Ингрид Паркер - Черная стрела

— Это Каору, — сказал Хитомаро в Акитаде.

Акитада кивнул. — Да, я понял, это. Я Сугавара Акитада, губернатор, а это Тора, еще один мой лейтенант. Мы благодарны за помощь, которую ты оказал Хитомаро.

Каору улыбнулся. Отбросив назад длинные волосы, он поклонился. — Не стоит благодарности, Ваше Превосходительство. Вы заблудились?

— На самом деле, нет. У меня есть основания подозревать, что что-то выбросили из вон той галереи, но, кажется, с этой стороны добраться туда невозможно.

— Нечто выбросили? Каору посмотрел на Акитаду, потом посмотрел на павильон. — Будда! — пробормотал он, а затем сказал — Следуйте за мной. Я знаю дорогу.

Они привязали своих лошадей, оставили собаку Каору, чтобы она охраняла их, и спустились в овраг. Следом за Каору, который знал тропу, ведущую на другую сторону оврага, Акитада пробирался по рыхлому снегу, всматриваясь в землю.

Спустившись в овраг, они медленно передвигались вдоль подножия массивных горных пород, проверяя снег мечами. Шедший немного впереди Каору вдруг остановился рядом с небольшим холмом. Акитада сжал губы. Он подошел к нему и наклонился, чтобы смахнуть снег. Появилась застывшая от мороза одежда, а затем снег покраснел, и показалась худая рука старого человека, сжатая смертью и холодом, с пальцами, слипшимися в замерзшей крови.

— О, боги! Труп! — Ахнул Тора. — Интересно, как долго он тут находится.

— С той ночи на банкете, — сказал Акитада, убирая с помощью Каору остальной, пропитанный кровью снег. Тело принадлежало старому человеку. Его тонкие седые волосы смерзлись со льдом и кровью, а лицо было покрыто обесцвеченными от мороза фиолетовыми синяками. Невидящие глаза смотрели в небо, а разинутый рот застыл в постоянном безмолвном крике. Его конечности были раскиданы под странными углами и тело выглядело неестественно. Под трупом образовался целый бассейн застывшей крови.

— Это старик Хидео, — сказал Каору, склонив голову. — Бедный старик. Он был личным слугой старого лорда.

Тора уставился в нависающие над ними галереи и укоризненно сказал Акитаде:

— Вы знали, что найдете его здесь, не так ли? Он упал или прыгнул?

— Я подозреваю, хотя и не могу быть уверен, что это не был несчастный случай.

Тора нахмурился:

— Он мог прыгнуть. Если он был верным слугой старику всю жизнь, он, возможно, захотел убить себя после смерти своего хозяина. Это принесет честь его семье и выглядит более правдоподобно, чем несчастный случай. Он прожил здесь всю свою жизнь. Как иначе он мог упасть сюда?

Каору заерзал, и Акитада ответил не сразу. Он пальцами очищал лицо старика. Кожа была потрескана, челюсти и скулы опухли. И синяки выглядели следствием нанесения побоев, а не результатом травмы при падении. Акитада наклонился, чтобы осмотреть обе руки. Вокруг пальцев формировались кровавые льдины. Он подул на большой палец, пока лед не растаял.

— Ах! — пробормотал он и достал из-под ногтя небольшой кусочек.

— Что это? Вперед с любопытством наклонился Тора.

Акитада слегка послюнявил находку:

— Дерево.

— Что оно делает под ногтями? Тора наклонился ближе. — Под другими ногтями тоже кровь. Будда! Когда я был солдатом, одного человека заподозрили в шпионаже. Чтобы заставить его говорить, ему вставляли бамбуковые щепки под ногти пальцев рук и ног. Вы думаете, что этого бедолагу замучили?

Озадаченно осматриваясь, Акитада выпрямился. — Возможно, но не так, как ты думаешь. Ногти поломанные, кожа на пальцах и ладонях содрана. Я думаю, он был допрошен и избит, но травмы рук получил, когда держался за перила или тщетно пытался удержать что-то. Интересно, что именно он знал. И если он говорил, то кому.

Они все стояли и смотрели вниз на искаженное лицо мертвого человека. В его выражении застыл ужас, но и что-то еще, упрямство, а может даже своего рода ликование.

— Он не сказал, — сказал Хитомаро. — Такой не скажет. Подумав, он спросил Акитаду:

— Как вы думаете, это сделал Макио?

— Кто знает? Но мы должны оставить его здесь. Это территория Уэсуги. Я не имею никакой юрисдикции в Такате.

Хитомаро и Тора запротестовали и Акитада поднял руку. — Подождите. Возможно, есть способ. — Он повернулся к Каору, который молчал. Теперь он выглядел мрачным, и веселая улыбка пропала. — Вы знали и любили этого человека? — спросил его Акитада.

Каору кивнул.

— Я считаю, что он был убит. Если вы хотите, чтобы правосудие свершилось, я вам помогу.

— Я хочу справедливости. Что я должен для этого сделать?

— Вы должны были бы привести тело в город, позвонить в колокол перед воротами резиденции, чтобы сообщить о преступлении, а потом дать показания в судебном заседании. Подумайте, прежде чем согласиться, потому что убийца может быть рядом с хозяином Такаты и почти наверняка он попытается не допустить этого. Он может даже угрожать вашей семьи. И я должен быть в состоянии защитить вас или их.

Дровосек посмотрел ему в глаза:

— Я не друг хозяину Такаты, а жизнь человека бесполезна, если он не может быть полезным своему народу.

— Хорошо, — сказал Акитада. — Я благодарен за помощь. Но вам понадобится лошадь, а мы не можем предложить вам одну из наших.

— Я могу одолжить.

Акитада достал из пояса немного серебра, но дровосек поднял руку:

— Нет, деньги не нужны, я делаю это для друга.

Акитада кивнул:

— Простите меня. Хитомаро говорил мне, что вы можете занять должность начальника стражников и надзирателей, что вы на это скажете?

Странная, почти насмешливая улыбка пробежала по лицу молодого человека, но он сказал довольно смиренно:

— Я соглашусь, если вы считает, что я гожусь на эту работу.

Акитада кивнул. — Ну, давайте посмотрим, как вы справляетесь с вашим первым заданием. — Он посмотрел на небо. — Нам уже пора возвращаться, но вам лучше начать свой путь после наступления темноты.

Каору поклонился, и они расстались. Когда они достигли другой стороны оврага, Акитада оглянулся. Дровосек снял меховой жилет и аккуратно прикрыл им лицо трупа, чтобы на него не падал снег.

Когда они дошли до своих лошадей, белая собака вильнула хвостом, потом вскочила и умчалась, навострив уши.

— Должно быть, Каору позвал пса, — сказал Хитомаро. — Говорят, что собаки имеют гораздо более тонкий слух, чем люди.

Когда они отъехали на некоторое расстояние от Такаты, Тора приблизился к коню Акитады. — Вы могли бы сказать нам с самого начала, что мы искали, — пожаловался он.

— Я и сам не был уверен.

— Но вы знали, где искать. Бьюсь об заклад, также вы знали, чье тело это было.

— Я подозревал.

— Ну, это не справедливо, господин.

Акитада почувствовал укол вины. — Я извиняюсь, — смиренно сказал он. — Я должен был довериться вам, Тора.