Росс Макдональд - Коррумпированный город

- Вы прозевали Арчи Каламуса, - сказала она. - Это лучший комик. Когда он имитирует девушку, собирающуюся на вечеринку...

- Мне, конечно, жаль, что я пропустил Арчи, - прервал я ее.

- Он выступит опять в три утра, если вы захотите подождать. Это только второе представление.

- Великолепно, - заметил я, думая о том, как она разочаруется, не получив чаевых, ради которых работает.

Гавайская танцовщица с голубыми глазами полячки из северо-западной части Чикаго вышла на середину зала и начала крутить бедрами, которые вполне подходили для деторождения. Напоследок она еще несколько раз крутанула бедрами под ритмичный аккомпанемент оркестра и важно удалилась. Толпа захлопала.

- А теперь, дамы и господа, - произнес стройный и смуглый молодой человек, выполнявший обязанности концертмейстера, - я с большой гордостью и удовольствием представляю вам молодого певца, которого вы все знаете. Это потрясающий лирический тенор - Рональд Свифт.

Толпа захлопала и засмеялась.

- Покажи им, Ронни! - выкрикнула какая-то женщина.

Смуглый молодой человек остался там же, где стоял, и начал петь в мягкой, чарующей манере. Я посмотрел вокруг, на посетителей. Они казались людьми с достатком из разных слоев общества. Молодые пары, ждавшие возможности потанцевать, а главное - пригласить к себе или быть приглашенными в другой дом. Более пожилые пары из магазинов, страховых компаний, заводских контор, откусывающие с замечательным чувством стыдливости и отваги свой кусочек настоящей жизни, - они позволяли себе это два раз в месяц. Мужчины среднего возраста, покровительственно ласкающие своих молодых спутниц. Некоторое количество женщин среднего воз-паста, отчаянно старающихся удержать внимание своих более молодых спутников улыбками и болтовней. Несколько незанятых девушек и женщин, пьющих в одиночку и прячущих глаза. Все, кроме этих последних, выпили достаточно, чтобы получать удовольствие.

Потрясающий лирический тенор опять превратился в концертмейстера и объявил выступление потрясающего танцевального дуэта. Мужчина из этой пары с возрастом подвысох, а его партнерша располнела, но танцевали они хорошо. Их кастаньеты словно вели остроумный диалог. Когда сложные па сблизили танцоров, страсть засверкала между ними, как разряды электричества. Их чечетка звучала так же неистово и реально, как сама любовь или ненависть. Они покинули площадку с мокрыми лицами, величаво и синхронно двигаясь.

Кто-то у меня за спиной говорил:

- Я не думал, что Керч сможет сохранить свой рэкет с игральными машинами после того, как придет Аллистер.

- Он одурачил вас, ублюдки, - влез нахальный голос продавца. - Я мог бы предсказать все, что случится.

- Вы имеете в виду, что ничего не случится?

- Абсолютно точно. Каких перемен вы могли ждать? Всегда происходит одно и то же, когда появляются эти реформаторы с безумными глазами. Я пережил это в Кливленде, когда был еще мальчишкой. На что жалуетесь, черт возьми?

- Кто жалуется! Я всегда говорил, что широко открытый город хорош для бизнеса. Вот почему я не стал поддерживать Аллистера.

- Вы это можете сделать в следующий раз.

Оркестр начал наигрывать танцевальную музыку.

- Пошли, Берт, - захныкала женщина. - Мы пришли сюда не для того, чтобы говорить о политике. Давай потанцуем, пока на площадке не так тесно.

- Конечно, Мардж, конечно.

Я посмотрел, как они выходили на танцевальную площадку: краснощекий мужчина в твидовом пиджаке обнимал полной рукой талию увядающей блондинки.

- Он знает, что надо делать, - сказал за спиной другой мужчина. - У Берта хорошая голова на плечах.

- Он слишком толстый, - сказала женщина. - Вы не такой толстый.

Одна из незанятых девушек села напротив меня, за мой стол. Ее густые каштановые волосы метнулись вперед, коснувшись белых плеч. Серьезное молодое лицо, спокойные печальные глаза и чересчур ярко накрашенные губы.

- Такой хороший мальчик, как вы, - привычно продекламировала она, - не должен сидеть так, в полном одиночестве.

- Такая хорошенькая девочка, как вы, не должна тратить свое время на такого парня, как я.

- Почему, что такое с вами? Вы мне кажетесь довольно симпатичным.

- Вы мне льстите.

- Понятно. А теперь, после того как я вам польстила, можете купить мне бокал вина.

- Подход довольно прямолинейный. Я выгляжу как обеспеченный человек?

- Внешность так обманчива.

- Например, в случае с вами. Вы накрасились, чтобы соответствовать нравам этого заведения. В биологии это называется защитная окраска.

- Можете подтрунивать надо мной и дальше, - сказала она просто. - Пожалуйста, купите мне вина. Биология - очень интересный предмет.

- Что ж, вы подходящий объект для биологических экспериментов.

- Вы мне льстите. Я уйду, если не купите вина.

- И унесете из моей жизни всю красоту? Как раз в тот момент, когда мое сердце стало раскрываться подобно цветку?

- Пошли вы к дьяволу! - неожиданно резко проговорила она, поднялась и откинула волосы назад. Ее стройная фигурка выглядела несколько нелепо в длинном платье.

- Присядьте, - предложил я. - Что вы пьете?

Она опять села.

- "Скарлетт О'Хара".

- Вы в штате этого заведения?

- Вот те раз! Что вас заставляет так думать? - резко спросила она. - Я сюда прихожу каждый вечер, потому что мне нравится тут.

- Вам следовало бы изучать в школе биологию.

- Я пыталась. Ничего хорошего не вышло.

Подошла официантка. Я заказал выпивку.

- Да, - сказала девушка, - вы таки заставили меня отработать этот заказ.

- Моя внешность ввела вас в заблуждение, и вы подумали, что я со средствами.

- Как вы перекручиваете слова. Вы мне напоминаете моего дедушку.

- Неужели? Я не такой уж старый. Просто мне пришлось прожить тяжелую жизнь.

Она подняла тонкие брови. У нее были ясные молодые глаза но какой-то твердый взгляд.

- Хорошо сказано. Раньше я вас здесь не видела, или я ошибаюсь?

- Раньше я сюда не заходил. Подумать только, что я потерял!

- Как вас зовут?

- Джон. А вас?

- Карла.

Итак, она - внучка Кауфмана.

- Как фамилия вашего хозяина?

- Керч. Так приятно работать на господина Керча.

- Куда бы я ни пошел, всюду люди говорят необыкновенные вещи о господине Керче.

- Вы, видно, попадаете в какие-то особенно ужасные круги.

- Именно так. И господин Керч оказывается в самом их центре.

- Вы опять надо мной подсмеиваетесь.

- Я никогда не шучу, когда говорю о нем.

- Вы говорите так, как будто он вам не нравится.

- А вам он нравится?

Она подалась вперед, облокотившись локтями на стол, а четко очерченным подбородком на ладони. Округлые изящные руки покрыты светлым золотистым пушком, слабо фосфоресцирующим в свете ламп.

- Меня тошнит, когда он на меня смотрит. Когда он дотрагивается до меня, хочется пойти домой и вымыться.