Микки Спиллейн - Весь Тайгер Манн

— Возможно… Мы ему что-нибудь подкинем, чтобы он немного утешился… Вы знаете, каким оружием был убит Дон?

— "Магнумом-22", вероятно с глушителем. Никто не слышал звука выстрела.

— Тогда поищите Нигера Хоппеса. Это его подпись, и он в настоящий момент находится здесь.

— Хоппес?

— Вы помните его, да?

— Безусловно. Подозревают, что это он спустил многих видных политических деятелей в Европе.

— Пусть сделают баллистическое исследование. Интерпол может нам прислать по телефото имеющиеся у них снимки как вещественные доказательства. Если вам будет сопутствовать удача, будете знать, кого искать.

— Никто никогда его не видел.

— Его видел Дон Лавус. Значит, и другой увидит. Надеюсь, это буду я.

— Хорошо, Тайгер, если то, что ты говоришь, верно, то ты оторвал крупный куш. Окажи мне, тем не менее, одну услугу. Одну!

— Какую?

— Передавай мне все свои сведения. Никуда не суйся совсем один.

— Сожалею, полковник. Вы просите слишком многого. Вы забываете, что у меня официальная миссия.

— А ты не забывай, что я твой начальник.

— Могу уйти в отставку…

Снова пошел дождь — мелкий, упорный. Мне было холодно, но я не знал почему. То ли оттого, что на самом деле похолодало, то ли дрожь вызывало мое напряженное состояние. Голова раскалывалась от мыслей.

Я прыгнул в такси. К Рондине!

Огромный швейцар приветствовал меня дружеским жестом. Он немного помог мне в предыдущем деле и остался доволен оплатой.

— Мисс Кейн у себя?

— Да, мистер, она вернулась примерно час назад.

— Одна?

— Она приехала на служебной машине ООН. С нею кто-то был, но он не выходил из автомобиля. У вас… все в порядке?

Я знал, что он имеет в виду.

— Ты не видел любопытных, болтающихся у дома?

Швейцар пожал плечами и растянул губы в неопределенной улыбке:

— Я знаю не слишком много.

— Речь не о том, что ты знаешь, а о том, что видишь.

— Я вижу тех, кто входит и выходит отсюда. — Он указал на здание за его спиной.

— И все?

— Ну, еще то, что происходит кругом… Вот сегодня тут мелькал парень, явно не католик. Крутился по улице, будто искал номер дома.

— Такое бывает каждый день?

— Не совсем. Как правило, номера домов ищут таксисты, а не их пассажиры. Да и таксисты неплохо ориентируются. А этот парень был в такси, но все изворачивался, пока водитель медленно вез его по улице. И так они проехали мимо несколько раз, и были очень заметны. Я сразу обратил внимание на эту синюю машину с опущенным верхом и на парня, который сидел в ней с открытой пастью.

— Сможешь его узнать?

— Нет… Только его пасть, больше ничего. Я следил за его действиями. Он тут все рассматривал, но сам явно не хотел быть замеченным.

— Когда они здесь проезжали последний раз?

— Приблизительно полчаса назад.

Я сунул руку в карман и вытащил скомканный банкнот. Швейцар прикарманил пятьдесят долларов с улыбкой.

— Будь осторожен. Я поднимусь… Не впускай никого, кого не знаешь. Если появится какой-нибудь тип под предлогом повидать кого-то из жильцов, немедленно позови меня. Наблюдай за ним по подъему лифта, отметь, на какой этаж он поднимется.

— Хорошо, шеф… Но я могу задержать его и здесь… а вы спуститесь и посмотрите на него, если захотите…

— Не перестарайся. Просто устрой так, чтобы я смог его увидеть.

— Вы считаете, что возможна потасовка?

— Все в свое время, старина!

