Елена Арсеньева - Безумное танго

– Небось наняли кого-нибудь, «заказали» девчонку, да? – орал он, брызгая слюной. – Коммуняки долбаные!

Трясущиеся, постаревшие за последние дни «коммуняки» – Юркины родители – смотрели на него вытаращенными глазами и ничего не могли ни сказать, ни сделать, только мелко дрожали челюстями. Слово «заказать» для них тогда ассоциировалось с шитьем платьев и костюмов в ателье, а еще – с продуктовыми заказами в обкомовском магазинчике. До них даже не очень-то доходило, что имеет в виду Фролов, но мрачные рожи Сереги и Вовки на заднем плане, а также расплывшаяся от слез физиономия Антонины более-менее проясняли смысл его слов.

И вот в разгар этих филологических изысканий раздался звонок в дверь и появилась Лора. Не обращая ни малейшего внимания на «вопли-сопли», она сбросила дубленочку с капюшоном, отороченным ламой (вынудила вновь обретенного свекра тряхнуть связями и достать в качестве свадебного подарка), и принялась причесываться перед зеркалом.

Все онемели! Вместо великолепных, редкостных по красоте волос на Лориной дурной головенке торчали жалкие, выжженные химзавивкой, перекрашенные хной кудельки кирпично-рыжего цвета.

– Ну и как? – кокетливо повернулась к зрителям Лора.

Новая прическа не шла ей до слез, до отчаяния, мгновенно превратив фривольную молоденькую красотку в немолодую вульгарную тетку. Но Лора была настолько довольна собой, что ни у кого не повернулся язык сказать ей: «Идиотка, да ты же изуродовала себя!» Только у Юрки почему-то защипало в глазах…

Родители его все так же хлопали ресницами – на сей раз от облегчения. Старший Фролов, мгновенно потеряв всякий интерес к «коммунякам», дико зевнул и потащился к двери. Прочие Фроловы, которым по большому счету на Лору всегда было плевать с высокой башни – они ее воспринимали просто как ставку в большой игре, а вернее, войне за счастливое, обеспеченное будущее, – потащились за семейным «авторитетом». А Юрка тупо смотрел на свою молодую жену и впервые, помнится, подумал тогда, что мама, конечно, была права: он погубил свою жизнь…

Погубил не погубил, факт налицо: больше никогда он не видел Лору прежней, с тем буйством лимонно-желтых, невероятных, юных кудрей.

– Как отец, выздоровел? – спросил Юрий, чтобы хоть что-нибудь сказать. – Я его как-то видел, он был зеленый какой-то.

– Так себе, – пожала плечами Лора. – Да он и не болел, у него какие-то крупные неприятности всю зиму были, ходил злой, как пес, всем плешь проел. Теперь, слава богу, все уладилось. Они с мамашей сейчас смотались в Майами, косточки на песочке прогреть. Костика с собой взяли. Братки тоже поразбрелись отдохнуть кто куда… Так что я одна. Холостякую, так сказать.

Если это был намек, Юрий предпочел его не заметить. Он просто смотрел на Лору и думал, что бега от властей (а именно этим регулярно занимались братья Фроловы с тех пор, как соприкоснулись с «большим бизнесом») назвать отдыхом можно, только обладая очень большим чувством юмора.

– Чего так смотришь? – кокетливо спросила бывшая жена. – Нравлюсь?

– Нет, – не подумав, честно брякнул он.

Лорины глаза вспыхнули злым желтым пламенем, и неизвестно, что последовало бы за этим, если бы не открылась дверь и не вернулась наконец Римма.

Еще с порога она почему-то бросила крайне подозрительный взгляд на стол, как если бы ожидала увидеть, что ее любовница изменяет ей со своим бывшим мужем. Не обнаружив ничего такого и мгновенно успокоившись, с торжеством посмотрела на Юрия:

– Страшно жаль, что вынуждена огорчить вас, друг мой!

– Что, бухгалтерия закрыта? – буркнул он.

Ну разумеется! Чего-то в этом роде он и ждал.

– Отчего же? – фыркнула Римма. – Открыта. Но это был не банковский перевод, а частный платеж, через почтамт. Там, правда, значатся инициалы В.Ш., но вряд ли это вам что-то даст. Обратный адрес – Нижний Новгород, проездом.

– Черта с два! – не сдержался Юрий.

– Я тоже так думаю, – согласилась Римма. – Очевидно, автор материала очень не хотел, чтобы кто-то открыл его инкогнито. Я сама настолько прониклась любопытством, что даже подняла бланк перевода. Он ведь заполняется отправителем, как известно. Так вот – отпечатано на машинке! Никакой зацепки за почерк. Разве что отпечатки пальцев что-то могут подсказать, но этот бланк побывал уже в стольких руках, что даже если бы у вас оказались знакомства в милиции, в криминалистическом отделе… А у вас есть знакомства в милиции? – внезапно насторожилась она.

Юрий качнул головой.

– Нашла кого спрашивать! – фыркнула Лора. – Да у него сроду не было никаких знакомств!

– Ну а раз так, – Римма пожала плечами, – могу только посочувствовать. Похоже, наш друг Ал. Фавитов и на сей раз ускользнет из лап разъяренного читателя.

Юрий кивнул. Да, пора было проваливать. Даже если Римма врет, ее никак не поймаешь. Да и непохоже, чтобы она врала, в ее же интересах расстаться мирно со свидетелем их с Лорой игрищ.

– Послушай, – еще раз повернулся он к бывшей жене, – ты точно уверена, что Саня больше ничего не говорил, ничего мне не передавал?

– Я все сказала, – передернула она плечами, еще не простив обиды. – Спроси кого другого, если тебе этого мало!

Что такое? Неужели это сдавленное карканье – ее голос? Кажется, да.

– Хо-ро-шо… Я отдам…

Напарник «Адидасa» издал радостный всхлип, а он сам неподвижно смотрел на Варвару Васильевну, словно не верил в успех своей велеречивой психологической обработки.

– Где? – спросил быстро.

– В тайнике… – выдавила она.

– Не строй дуру! Это и так понятно! Где тайник?

– Я достану сама, – прошептала она, едва шевеля онемевшими губами. – Я не хочу, чтоб вы видели… Пожалуйста, там всего триста рублей, для вас это ничто, а мне на эти деньги жить месяц… вы и так заберете награды, это дорого… а деньги не трогайте, хорошо?

– Бабуля, – серьезно сказал «Адидас», – можешь не беспокоиться о своей заначке. Она останется в целости и сохранности!

Его напарник издал какое-то протестующее бульканье, но темный глаз в прорези шапочки многозначительно моргнул, и второй грабитель притих.

Варвара Васильевна сползла с постели и, придерживаясь за стенку, потащилась в угол, к гардеробу.

Те двое разом шагнули за ней, но она обернулась, протестующе выставила ладони:

– Вы обещали…

«Адидас» придержал напарника за руку, и Варваре Васильевне послышалось чуть слышное хихиканье.

Она не сомневалась: если бы в тайнике и в самом деле лежали деньги, они мгновенно исчезли бы в карманах этих двух негодяев. Их уступка была временной, была обманкой, но сейчас ей годилась всякая передышка, самая малая.

Сунула руку за шкаф и нашарила плоскую коробку, подвешенную на гвоздик так, что достать ее было можно, только стоя на одном определенном месте. Потянула коробку к себе, привычными пальцами сдвигая крышку.