Сергей Майоров - Отказной материал

В соседнем кабинете завалившийся на диван Петров издавал какие-то хрюкающие звуки, пытаясь подавить душивший его приступ смеха. Ковалев сдержанно улыбался и прислушивался к сбивчивому голосу Джона, которого наконец-то прорвало. Николаев едва успевал делать пометки в своем блокноте.

Через полчаса Джон иссяк. Николаев взглянул на свои записи и вздохнул. Информации было много, но вся она представляла интерес чисто познавательный.

С «посадкой» Джона возглавляемое им предприятие по организации «быстрого малолетнего секса» на какое-то время прекратит свое существование, но в конце концов найдется кто-то следующий, однако это уже будет по-другому и в другом месте. Раньше в городе ничего подобного не было. Идея принадлежала Джону, и он сам смог претворить ее в жизнь, сам набрал помощников и «рабочих», сам подобрал клиентуру и создал репутацию. Кое-что, но совсем немного, он платил «омским» за «крышу». О причинах столь серьезной скидки он предпочел умолчать, но Николаев понял сам, просмотрев содержание вишневого «бизнес-организатора» и найденной в «отстойнике» тетрадки. Предоставляя услуги работниц всем желающим, Джон передавал информацию о своих клиентах «омским». А те, аккуратно выбрав жертву, начинали ее «доить», благо бедные люди к Джону не обращались. При таком раскладе, если не «пережать» самому, можно было не опасаться ни милиции, ни каких-либо других защитников. Даже депутату, несмотря на его неприкосновенность, не поздоровилось бы, обнародуй кто-нибудь информацию о его вечерних похождениях. Кроме того, получая от жертвы деньги, «омские» мягко советовали не прерывать отношений с Джоном, продолжать пользоваться его услугами и, более того, рекомендовать это невинное развлечение всем желающим.

Обо всем этом Джон говорить Николаеву не стал, но пришедший ему на смену Ковалев принял эстафету и довел дело до конца.

Вскоре пришел ответ от экспертов. Изъятые папиросы содержали наркотик, и количество его превышало минимум, необходимый для возбуждения уголовного дела. Пообщаться с Джоном приехали оперативники РУОПа. В качестве подарка им были вручены «бизнес-организатор» и потрепанная тетрадь, содержащие много интересной информации об интересных людях.

Судя по всему, Джон удалялся с поля надолго. Может быть, навсегда.

Но ни он, ни его подчиненные отношения к Кате Ветровой и случившемуся с ней не имели. Данных о причастности к этому кого-то из клиентов тоже не нашлось.

Искать предстояло в другом месте.

Знать бы только где.

Наступило утро понедельника. Игорь Петрович Юрьев собирался на работу. Приняв душ, он растерся махровым полотенцем и теперь, стоя перед висящим в ванной зеркалом, неторопливо брился. Плавающие лезвия мягко скользили по щекам и подбородку, снимая отросшую за выходные дни щетину, покрытую тонким слоем специальной пены. В голове вертелся мотив из надоевшей телерекламы. На кухне, передавая новости, бормотало радио.

Настроение было хорошим. Через две недели Юрьев собирался уйти в отпуск и надеялся, что теперь уже ничто не помешает его планам: три недели на курорте в Болгарии, а потом еще несколько дней у одной знакомой, имеющей собственный дом под Анапой. Конечно, она намного старше его, да и природа обделила ее как красотой, так и интеллектом, но зато — дом, море, машина, фрукты и никаких забот. Недавно Юрьеву наконец удалось поправить свое пошатнувшееся материальное положение, полностью рассчитаться со своими партнерами по бизнесу и даже отложить некоторую сумму, которую он собирался приятно потратить в Болгарии. В Анапе проблем с деньгами у него уже не будет. Конечно, надо бы вернуть деньги этой идиотке Алле, но… Есть много «но».

Невольно усмехнувшись, Игорь поспешно отдернул руку со станком и, только убедившись, что пореза не осталось, продолжил бритье. Во-первых, это его первый настоящий отпуск за последние три года и первый выезд за границу. А во-вторых, она сама виновата, со своим постоянным желанием близости и неукротимой фантазией. Он ведь тогда не смог вовремя прервать свидание именно из-за ее тяги попробовать что-нибудь новенькое. Попробовали… Попробовали так, что он пропустил важную встречу и потерял тысячу долларов. Половина суммы была его, но другая половина принадлежала компаньонам — старшему лейтенанту из расположенной в городе строительной части и милиционеру, постоянно дежурящему на центральном городском рынке. Если по поводу своих пятисот баксов Игорь мог горько вздохнуть и забыть, то пятьсот чужих надо было отдать, и отдать быстро. Что он и сделал. За счет Аллы. И не испытывал по этому поводу никаких угрызений совести. Сидела бы дома со своим мужем-шоферюгой, так и проблем бы никаких не возникало, разве что из-за недосоленного супа. А за новые впечатления и удовольствия надо и платить иногда. Зато в следующий раз умнее будет, а с деньгами уж выкрутится как-нибудь. Самое неприятное заключалось в том, что иногда на работе ему приходилось с ней встречаться. Но, даже вернувшись из отпуска, до сентября он ее больше не увидит, а в октябре-ноябре он планировал вообще уволиться из роно и заняться бизнесом. Благо есть уже какой-то опыт и связи налажены.

Покончив с бритьем, Игорь тщательно промыл дорогой станок, подарок еще одной «использованной» дурочки типа Аллы, смыл остатки пены с лица и протер кожу лосьоном. Он нравился себе и, что самое главное, нравился женщинам, которые очень часто ему помогали и которых он спокойно оставлял, когда помощь становилась не нужна.

Завтракал Игорь недолго, гораздо больше времени ушло на то, чтобы одеться. Его гардероб был невелик, но состоял только из качественных, престижных вещей. Легкий костюм, белоснежная рубашка, со вкусом подобранный галстук, который подарила та же машинистка, которая была у него до Аллы. А может, и одновременно с ней, теперь уже не вспомнить. Сверкающие туфли и дорогой солидный «дипломат».

Оценив в зеркале свой внешний вид. Юрьев остался доволен. На мелкого чиновника из роно он походил в последнюю очередь, ни дать. ни взять — преуспевающий, твердо вставший на ноги бизнесмен средней руки.

Погасив в коридоре свет, Игорь легко сбежал по лестнице и вышел на залитую солнцем улицу.

На Вову, сидевшего за рулем припаркованной неподалеку «семерки», внешний уверенный вид Юрьева впечатления не произвел.

— Внимание, он вышел, — проговорил Вова, поднося ко рту микрофон рации. — В зеленом костюме и с черным чемоданом. Сейчас прикуривает. Понял?

— Понял, понял!

Впечатление было такое, будто собеседник спрятался на заднем сиденье, а не сидит в кабине грузовичка «авиа», застывшего у тротуара в двухстах метрах впереди. Вова удовлетворенно отложил рацию и включил зажигание.