Питер Чейни - Темная улица

— Постараюсь, — улыбнулся О'Мара. — Ведь вам меня будет очень не хватать в случае чего!

— Мне будет не хватать запаха ваших вонючих сигар! Ну, ладно… Доброй ночи, Шон.

О'Мара положил трубку, с минуту постоял в раздумье, глядя на телефон, потом снова закурил сигару.

Подойдя к граммофону, он поставил румбу и, прислушиваясь к четкому ритму, стал щелкать пальцами.

О'Мара вышел из «Премьер Лаунд» на Албермал-стрит и направился к своему дому. Он выпил два двойных виски с содовой и поэтому ощущал полную гармонию между собой и окружающим миром.

Когда он вошел в свою квартиру, было ровно восемь часов. На столе его ожидал запечатанный сургучом большой пакет — в нем содержались материалы, обещанные ему Куэйлом.

Просмотрев опытным взглядом фотографии, находящиеся в пакете, О'Мара занялся сопроводительным рапортом. Он улыбнулся, покончив с чтением. Все его догадки подтвердились. Он извлек из конверта несколько фотографий, остальные сжег.

Потом вернулся в гостиную, налил себе выпивку, включил радио на передачу танцевальной музыки и опустился в кресло со стаканом в руке. Он стал вспоминать ту женщину из Рио, о которой не переставал думать в каждую свободную минуту. Она вставала перед мысленным взором: такая красивая, грациозная, такая желанная. Ему казалось, что просто необходимо, чтобы волнующие минуты, которые он пережил с ней, повторились в его жизни хотя бы еще раз. Нет, он непременно добьется, чтобы это повторилось, иначе просто быть не может. Он хочет, чтобы это было, значит, так и будет. Все же нет на свете другого такого города, как Рио! Только там можно сочетать самую опасную работу с самыми волнующими наслаждениями. О'Мара не сомневался, что Куэйл непременно пошлет его туда снова, как только он выполнит здесь задание.

О'Мара вздохнул. Настало время, когда он должен свести концы с концами в этом деле. Только тогда можно будет заняться приятными воспоминаниями.

Он выпил свой бокал, подошел к телефону и набрал номер Сэмми Кордовера.

— Добрый вечер, приятель, — сказал он, услышав голос Сэмми. — Как поживаете?

— Отлично, — ответил Сэмми. — Я все время удивлялся, что вы не звоните.

— Мысленно я всегда с вами, — любезно сказал О'Мара, — послушайте, Сэмми, я хочу, чтобы вы сели на хвост нашему приятелю Мигуэлесу. Не отходите от него ни на шаг. Если вам потребуется помощь, уладьте это с нашим уважаемым боссом. Если Мигуэлес выйдет из дома, вы должны проследить, куда он идет и когда вернется. Он собирается уезжать. Возможно, он будет упаковываться, делать покупки, улаживать формальности. Держите в курсе всех событий мистера Куэйла. Он будет знать, как меня найти. Вам все понятно?

— Ясно. Еще что-нибудь?

— Пока что все. Работы вам хватит. Спокойной ночи.

Он положил трубку и начал мерить гостиную шагами, жуя сигару и напряженно размышляя. Если очень хочешь поскорее вернуться в Рио, нужно шевелить мозгами…

Он вернулся к телефону и снова набрал номер. На этот раз в трубке послышался голос блондинки из приемной Куэйла.

— Это О'Мара, потомок всех ирландских королей, — сказал он. — Прошу вас не забывать об этом. Я хочу поговорить с боссом.

— Сейчас, мистер О'Мара, — ответила блондинка, и по ее тону ирландец понял, что она улыбается. — Его нет на месте, но я попробую соединить вас. — Наступило молчание, потом раздался голос Куэйла:

— Хелло, Шон!

— Спасибо за фотографии и рапорт, Питер, — сказал О'Мара. — Быстро сработано.

— Вы удовлетворены? Это то, что вы думали?

— Весьма удовлетворен. Приступаю к делу. Кстати, когда все будет закончено, я смогу вернуться в Рио?

— Весьма вероятно. По-видимому, у вас имеется обычная дополнительная причина желать возвращения туда. Или вам просто нравится климат?

— Мне нравится климат.

— Когда вы собираетесь завершить дело, Шон? Похоже, что времени у вас остается совсем немного.

— Совершенно верно. У меня мало времени. Честно говоря, у меня его так мало, что я даже слегка беспокоюсь. Но вы удивитесь, когда поймете, какой я поворотливый. Вы можете для меня кое-что сделать?

— Конечно.

— Я еду в клуб «Желтая антилопа», собираюсь там пообедать. Кордоверу я сказал, чтобы он глаз не спускал с Мигуэлеса. Он скоро должен начать действовать. Я сказал, чтобы он связался с вами, если произойдет что-то непредвиденное. Пожалуйста, позвоните мне в клуб, если будет надобность. Впрочем, в любом случае я прошу вас или вашу девушку позвонить мне туда сразу после половины десятого. Я не хочу застревать там надолго.

— Хорошо, понял. Я полагаю, что вы собираетесь подразнить гусей?

— Вот именно. У меня просто нет другого выхода.

— Что ж… желаю удачи. Только не рискуйте слишком явно, Шон, не заходите чересчур далеко!

О'Мара повесил трубку, выждал немного и набрал новый номер. На этот раз голос его был чарующе ласков и обворожителен.

— Тереза… дорогая девочка, сегодня вечером я только о вас и думаю. К тому же у меня в запасе есть ошеломляющие новости, и я жажду прошептать их в ваше очаровательное ушко. Как насчет того, чтобы нам вместе пообедать?

Она рассмеялась и сказала:

— У меня свидание, Шон, но я его отменю. Вы, конечно, так сразу и поняли, не правда ли? Потому-то и тянули с приглашением до последней минуты.

— Я надеялся, что вы согласитесь, — скромно сказал О'Мара. — Я, конечно, уверен в своем даре — неодолимо очаровывать женщин, — но даже и при этом благодарю вас за то, что вы откажете тому парню.

— Это женщина, — сказала Тереза. — Она переживет. Где мы обедаем?

— Пойдем туда, где мы впервые встретились, — сказал О'Мара. — Мне там очень понравилось. Может быть, встретимся там в девять часов?

— Отлично. Я надену самое сногсшибательное платье. Полагаю, вы уже поняли, что очень нравитесь мне, Шон?

— Неужели! Подумать только! И чем же это объяснить?

— Сама не знаю. Вы странный человек и умеете быть по-настоящему очаровательным. И мне нравятся ваши глаза и… ваши руки. Ей Богу, объяснить, в чем тут дело — невозможно, секрет в том, что вы из тех людей, которые всегда знают, чего добиваются… И всегда получают то, чего хотят. К тому же, ваши взгляды на все так оригинальны…

— Вы меня совсем захвалили. Смотрите, как бы я не стал задирать нос.

— Ну, ну, не стоит. Возможно, дело в том, что мне просто надоели длинноволосые юнцы, я ими сыта по горло.

— Ладно, — сказал О'Мара. — Я сегодня специально постригусь покороче. Оревуар, моя любовь. Кстати, я забыл вам сказать, что нахожу вас очаровательной…

— Благодарю вас, милорд, вы очень любезны.

— Это моя слабость, — сказал О'Мара. — Я просто не выношу, когда женщины страдают. Я всегда чересчур мягок с ними.