Линдсей Дэвис - Венера из меди

Моя превращенная в месиво физиономия заставила охотницу за золотом остановиться.

– О нет! Фалько, что с тобой случилось?

– Случился Аппий Присцилл.

Она оказалась у постели, дрожа от волнения:

– Но ты нуждаешься в присмотре…

– За мной есть кому присмотреть.

Ее глаза быстро обшарили все вокруг. Она уже отметила тот факт, что я, несмотря на полунедельную щетину, был тщательно вымыт губкой, причесан и обеспечен, как некий восточный властитель, подушечками и чашкой с инжиром. Мои ссадины и ушибы перестали становиться хуже, хотя на поправку тоже еще не пошли, бинты были сняты, чтоб раны хорошо проветривались, но я был укрыт чистой туникой – не ради скромности, а чтоб не дать мне трогать свои синяки и струпья, проверяя прогресс в лечении, каждый пять минут.

– Твоя мать? – резко спросила Северина.

– Подруга, – заявил я, по какой-то причине не желая знакомить ее.

Бледное лицо Северины, казалось, напряглось. В этот момент попугаиха что-то тихо проворковала, поэтому она погладила перья на ее серой шее.

– Ты солгал мне, Фалько, и об этой птице и о своей подруге тоже.

– Ничуть.

– Ты сказал…

– Я знаю, что я сказал Это было правдой тогда. Это моя девушка, ей Хлоя нужна в качестве компании. У них обеих сложный характер, я думал, что они приручат друг друга…

Эта веселая шутка, казалось немного разрядила обстановку.

– Мне жаль, что я не мог связаться с тобой. С тех пор, как это произошло, я не покидал дом. Чем я могу быть тебе полезен?

– До одного из моих рабов дошел слух, что Присцилл приказал поработать над тобой, и потому я помчалась сюда. Конечно, я и представить себе не могла, что все будет настолько плохо!

– Я уже иду на поправку, не стоит зря волноваться.

Плетеное кресло Елены стояло рядом с моей кроватью, так что я жестом предложил Северине сесть.

– Приятно, что меня посещают.

Атмосфера казалась напряженной, и мне хотелось разрядить обстановку.

Она нахмурилась:

– И где та, что за тобой присматривает?

– Елена?…

Настойчивость девушки стала меня раздражать, но с комфортом лежа на своей кровати, я не собирался влезать в драчку. Рыжая, казалось, из зависти желала завладеть всем, словно ребенок, который выхватывает игрушки у других младенцев, пока его не научат сдерживать себя.

– …Елена Юстина пошла объяснять своему отцу, который, как оказалось, сенатор, почему я все же должен явиться, чтоб принести извинения за похищение его высокородного дитя. Если сюда ворвется человек в красных башмаках (традиционная обувь сенаторов), вооруженный острым мечем и со свирепой физиономией, просто отойди в сторону и дай ему добраться до меня!

– Ты мерзкий лицемер – ты охотишься за ее деньгами!

– Ох, это она за моими. Я с трудом удерживаю ее подальше от своих счетов!

Люди никогда не верят правде.

Наступила тишина. Я был все еще слишком больным, чтоб беспокоиться о чувствах других людей.

– А что это, Фалько?

У меня на кровати лежала грифельная доска.

– Сегодня я страдаю от скуки, меня оставили тут и поручили написать поэму. Хотя я думаю, что смог бы написать сатиру на тему, почему я ненавижу попугаев.

– Какой грубиян! – пропела Северина попугаихе.

– Какой грубиян! – Хлоя немедленно ответила ей.

– Способная ученица! – заметил я.

Северина, не отреагировав на мой комплимент, повернулась ко мне:

– То есть это значит, что расследование прекращено?

– Ах! Расследование… – ответил я шутливым тоном, легкомысленно дразня ее. Имелось несколько вопросов, которые я мог бы ей задать: например, насчет глазури из яичных белкой, или выбрасывании кондитерских изделий в ведро. Но я решил покончить с вопросами прежде, чем позволю Северине Зотике запутать все дело простыми ответами. Я настроил свой самый отважный голос профессионала:

– Мне требуется неделя дома в постели, но мне придется довольствоваться тремя днями. Завтра утром похороны шеф-повара Гортензиев, которые я хочу посетить.

Северина выглядела обеспокоенной:

– Что случилось с Виридовиксом, Фалько? Я слышала, что он умер, очень внезапно. Это как-то связано с тем, что произошло с Новом?

Я успокаивающе улыбнулся:

– Виридовикс умер спокойно, во сне.

– Тогда почему ты собираешься посетить его похороны?

– Во-первых, он мне нравился. А кроме того, это повод подобраться поближе к тому дому.

– Ищешь улики?

– Может быть.

– Фалько, я иногда тебя не понимаю! Я – твой клиент, Фалько. Почему тебе надо быть настолько скрытным?

– В мотиве нет ничего сложного. Ладно. Думаю, было бы полезным показать семейству Гортензиев, и, возможно, дать через них знать этому ублюдку Присциллу, что, вопреки слухам, я все еще в состоянии добраться до них.

Она посмотрела на меня сверху вниз, как будто опасалась, что я не смогу с этим справиться.

– Скажи мне, ты когда нибудь встречалась с Присциллом?

Она с подозрением нахмурилась, хотя вопрос был вызван чистым любопытством.

– Когда я была замужем за аптекарем, мы жили рядом с его домом на Эсквилине. Затем, когда отношения между ним и Новом ухудшились, я сама пошла к Присциллу. Я выступила в качестве посредника и пригласила его на ужин…

– Нов был не против?

– Конечно нет! Я бы никогда не пошла ему наперекор.

Я кивнул с серьезным видом, удивленный этим возмущенным протестом. Конечно, ни одна приличная женщина не посещает мужчин. Но тогда кто приличный?

– Если это Присцилл убил моего жениха, то я устроила это!

У нее была странная черта, не замечать иронии.

– Успокойся, – буркнул я, – Война между ними вспыхнула задолго до того, как ты вмешалась. И теперь, когда я почти добрался до Присцилла, что он почувствовал себя задетым, я считаю, что Гортензий Нов был на пути в Гадес, совершенно независимо от того, что ты сделала.

– Так ты думаешь, что это был Присцилл? Он организовал нападение на тебя потому, что у тебя были какие-то доказательства?

– Присцилл, вероятно, убил бы Нома, если бы смог выйти сухим из воды. Я все еще не уверен. На данный момент я ставлю на Поллию и Атилию…

Она выглядела довольной предложенной альтернативой, как и любая другая женщина на ее месте.

Я начал волноваться, почему Елена ушла так надолго, я начинал скучать по ней, если она покидала дом. Я предложил Северине задержаться и встретиться с ней.

– Нет, я как раз направлялась в бани…

Слишком похоже на предлог, чтоб посетить меня! Она уговорила попугая перепрыгнуть на столбик на конце моей кровати.

– Итак, ты идешь на похороны повара, а я все еще не до конца понимаю зачем…

Она выдержала паузу, как будто не полностью верила мне. Я нахмурился, что, заставило ее стать менее решительной в своих требованиях.