Ингрид Паркер - Черная стрела

Церемония закончилась и мышь быстро бросилась обратно в свою норку. Собравшиеся вышли из храма на яркий солнечный свет, где собрался тщательно выстроенный кортеж, чтобы сопровождать тело господина Маро к месту его последнего упокоения в семейной гробнице недалеко от замка Таката, где по семейной традиции клан Уэсуги хоронил своих мертвых.

Перед началом церемонии Акитада уже выразил личные соболезнования Макио. Он не собирался присутствовать на погребении, но из уважения он не мог уйти прежде провожающих.

Он стоял на углу большого зала храма и смотрел таящую толпу. Перед Макио поставили прекрасного черного коня, на которого новый хозяин Такаты взобрался не без некоторых трудностей, что с тайным удовольствием отметил Акитада. Понадобилось трое слуг, чтобы заставить животное занять свое место в кортеже.

Кто-то дернул Акитаду за рукав.

Это был маленький мальчик. Он спросил:

— Это правда, что вы губернатор?

— Да. Что я могу для тебя сделать?

— Вы поможете мне найти дедушку?

На мгновение Акитада смутился. Его сердце сжалось, и он посмотрел на гроб, который был помещен внутри сложного паланкина и в настоящее время поднят на плечи крепкими носильщиками.

— Твой дедушка? — спросил он неуверенно.

— Дед не вернулся из комнаты князя Маро ночью, когда великий господин умер. Я смотрел везде и спросил всех. Никто не сказал мне. Тогда Кайбара-сан — рассказал, что мне дедушка ушел в горы, чтобы оплакать своего хозяина. Но дед бы попрощался со мной.

Глаза мальчика наполнились слезами, его губы дрожали, но он сдержался. Сколько ему может быть лет, восемь или девять? Он выглядел хрупким, но его убитый вид вызывал сочувствие и с этим надо было что-то делать.

— Как зовут твоего деда и чем он занимался?

— Его зовут Хидео, господин. Он служил старому господину. Дед был единственный, кто заботился о нем. Дед любил великого господина. Он очень грустил, что он умирает, но он никогда бы не ушел без меня. Пожалуйста, господин, вы должны верить мне. — Мальчик разрыдался.

Акитада наклонился, чтобы положить руку вокруг узкие плечи мальчика, но тут вмешалась другая рука, которая схватила ребенка и потянула. Это был Кайбара.

— Сожалению, Ваше Превосходительство, — сказал управляющий Уэсуги. — Что мальчик вам помешал. Я надеюсь, что он не смутил вас?

— Вовсе нет, Кайбара. Я очень люблю детей, — сказал Акитада с улыбкой, которая медленно сошла с его лица, пока он стоял, глядя им вслед.

Как только Акитада вернулся с похорон в свою резиденцию, он распорядился вызвать Тору и Хитомаро, чему те было удивлены. Ушибы Хитомаро уже потемнели, но он, казалось, не выказал особого энтузиазма, что было на него не похоже. Акитада сменил свой официальный наряд на охотничьем пальто и сапоги, и сказал им, чтобы оседлали трех лошадей.

— Куда мы идем? — спросил Тора.

— К замку Таката. Надо поторопиться. У нас мало времени.

На холодном голубом небе ярко светило солнце, освещая землю, и они без задержек добрались до места. Когда они подъезжали к цитадели, то издали увидели хвост похоронной процессии, которая входила в расположенную ниже замка деревню.

— Ну, — Акитада призвал своих помощников. — Нам надо ехать в объезд. Я хочу осмотреть замок Уэсуги с тыльной стороны. Лес скроет нас от посторонних глаз.

Тора и Хитомаро переглянулись и нащупали свои мечи.

Зайдя в лес, они вынуждены были замедлить темп. На открытых местах лежали снежные сугробы и лошади могли напороться на упавшие ветки. Через некоторое время они остановились.

— Нам лучше вести лошадей, господин, — сказал Хитомаро. — Это будет быстрее и безопаснее.

Акитада согласился, и они осторожно продолжили продвигаться вперед, угадывая направление и выискивая проходы между деревьев. Тора споткнулся о корень и разразился проклятиями.

— Тут же должны быть какие-то дороги или тропы, ведущие через этот лес. Мы были бы уже на месте.

— Я думаю, во время войны охранники патрулируют дороги, — сказа Акитада, — но в провинции последние десятилетия не велись войны. Я надеюсь, что мы не оставим следов.

Для любопытного Торы, которые всю дорогу про себя строил догадки о целях этой поездки, это были слишком много:

— Почему же? Что все это значит?

— Терпение. О, я вижу там просвет. Мы можем выйти из леса.

Они вышли из-за деревьев и оказались на краю глубокого оврага, отделяющего лес от крутого склона, на котором они увидели северную сторону замка Таката.

— О боги, — выдохнул Тора. — Здесь слишком круто. Только обезьяна сможет туда подняться, но и ей придется сначала научиться перелетать через этот овраг.

— Вы видите крышу, торчащую там? Указал Акитада. — Это северный павильон. Я хочу подойти достаточно близко, чтобы увидеть, не выбросили ли что-нибудь с расположенной выше галереи, но нам надо оставаться в тени деревьев как можно дольше.

Хитомаро сказал:

— Я сомневаюсь, что тут кто-то спускался вниз. Тут недолго убиться насмерть, господин.

Акитада с тревогой посмотрел на небо, оно заметно помутнело. — Я надеюсь, что это так, — пробормотал он, — но мы потеряли слишком много времени в лесу. Пошли.

Когда они вышли в район чуть ниже северного павильона, то увидели только тяжелые, нетронутые сугробы снега в тени крутого обрыва, а овраг здесь был еще шире.

— Я ничего не вижу, — сказал Тора. — Вы хотите, чтобы мы спустились вниз и нашли путь на другую сторону? В его голосе не слышалось энтузиазма.

Акитада колебался, посмотрел снова на небо и изучил галерею замка. На ней не было заметно никаких признаков движения.

Он как раз собирался отменить поиск, как позади них послышался жужжащий звук вибрации тетивы лука. Они немедленно прикрылись своими лошадьми и достали мечи.

Что-то просвистело, затем все стихло.

— Здесь мы в ловушке, — пробормотал Акитада. — Позади овраг.

— Если я не ошибаюсь, мы слышали, как просвистела стрела, — добавил Хитомаро. — А мечи не сильно помогут от стрел.

Они крепко держали за поводья своих лошадей, чтобы те вели себя тихо и ждали.

Внезапно рядом с ними из кустарника выскочило злобное лохматое существо, с прижатыми ушами и свирепыми зубами. Оно прорычало и присело. Лошади нервно заржали.

— Белый волк! — ахнул Тора. Он выхватил меч и нащупал свой амулет. Решившись, он прыгнул вперед.

— Нет, брат! — закричал Хитомаро, хватая поводья вставшей на дыбы лошади Торы. — Это собака. Это Белый медведь! — Он обратился к собаке, а потом закричал:

— Эй, Каору! — Собака подняла свои уши, потом посмотрела через плечо.

Они услышали крик из леса, а затем появился высокий молодой человек, одетый в меха. Он нес лук и мертвого зайца, а увидев Хитомаро, улыбнулся. — У вас снова проблемы? Он усмехнулся, глядя на их оборонительную позицию. — Я вижу, вы ожидали нападения, а это всего лишь убитый мною заяц. — Он поднял свой трофей.