Нения Кэмпбелл - Страх

На сайте были перечислены и другие работы, и Вэл прочитала первую пару из них. Больше всего ей понравилось «Предостережение». Остальные сонеты были либо слишком запутанными, чтобы понять, либо настолько темными, что она не хотела понимать смысл, вложенный в них. «Разбей мое сердце» попадало в обе категории, но особенно в последнюю. «Возьми меня? Буду заточен? Насилие?» — эти слова и фразы вызывали в ней жестокие образы, заставлявшие содрогаться. Почему-то ей казалось, что автор записки рассчитывал именно на такой эффект.

Дождь барабанил в окно. Вэл, лежа на кровати смотрела, как капли медленно стекают по стеклу, не сводя глаз с двух из них, ожидая, какая выиграет гонку. Она ставила на ту, что слева. На ее пути было больше капель, больше возможностей набрать обороты и увеличить скорость.

— Вэл, ты… — слова миссис Кимбл оборвались, когда она просунула голову в спальню дочери и увидела, что та лежит на кровати, уставившись в окно. — Что, скажи на милость, ты делаешь?

Вэл не отрывала глаз от окна.

— Смотрю на дождь.

Миссис Кимбл начала смеяться, вернее смех тут же перешел в кашель.

— Ну, ты же не можешь весь день валяться в постели. Иди и займись чем-нибудь полезным. Почитай. Посмотри телевизор. Позвони Лизе.

— Смотреть телевизор полезно? С каких пор?

— Валериэн Мари Кимбл, если ты сейчас же не встанешь с кровати, я заберу твой ноутбук.

Вэл скинула ноги с розового одеяла и бросила взгляд на окно. Дождевая капля слева победила, Вэл почувствовала удовлетворение. Она последовала за матерью, которая направлялась на кухню.

— Ничего не хватай, — предупредила миссис Кимбл. — Я готовлю обед.

Вэл скорчила гримасу, повернулась и схватила бутылку сока из холодильника, пакетик с семечками, зажала его между пальцами и побежала обратно в свою комнату, закрыв дверь, чтобы мать не услышала хруст и не проверила.

Она положила пачку на стол и взяла сотовый. «Позвони Лизе», — сказала мама. Тьфу. Мать Лизы, надо думать, не заставляла ее вставать с постели. На самом деле, она, вероятно, была бы счастлива, если ее дочь проводила бы больше времени бездельничая. Она всегда наказывала Лизу за то, что та задерживалась допоздна или выговаривала все минуты в своем телефоне, поэтому Вэл звонила ей домой, а не на сотовый.

Ужас из ужасов — это означало, что миссис Джеффрис взяла трубку.

— Алло?

— Хм, здравствуйте, миссис Джеффрис.

— О, Вэл, это ты? Ты практически член семьи, дорогая. Пожалуйста, зови меня Донна.

— Лиза дома? — спросила Вэл, не в силах скрыть отчаяния в голосе. — Могу я…

— Лиза, как обычно, в ванной, — ответила миссис Джеффрис, — завивает волосы. Как поживаешь, Вэл? Мне кажется, что я не разговаривала с тобой целую вечность.

И это не случайность.

— Наверное, потому что я так занята в последнее время, бегом и прочим. Лиза…

— Конечно. Ты же в легкоатлетической команде. Как твоя мать, Вэл?

— Она…

— С тобой так приятно разговаривать, Вэл, ты такой хороший слушатель.

Только потому, что разговор с миссис Джеффрис не оставлял другого выбора. «Помогите», — подумала Вэл.

Спасение пришло в виде крика на заднем плане.

— Мам, это Вэл?

— Дорогая, мы в доме — не стоит кричать. Да, это твоя маленькая подружка, Вэл. Мы просто болтали, правда, Вэл?

Вэл совсем не понравилось, когда ее назвали «маленькой».

— Дай мне телефон, мам. Боже — отдай его — ты всегда так делаешь.

Послышались звуки потасовки и едва приглушенный спор, а затем вздох облегчения Лизы, прозвучавший как треск статического электричества, когда ей наконец удалось вырвать телефон.

— Извини, — задыхаясь, проговорила Лиза. — Я стараюсь взять трубку первой, но на этот раз мама меня опередила. Ей действительно нужно обзавестись собственными друзьями и перестать пытаться задеть моих.

— Я думала, она собирается встретиться с теми женами армейцев, с которыми познакомилась в интернете.

— Ага, встретилась, получила футболку. Но больше из этого ничего не вышло.

Отец Лизы в настоящее время служил в Афганистане.

— Почему? — спросила Вэл. — Мне казалось, она способна преодолеть любые разногласия.

— Можно подумать, что да, но нет. Она заставила их всех возненавидеть ее. Теперь они не будут отвечать на ее звонки.

— Как это случилось?

— Она мне не сказала. Все, что я узнала, это то, что они кучка сплетничающих сучек, и что она никогда больше туда не вернется и бла-бла-бла — прямо как в старшей школе.

— Отстой.

— О боже. Кому ты говоришь. Зная ее, вероятно, она затронула какую-нибудь неприятную тему и не поняла намека, когда кто из них начал пинать ее по ноге, чтобы заткнуть рот. Но как бы то ни было, я так устала от мамы. Что у тебя?

— Я увлеклась гонками дождевых капель.

— Слишком дурацкое занятие даже для тебя.

— Ты можешь смеяться или помочь мне придумать что-нибудь дельное. Выбери что-то одно.

— Я не могу выбрать оба?

— Нет.

— Прекрасно. Полагаю, мы можем пойти прогуляться.

Вэл вздохнула. Неплохо. Теперь мать отстанет от нее.

— Куда хочешь пойти?

— Куда ты хочешь пойти? — уточнила Вэл. — Знаешь же, я ненавижу принимать решения.

— Мы можем пойти в инди-кафе и пофлиртовать с горячими бариста.

— Мне нельзя перебивать аппетит. Хаусфрау готовит ужин.

— Ну тогда мы могли бы пойти в магазин подержанных пластинок и слушать музыку, пока нас не выгонят.

— Мы делали это в прошлые выходные. Мне нравится ходить туда. И я не хочу оказаться в черном списке, как они сделали с Джеймсом.

— Джеймс швырял диски в своих друзей, и только потому, что старший брат дал ему энергетик. Просто замечательно, Мисс Придира. Твои предложения?

Вэл мысленно застонала.

— Боулинг?

— Может быть, если бы нам обеим было по девять, и мы были бы на чьем-нибудь дурацком дне рождения.

— Кино?

— Ничего хорошего не идет.

— Книжный магазин?

— Ты, шутишь? Я только закончила читать книги из дополнительного списка по английскому языку. Мне больше не нужны книги.

— Ну… — в отчаянии думала Вэл. Именно поэтому она ненавидела принимать решения. — Гм, они только что открыли новый «Петвилл» в торговом центре «Дерринджер». Хочешь пойти туда и осмотреться? Посмотрим, есть ли у них какие-нибудь милые детеныши животных?