— Я с вами, не забывайте этого! Если вы будете нуждаться в подкреплении, я могу позвать Берта, он живет напротив, или Брайина, он — сбоку… Это хорошие парни, и они обязаны мне за некоторые услуги.

— Спасибо, я этого не забуду.

Рондина, открыв дверь, обрадовалась:

— Мой дорогой! — и прижалась к моим губам.

Я страстно обнял ее, но, захлопнув дверь ударом ноги, немного отстранил от себя, чтобы полюбоваться.

— Гм…

— Что значит «гм»?.. Вы, американцы, разговариваете как варвары!

Она взяла мою руку, просунула под свою, я невольно прижался к ее высокой груди.

— Я не ждала тебя сегодня вечером.

— Я тоже не рассчитывал тебя увидеть.

— И как же получилось, что зашел?

— Не хочу, чтобы ты была тут одна.

Рондина повернулась и вопросительно посмотрела на меня. Она не понимала, что меня привело к ней.

— Догадываюсь… Это связано с делом Гамильтона?

— Приготовь мне что-нибудь выпить. И я все тебе сейчас расскажу.

— Но у тебя все по-прежнему?

— По-прежнему.

Пока она наполняла бокалы, я проинспектировал помещение. Никого. Бросил взгляд на окна, двери… Заперто. Просто у меня такая привычка, хотя, в сущности, в ней нет никакого смысла, потому что кто угодно, если он действительно этого захочет, может открыть дверь. Другое дело, что, ломая замок или разбивая стекло, человек производит много шума, а поэтому всегда все-таки остается какое-то время на то, чтобы приготовиться к встрече незваного гостя.

Когда я вернулся в гостиную, Рондина протянула мне бокал и села на ручку кресла, в которое я упал.

— Рассказывая мне о своих делах, ты нарушаешь элементарные правила безопасности. И все равно считаешь, что должен это сделать?

Я глотнул виски. Затем, откинувшись на спинку кресла, посмотрел на нее и деловым тоном заявил:

— Правила безопасности я диктую себе сам. Ты, Рондина, воспитана в Интеллидженс Сервис и потому идешь одной дорогой со мной. Я тебе абсолютно доверяю.

— Отлично. Понимаю, что ты так думаешь, но ты ничего не делаешь, чтобы я могла тебе помочь.

— Точно.

— В данный момент ты даже скорее считаешь, что я для тебя обуза. Это так?

— В некотором смысле да. Если они попытаются заставить меня брызгать слюной, захватив тебя, это очень осложнит мою задачу. Сейчас не время для этого.

— Поясни.

— Это слишком большое дело, любимая. Но если они завладеют тобой, чтобы заставить меня раскрыться, я должен буду принять их вызов и попаду в ловушку. А я не могу идти на такой риск…

Ее рука, ласкающая мой лоб, переместилась на мой затылок и погладила его.

— Не думаю, что ты пойдешь на такой риск, Тайгер. Я на это не рассчитываю. — Она с нежностью посмотрела на меня. — И не протестуй! Мы служим одному идеалу, так что… Если хочешь, расскажи мне все, я слушаю.

Я обрисовал ей ситуацию. Если Рондине суждено попасть в переплет, она имеет право знать, почему информированный агент работает эффективнее идущего ощупью, в темноте. Тот, кто ожидает атаку, кто предупрежден, может ударить врага раньше. А я хотел бы, чтобы все шансы были на стороне Рондины, хотя и рассчитывал, по возможности, ни во что ее не втягивать.

Когда я закончил, она снова наполнила мой бокал и удобно устроилась на моих коленях.

— И что ты предлагаешь? — спросила Рондина.

— Предлагаю тебе быть все время со мной. Если Хэл Рэндольф оставил тут легавого следить за тобой, чтобы с твоей помощью добраться до меня, я, беспокоясь о тебе, потеряю много времени. А если тебя захватят враги, то еще хуже. Я предпочитаю держать тебя рядом с собой, и тогда не будет никаких историй.