Инна Тронина - Миллениум

Неподалёку от платформы «Северянин» Грушин нагнал и джип, и своего агента. Он включил рацию, сказал условную фразу, означавшую, что Борису нужно сойти с дистанции. Похоже, что сопровождающие Татьяну люди почувствовали неладное, остановились и проверили, проскочит ли подозрительная «девятка» мимо.

Олег их манёвр разгадал, отпустил первую машину, а сам занял место агента. Успокоившиеся люди из джипа решили двигаться дальше, убедившись, что «хвоста» больше нет. Но их на самом деле уже сопровождала солидная чёрная «Вольво». Путь Татьяны лежал за МКАД, Грушин это понял давно. Но вот сколько придётся проехать вслед за джипом, не знал никто. Пока они отмахивали по Ярославскому шоссе со скоростью шестьдесят километров в час, и поездка напоминала прогулку.

Олег всё-таки глотнул сваренного старушкой кофе и заметно повеселел. Его уже не выводили из себя болтающиеся где-то в вышине фонари, и слепящие встречные фары не выжимали из глаз едкие слёзы. У бензоколонки, находящейся на пересечении шоссе с Кольцевой дорогой, джип приняла «Газель». На сей раз предосторожность, похоже, была излишней, но Грушину не хотелось рисковать, и он перестраховывался.

К тому же все агенты, задействованные сегодняшней ночью, должны были поучаствовать в спектакле, иначе заплаченные заранее деньги могли оказаться потерянными зазря. А Грушин, несмотря на свой пофигизм, был прижимистым хозяином. Слишком многим людям он должен был в этой жизни платить, и потому научился считать каждую копейку. Борис, водитель «Вольво» Сергей, управляющий «Газелью» Роман и четвёртый, Миша, согласившийся вывести из гаража свою драгоценную «Тойоту», страстно желали отработать вложенные в них средства, да и просто поразвлечься.

Теперь Грушин мог сообщить Тураеву данные джипа для экстренной проверки, а это уже немало. Даже если не удастся выяснить, куда именно увезли Татьяну Журавлёву, установление личности хозяина «Лэндкраузера» может много дать сыщикам. Таким образом, два автомобиля, используемые этой группировкой будут выявлены. Но те, кто ими пользуется, про то знать не будут, и когда-нибудь где-то подставятся…

Сияющий огнями мегаполис остался позади. Дорога пошла мимо застывших зимних лесочков, деревянных домиков и покосившихся заборов, которые находились будто бы на разных с Москвой планетах. Скорее всего, в соседнюю область Татьяну не повезут, ведь именно сегодняшней ночью она должна родить. И. если получится, можно точно выяснить, куда именно рванёт джип, увозя нового гражданина России, которому предстоит стать стопроцентным иностранцем.

Никогда не придёт в голову парню из какого-нибудь Бостона или Эдинбурга, что появился он на свет близ Ярославского шоссе в Подмосковье. Грушин понимал, что ничего дурного Татьяна, в общем-то, не делает. Её младенец достигнет желанной для многих цели просто так, облагодетельствовав при этом маму, деда и бабку. Но всё-таки сыщик должен был выполнять обещание, данное Тураеву. И потому, стиснув зубы, исступлённо гнал за джипом, втайне надеясь, что свернёт на Клязьму.

Но на сей раз Олег ошибся. «Лэндкраузер» устремился дальше по шоссе, и сам Олег едва успел передать его четвёртому агенту. Сам же он завернул к заправке, понимая, что Миша сориентирует его по рации, и никаких проблем не возникнет.

Пока в бак заливали горючку, Грушин, несмотря на запах, преспокойно жевал бутерброды и слушал лёгкую музыку, доносившуюся из динамиков автомагнитолы. Когда, насытившийся и довольный, он выезжал с заправки, услышал гудок рации и всё-таки зевнул, недовольно хрустнув челюстью.

— Я тебя за Ивантеевкой жду, не доезжая пару километров до Трубино. Усёк? Ну, давай. — И Миша отключился.

Значит, дальше не поехали, остановились и, вероятно, выгрузили Татьяну. Грушин предположил, что джип скрылся за воротами какого-то имения, которых в Подмосковье появилось за последние годы предостаточно.

Там, в коттедже, всё оборудовано по высшему разряду, и дежурит бригада врачей. Никакие осложнения не должны помешать клиентам получить сегодня долгожданного младенца. Да, уже сегодня, потому что несколько минут назад начался новый день — пятнадцатое февраля. Славная дата, второй день праздника влюблённых, да вроде бы ещё и Сретенье. Значит, мальчик будет счастливым и действительно любимым, потому что уж точно стоит новым родителям громадных денег.

Мишкина «Тойота» с потушенными фарами слилась с полуночной темнотой. Без короткого резкого сигнала подуставший Олег её не заметил бы. От дороги влево вела небольшая аллейка, усаженная старыми разлапистыми елями. От тишины, запаха хвои и пьяного свежего воздуха Олег совсем разомлел и даже не сразу понял, о чём говорит выскочивший из-за руля Михаил.

— Вот там, двести метров отсюда, забор. Короче, кирпичный домишко, как положено. На скорости проскочили за ворота, и тут же створки закрылись. По-моему, очень спешили, и во дворе долго орали…

— Тебя не заметили? — подавил очередной зевок Грушин.

— Вроде, нет. Я особенно-то не рисковал. Через твой бинокль смотрел — всё очень здорово видно. Как по телку чёрно-белому…

— Прибор ночного виденья, — довольно пояснил Олег. — Значит, будем ждать. Другой дороги к шоссе, судя по всему, здесь не имеется. И, ежели они будут возвращаться в Москву, этого поворота не минуют. А мы с тобой притулимся вот за этими ёлками и станем ждать. Печки работают, у меня кофе в термосе остался, для тебя специально берёг.

Грушин показал пакет Мише, и тот радостно хлопнул белыми ресницами. Лицо агента даже сейчас, в неверном свете растущего месяца, казалось красным, будто обваренным кипятком.

— Оплачу, как договорились, но наблюдателей должно быть двое. Если один заснёт, то другой точно заметит.

— Я всё понял. Сделаю, что надо. — Миша оглянулся на аллейку. — Только вдруг они утром отсюда не уедут? И днём придётся стеречь?

— Не думаю, хотя всякое может быть. Смотря как там у них пойдут дела. — Грушин вдруг вспомнил, что Миша не в курсе дела, но объяснять ничего не стал. — Считаю, часиков шесть на всё-про всё хватит. Если потребуется смена, я вызову подкрепление. А покуда попробуем управиться вдвоём. Не подведи меня, Михайло, дело уж очень важное.

— А если нас обнаружат? — Миша, уже направившийся было к своей машине, настороженно повернулся к Олегу. — Они ведь могут и лесок прочесать.

— Забыл, как договаривались? — удивился Грушин. — Только нужно вовремя их заметить и успеть винтом с горла выпить хотя бы стакан водки. На, держи.

Сыщик достал пузырь из внутреннего кармана дублёнки и сунул в озябшие руки агента.

— Но это только в том случае, если возникнет необходимость. А так чтобы ни капли, понял? Какой спрос с пьяных, решивших переночевать в «тачках» на свежем воздухе? Задание мы, конечно, в таком случае завалим, зато себя спасём. Тебе и прятать ничего не надо, а моя рация будет в надёжном месте. Чтобы её обнаружить, придётся перевернуть весь салон, а на это они вряд ли решатся.