Иван Сербин - Зверь

— Помощник Орка. Или, напротив, Орк — помощник Одинцова. Впрочем, настоящий Одинцов не имеет к нашему делу ни малейшего отношения. Мы имеем дело с двойником. С человеком, работающим под Одинцова. Я еще не успел окончательно разобраться в системе отношений лже-Одинцова и Орка, но, думаю, это дело ближайшего часа. У меня уже есть кое-какие наработки. Мы почти у цели. Осталось совсем немного.

— Хорошо. — Аид вздохнул. Инициатива окончательно уплыла из его рук. — Делайте, что считаете нужным. Но, ради Бога, умоляю, позвоните мне, как только что-нибудь выясните. — Он подумал несколько секунд, а затем тихо, едва-едва слышно признался: — Я боюсь. Мне страшно. Мне очень страшно.

— Ильинское? — Сурово-небритый мужичонка-водитель с характерным томлением в глазах туманно вперился в лобовое стекло. В данную секунду вид у него был такой, словно Гектор попросил отвезти по меньшей мере на Сахалин. — Полтинничек, — наконец вынес приговор небритый, продолжая ощупывать взглядом тоскливо-дымчатый горизонт.

— Поехали, — Гектор забрался в кабину побитого жизнью «зилка».

— Ну поехали, — индифферентно кивнул небритый и тут же, без всякого перехода поинтересовался: — Пива хочешь?

— Нет, — ответил Гектор.

— Угощаю, — не поверил водитель.

— Спасибо, не хочу.

— Ну, как хочешь…

Не угадав родственную душу, небритый тут же потерял к пассажиру всякий интерес. «Зилок» трясло. Под капотом что-то гремело, лязгало, звякало. В кабине нестерпимо воняло бензином и вяленой воблой. Насчет рыбы ситуация прояснилась быстро. Здоровенная авоська с торчащими из нее сухими рыбьими хвостами лежала между сиденьями. Проследив взгляд Гектора, небритый оживился снова:

— А с воблой?

— Все равно не хочу.

— Ну я-асно.

Грузовичок натужно набрал скорость. Минут через двадцать они миновали голубой указатель, гласивший: «Ильинское; сов. Ильинское-Усово». Цифры же сообщали, что до обоих населенных пунктов менее двух километров.

— Оно? — огорченный пивным отказом, буркнул небритый.

— Похоже на то, — согласился Гектор.

«Зилок» заложил настолько крутой вираж, что в механическом организме испуганно застонала каждая деталька, заскрипел каждый узел. Казалось, грузовичок сейчас не выдержит космических перегрузок и рассыплется на тысячу абсолютно суверенных частей. Но, к немалому удивлению Гектора, автомобиль выдержал и бодро покатил по дороге к коттеджному поселку.

Отыскать нужный дом не составило труда. Полоумная домохозяйка хоть и дала слишком размытое описание — красных кирпичных трехэтажных домов с арочками и балкончиками здесь было большинство, — но сообщила самую важную примету: флюгер в виде льва. Конечно, флюгеров в поселке тоже хватало, — очевидно, обитатели, не мудрствуя лукаво, беззастенчиво крали друг у друга удачные дизайнерские находки, — но лев был один. Выделялся в армии разнообразнейших трубочистов, стражников, чертиков и драконов.

Когда Гектор выбирался из кабины, шофер в последний раз спросил с надеждой:

— Может, возьмешь пивка-то? Не хочешь?

Небритый категорично хлопнул дверцей, и грузовичок умчался, бросив в лицо странному пассажиру презрительное облако бензинового выхлопа.

Гектор подошел к мощному забору и, обнаружив у ворот кнопку, настойчиво позвонил. Сам собой лязгнул тяжелый засов, и калитка приоткрылась. За ней раскинулся симпатичный ухоженный садик, вроде тех, что можно увидеть в импортных рекламных проспектах. Многочисленные карликовые деревья, все еще не сбросившие удивительно золотую листву, декоративные валуны, жесткая трава, странного голубовато-зеленого цвета. Дорожки из мраморной плитки с аккуратными желтыми бордюрчиками. В глубине сада — несколько изящных плетеных стульев и гамак, болтающийся на двух искусственных, под сосны, опорах. Не надо было иметь очень богатое воображение, чтобы догадаться: человек, живущий здесь, зарабатывает больше чем много.

— А, это вы…

Гектор обернулся. Хозяин дома стоял на высоком крыльце, изучая гостя. На Ярославе было надето длинное вязаное пальто, больше похожее на безразмерный пуловер. В руке он держал бутылку пива и время от времени прихлебывал прямо из горлышка. В отличие от прошлого раза, адвокат оказался чисто выбрит и воспринимался совершенно иначе. Надо сказать, что борода сглаживала легкую округлость лица Ярослава. Без нее как-то сразу вдруг стала заметна припухлость щек и рыхловатость губ. Резковатость морщин и размытость подбородка. Гектор вдруг понял, что человек этот не так уж и молод. Во всяком случае, гораздо старше, чем ему показалось сначала.

— Проходите, не стесняйтесь, — пригласил Ярослав. — Хотите пива?

— Тем же самым вопросом всю дорогу донимал меня водитель грузовика, — сообщил Гектор. — Спасибо, не хочу.

— Не смею настаивать, — усмехнулся адвокат. — Да вы поднимайтесь, чего так-то разговаривать.

— Не боитесь дверь открывать не спросив? — полюбопытствовал Гектор.

Ярослав весело расхохотался:

— Оглянитесь. Красивые дома, правда? Соседи — милейшие люди. Бандиты. Все, как один. Я их защищаю в суде, они меня — здесь. А теперь скажите на милость, чего мне бояться?

— И верно, нечего, — пробормотал озадаченно Гектор.

— Вот видите. Итак, насколько я понимаю, вы ехали сюда не затем, чтобы взглянуть на мой сад или пройтись по дому, правда?

— Сущая.

— Тогда зачем же, позвольте поинтересоваться?

— Мне необходимо узнать, где сейчас может находиться Валентин, — ответил Гектор, поднимаясь на крыльцо.

— Любезнейший, да откуда же мне знать? — изумился Ярослав.

Гектор хмыкнул. Говорил адвокат вполне искренне, и все-таки проскальзывала в его поведении какая-то толика фальши. Она звучала в легкой, почти незаметной настороженности.

— Вы знаете, — категорично заявил Гектор. — О делах Вальки вам известно больше, чем кому бы то ни было. Я в этом уверен.

— Позвольте полюбопытствовать, на чем же базируется ваша уверенность? — Ярослав, словно его и не интересовал ответ гостя, отхлебнул еще пива, крякнул с удовольствием, внимательно осмотрел бутылочное горлышко с налипшими на нем пузырьками белесой пены. — Итак?

И Гектор вдруг абсолютно уверился в том, что адвокату точно известно, где Валька. Поведение Ярослава было фальшивым насквозь, хотя поначалу и производило впечатление искреннего.

— Вы лжете, — спокойно заявил гость. — Валька делился с вами всеми проблемами, он сам говорил об этом. Вы были для него и лучшим другом, и душеприказчиком одновременно. Как юрисконсульт фирмы, вы не могли не знать, что автомобиль Вальки был взорван сегодня утром у его дома.

— Положим, мне известно об этом, и что же? — Ярослав сделал еще глоток.