. — Все нормально.

— Ты что, к себе ее уволок?

— Конечно! — не зная для чего соврал Виктор. Он сам не понял, как это у него вырвалось, и тут же пожалел о сказанном.