Игорь Сотников - Палиндром

И здесь Мистер президент не выдержал, и решил заметить господина Мюллер. – А что вы мне ответите на вопрос: Что вы будете делать на новом посту, если вас на нём утвердят? – спрашивает президент. На что Мюллер не сразу даёт ответ, а протянув руку к крану, ещё сильней его открывает и, не поворачивая своего лица, даёт свой ответ. Да таким жёстким тоном, что у Мистера президента начинает усиливаться сердцебиение. – Я сделаю так, чтобы у вас впредь, не возникало необходимости задавать эти вопросы. – Говорит Мюллер и у Мистера президента вместе с сухостью во рту появляются и другие признаки волнения, с непременным желанием поскорее завершить эту встречу. И она бы на этом завершилась, не случись вдруг непредвиденное никем происшествие со звучным падением о пол неизвестного предмета, в один момент заставившее их обоих нервно одёрнуться и резко обернуться по направлению этого шума.

Но там, по причине того, что на пути их взглядов встали двери кабинок, ничего не видно, и поэтому Мистеру президенту и Мюллеру приходится искать поддержки друг у друга. С чем они переглядываются и ждут, когда господин Мюллер проявит инициативу. Мюллер со своей стороны отлично понимает, какие надежды возлагает на его сообразительность президент, и он, в общем, по-своему их оправдывает.

Правда, первые действия Мюллера на пути к обнадёживанию президента, где он принялся возиться со своим галстуком, вызывают подозрения, что господин Мюллер находится в полном расстройстве себя и оттого не знает, что делает. Правда, когда им вынимается из галстука шёлковый шнурок, то при виде того, как Мюллер перетянул им кулаки своих рук, и так натянуто им щёлкнул, Мистера президента наполняет тревожное сознание того, что этот Мюллер, как раз отлично знает, что он делает, и от этого ему становится очень страшно за себя и за всех тех, на чьей шее затянется этот шнур.

Господин Мюллер тем временем подаёт президенту знак, – стой спокойно, я сейчас разберусь, – и бесшумной поступью направляется в сторону одной из кабинок, откуда раздался этот шум. Ну а Мистер президент, сам не понимая, как он оказался в такой незавидной и страшной своими последствиями ситуации, глядя вслед удаляющемуся господину Мюллеру, с удавкой в руках, начинает судорожно искать выход из того тупика, куда он сам себя загнал.

– Только не стоять на месте. – Единственное, что смог для себя решить Мистер президент. При этом не сумев для себя найти ответ на главный вопрос, в какую сторону ему не стоять. В сторону выхода из туалета, где он может опереться на верных ему генералов. Что достаточно благоразумный шаг с его стороны, если у него было бы на это время и уверенность в том, что его не сочтут за труса. Или же пойти вслед за Мюллером, где, если что, он может для всех предотвратить совсем ненужный выход из этой запутанной ситуации.

И Мистер президент ещё раз посмотрел по сторонам и, не найдя там ничего подручного, бросив печальный взгляд на стену, на которой был подвешен аппарат с бумажными полотенцами, со словами: «А кулаки у тебя на что», – выдвинулся вслед за Мюллером. Чья голова с размером с кулак президента, немного успокоила президента и внесла некоторую ясность в его стратегию поведения по отношению к Мюллеру.

– Если что, расколю как орех. – Сжимая в твёрдости своих убеждений свои кулаки, мистер президент даже уже настроился на это всем известное и в тоже время, ни в коем разе отчётливо не виденное «если что».

Но вот господин Мюллер приблизился к той самой кабинке, из-за которой донёсся этот так их встревоживший шум. Здесь он замирает на мгновение, чтобы прислушаться к той не тишине, которая стоит в глубине этой кабинки, и видимо так ничего и не услышав, решает действовать. И он никого ни о чём не предупредив, без хотя бы предварительного стука в дверь, берёт и спокойно её открывает. Ну а как только Мистер президент открывает свои глаза, которые он предусмотрительно зажмурил, – президент всегда выступал за свободу и неприкосновенность личной жизни человека, и не собирался её нарушать, даже если это напрямую соприкасалось с его безопасностью, – то перед ним предстала совершенно пустая, никем не занятая кабинка. Рядом с которой стоял совершенно ничего не понимающий господин Мюллер, чьи руки побелели от затянутости их отношений со шнурком.

– Отражённое воздуховодом эхо. – Предложил версию для объяснения случившегося, Мистер президент и, повернувшись в обратную сторону, засобирался было идти, – он даже сделал шаг, – как вдруг сзади до него опять доносится точно такой же, как в первый раз звук, похожий на падение какого-то предмета. Отчего Мистер президент вздрагивает, а когда он поворачивается назад, то видит, что Мюллер стоит и в напряжении вслушивается. Что заставляет и президента прислушаться. И на этот раз он улавливает еле различимый шум, вроде как шагов, с той стороны стены. Что видимо услышано и Мюллером, который в понимании происходящего смотрит на президента и, не давая ему шанса на собственное решение, тихо говорит: «Я этот вопрос решу». После чего Мюллер снимает с рук этот страшный шнурок, убирает его в карман пиджака и бесшумным шагом направляет к выходу.

Ну а Мистер президент и понять ничего не может. Так это всё быстро для него произошло. – Чего и что он решит? – глядя на себя в зеркало, взбодрил себя этим неприятным вопросом Мистер президент. – А если это следствие случайности, то тогда что?

– Запомни основополагающее правило, каким руководствуется каждый из допущенных сюда избранников, да и сама обстановка нахождения в этом здании полного наивысших секретов уже на это указывает. Здесь нет места случайности и совпадениям. Всё имеет свои причины и мотивировки. А значит и должны иметь свои следствия. И как только ты переступаешь пределы этого здания, то оставь за входной дверью все свои верования в человеческую непредвзятость. – Мистеру президенту вспомнился наказ предшественника президента, и он был вынужден с ним согласиться.

– Да, следствия. – Задумчиво проговорил Мистер президент, продолжая смотреть на себя в зеркало. Что наводит его на мысль и он, повернув голову в сторону выхода, на мгновение задерживает на дверях свой взгляд, и после этой кратковременной паузы, со словами: «А какие всё-таки следствия», – быстрым шагом направляется на выход.

Глава 14

Последствия следствий и как их логическое продолжение, причины новых следствий

Чем хорошо быть президентом, так это тем, что он имеет везде свою вхожесть, и никто не посмеет преградить ему путь, на то же собрание комитета по формированию комиссии по расследованию чей-нибудь деятельности, своим предерзким заявлением: «А вас в списках нет, и, вообще, вас здесь не должно быть». Хотя всё же формально они могут найти препоны для того, чтобы не допустить туда президента – он своим присутствием и тяжёлым взглядом, будет оказывать психологическое и моральное давление на членов комитета.