Ингрид Паркер - Черная стрела

На листке было грубо нацарапано стихотворение с названием — " Проклятие на всех управляющих. " — Акитада прочитал его вслух, при этом его охватил гнев.

— Ну, — сказал он с горечью, — это объясняет враждебность толпы. Он скомкал бумагу в руке. — Это попахивает заговором, подстрекательством к народному восстанию против императорской власти. Он встал и начал расхаживать туда-сюда, что-то бормоча себе под нос. Через несколько минут он остановился и снова расправил записку. — Посмотрите на это, — сказал он. — Написано грубо, в простонародном стиле, но, на самом деле, если я не ошибаюсь, стих является переводом стихотворения одного из китайских политических сатириков. Он должен выглядеть, как написанный обычным человеком, но простолюдины не могут знать китайскую литературу. Возможно, мы сможем выяснить, кто за этим стоит.

— Тот, кто это сделал, — сказал Хитомаро, с гримасой отвращения, просто зверь — убить бедного нищенствующего монаха, чтобы спровоцировать беспорядки! Интересно, кто это?

Акитада покачал головой. — Мы не знаем, был ли монах убит, или над телом глумились после смерти, чтобы вызвать недовольство в народе. Интересно услышать, что медик скажет об этом.

— Но следы должны вести к Уэсуги?

— Конечно, его люди ни мгновения не станут колебаться, чтобы кого-то пытать, калечить или убить, если посчитают это целесообразным. Но в данном случае я в этом сомневаюсь. Стихотворение было написано кем-то здесь, в городе. Это как бы ответ на объявления о судебном слушании, которые мы разместили. Уэсуги не успел бы организовать столь сложную операцию с мертвым телом, даже если бы он не был занят похоронами отца. Я боюсь, что это чья-то отдельная инициатива, но именно с целью организации беспорядков. Когда придет медик, я должен еще раз взглянуть на это труп.

— Он уже должен быть здесь, господин. Я боюсь, что толпа не уйдет. Я приказал надзирателям охранять ворота.

Акитада покачал головой:

— Это все равно, что назначить кошку охранять рыбу. В такой ситуации, чем раньше мы вступить в борьбу, тем лучше. Такой открытый вызов власти требует решительного вмешательства. Пойдемте, посмотрим на монаха.

Изуродованное тело лежало на досках стола в пустой тюремной камере. Низенький толстый человек собирался снять рваную одежду с мертвеца.

— Прекрати! — резко одернул его Акитада. — Кто ты такой?

Человек обернулся и мутными глазами посмотрел на Акитаду. С головы до пят он был в грязи: слипшиеся жирные волосы перепутаны, серый халат и обутые в сандалии ноги облеплены грязью. — Яса… Ясакиши, то есть судебный медик, — пробормотал он, обдав Акитаду резким запахом кислого вина и гнилых зубов. — А кто вы такой, молодой человек?

Хитомаро прорычал:

— Поклонись губернатору! — когда человек тупо разинул рот, он толкнул его на колени.

— Ой. Отпусти, — заскулил толстяк, отстраняясь от захвата Хитомаро. — Откуда мне знать? Еще слишком рано, чтобы ясно видеть.

— Пускай он работает, — сказал Акитада, — доктор Ясакиши, вы проверили одежду убитого, прежде чем положить его на стол?

— Какая в этом необходимость? Ясакиши выпрямился. Он потянул свой халат, который не сходился на животе, и покачал головой, как бы убирая туман опьянения:

— Обыкновенные тряпки. Очевидно, что его убили. Изувечен, так как был забит до смерти. Обычное преступление среди бродяг. Я как раз собирался искать другие раны, хотя это не будет иметь значения, ведь не важно, от какой именно раны он умер. Здесь все видно каждому, как был убит этот человек. Я все это укажу в своем докладе.

— Хм. А что делает рисовая шелуха на его одежде, и, — Акитада наклонился над телом и указал на места разорванной плоти и костей, — чем были нанесены эти повреждения?

— Какие? Ах. Не волнуйтесь о такой ерунде. Посмотрите на его лохмотья. Он спал в грязи.

Акитада взглянул на грязную одежду медика, но промолчал. Он поднял подол халата рваной жертвы и посмотрел на тонкие ноги и бедра. Бледная и дряблая кожа, также как хрупкие руки, бросалась в глаза. Отступив, он задумчиво посмотрел на медика и произнес:

— В таком случае мы вынуждены обратится к тому, кто даст более полное заключение. Хитомаро, отправьте человека за доктором Ойоши! И скажите ему, что это срочно!

— Что? От нахлынувшего на него возмущения медик даже стал больше в размерах, и его одежда стала трескаться по швам. — Это моя работа, — закричал он. — Ойоши простой фармацевт. Вы не можете назначить на такую работу того, кто способен лишь смешивать микстуры, тем более в таком важном деле… Это же правовые вопросы! Он может просто компро… ээээ… разрушить все дело! — Акитада посмотрел на него холодно. — Вы тут не бунтуйте. На самом деле, я вижу, что вы пьяны на дежурстве. Считайте себя уволенным.

Медик открыл рот, чтобы возразить, но Хитомаро быстро взял его за руку и вывел за дверь. Вернувшись, он сказал:

— Я думаю, что этот человек был пьян, когда он был в «Золотом Карпе». Мы с Торой учуяли винный перегар в его дыхании, когда он прошел мимо нас.

Акитада склонился над телом. — Я бы не удивился, — пробормотал он. Выпрямившись, он добавил:

— Тем не менее, перерезанное горло довольно просто определить в качестве причины смерти. Это, с другой стороны, не бродяга. С такой бледной кожей на руках и ногах, он провел свою жизнь в помещении, и ходил полностью одетым. Мышцы также недостаточно развиты. Странствующий же монах должен много ходить, у него должны быть развитые мышцы ног.

— Да, я вижу. А что скажете о рисовой шелухе? — спросил Хитомаро.

— Тело держали где-то, где молотили рис.

— Может быть, он спал в амбаре.

— Если это так, то, вероятно, он там и был убит. Лузга застряла в рваной плоти его лица. Но на самом деле из этих ран не было сильного кровотечения, вам не кажется?

Хитомаро нахмурился и почесал голову:

— Если он не странствующий монах, то это не его одежда. И если убийцы переодели его после смерти, то на ней не должно быть много крови.

— Да, вы совершенно правы, но это все еще не объясняет… Ах, вот вы уже! — В камеру зашел доктор Ойоши и вежливо поклонился. — Вы прибыли более, чем быстро, мой дорогой доктор.

— Я случайно проходил мимо по дороге домой от пациента, Ваше Превосходительство. Я надеюсь, вы полностью поправились?

— Да. — Акитада улыбнулся уродливому маленькому человеку. — Я чрезвычайно обязан вам за вашу помощь. Моя жена и мой секретарь хорошо разбираются в растительных лекарственных средствах и у них имеются много порошков. У моей жены в столице имеется прекрасный сад, где она выращивает различные лекарственные растения. Теперь она хочет изучить те, что растут в этом регионе.