Игорь Николаев - Год Ворона

Три дня - это очень много, а дальше будет уже не важно. Так что пусть этот храбрый воин идет по следу. В конце пути его ждет легкая и достойная смерть. Интересно будет поглядеть ему в глаза. Потом, когда все завершится.

Обед закончился, слуги принесли чашки с водой для омовения пальцев.

- А сейчас, - глаза хозяина слегка замутились, словно он смазал их липким бараньим жиром, - нашего дорогого гостя ждет особый подарок, приготовленный специально к его приезду.

Толстый чеченец подал знак, махнув четками, которые сжимал в коротких холеных пальцах. На пороге дома появились провинциальные гурии, одетые в одни лишь прозрачные туники. Как и предполагал Джамаль, все они были блондинки, по большей части крашеные. К тому же насмерть перепуганные, похоже, им сделали соответствующее внушение относительно высокого гостя, который должен остаться доволен.

Джамаль заскользил оценивающим взглядом по стайке приближающихся девушек. Не арабки, увы... Но, в конце концов, не следует стремиться обрести сразу все вожделенное, ибо "Не являй на лице презрения к людям и не шествуй по земле горделиво - воистину, Аллах не любит всяких гордецов и хвастунов."46

10. Запах близкой войны

За несколько часов, оставшихся до заката, Пашкин успел забежать в столовую, вернуться в номер, перекемарить часика два и разобрать тюки новоприобретенного имущества. Жаль, разбирать пришлось на бегу. А то ведь одна только электроника, которой комплектовался новомодный "Ратник", требовала долгого и вдумчивого изучения. Не говоря уже про прочее снаряжение, своим количеством и качеством греющее куркульские чувства, что неожиданно проснулись в майорской душе. Эх, и "Кречет" бы опробовать, а то про коллиматор этот много чего слышал, но в руках не держал.

На инструктаж прибыл вовремя, благо тактический корпус располагался в двух шагах от гостиницы, которая, как ему успели разъяснить сослуживцы, имела культовое прозвище "Отель Атлантик" (конечно же, с ударением на последнее "и").

Инструктажа никакого, собственно и не было. Колчин наскоро представил нового зама остальным членам группы и дал команду вооружаться, после чего все дружно потопали к "арсеналу". Арсенал оказался длинным рядом внушительных "шкапчиков", способных, пожалуй, уцелеть в эпицентре ядерного взрыва не хуже холодильника из четвертой части "Индианы Джонса".

Остановившись у бронедверцы, на шильдике которой уже чернела его фамилия, майор с опаской вставил карточку в едва приметную щель. Дверца загудела, откинулась, Пашкин заглянул внутрь и почесал затылок. Ох, нихрена себе бонусы дают новичкам в этой стрелялке...

Гудение сирены застало его врасплох. Подхватив напоследок АК-12, выглядящий из-за всевозможного обвеса подобием киношного бластера, Пашкин наскоро охлопал себя руками, проверяя, все ли на месте, захлопнул "шкапчик" и выскочил на улицу. Там, рыча форсированными движками, ждали четыре тентованых "Урала". Надежная тяжесть 6Б4347 давила на плечи всеми девятью килограммами. Отвык ты, майор, от серьезной работы, ох и отвык...

Он успел как раз к окончанию погрузки. Насколько определил Пашкин беглым взглядом, в первой машине разместилась ОРГ "Алконост", в трех остальных штурмовая группа. Личного состава не так чтобы дофига, но с собой везли непривычно много боеприпаса и, похоже, прыжковое снаряжение.

Прыжковое Пашкина взволновало. Гораздо сильнее очень вероятного огневого контакта... Первый и последний раз с парашютом майор прыгал еще на срочке, когда командование ММГ48, в которой он служил, для какой-то там галочки в показателях, решило приобщить личный состав к небу.

"Мангрупповцы" в десантники не стремились, а потому тогда, на первом прыжке, в полной мере ощутили себя птицами - летели и гадили... Не все, конечно, народ-то отбирали качественно. Но все же...

Однако долго думать над перспективами не вышло - из кабины головной машины высунулся Колчин, махнул Пашкину, мол, ко мне. Майор, увешанный "кошерным железом", словно новогодняя елка, стараясь ни за что не зацепиться, взобрался на подножку и устроился рядом с начальством. Не успел он привычно обустроить меж колен автомат, как машина, взревев, ломанула вперед.

Ехали минут двадцать, все больше по лесу, разрезая фарами густевшую на глазах темноту, пока не подкатили к воротам с эмблемами ВДВ. Никто не спрашивал документов, да и вообще не вышел навстречу. Створки начали расползаться в сторону совершенно бесшумно и словно сами собой. Впрочем, скорее всего, звук какой-то они издавали, но его заглушало урчание двигателей колонны.

Машины въехали внутрь. Мелькнули бойцы дежурной смены. В бронежилетах, с оружием. Стоящий чуть поодаль БТР-80А бдительно водил орудием, словно принюхиваясь. Ничего себе! Подмосковье, а по-боевому службу несут!

Сбавив скорость, машины запетляли между защитными надолбами. Пашкин, сидящий у окна, только головой крутил, подмечая детали окружающей обстановки.

Проскочив "антитерактную" полосу, грузовики, снова набрав скорость, покатили по летному полю в сторону ангаров.

- Машины - стоп! К машинам! - разом захрипели переговорные устройства, выплюнув гроздь уставных команд.

"Урал" остановился мгновенно. Майора швырнуло вперед так, что от столкновения с лобовым стеклом спасла только выставленная рука. За спиной, в кузове, тут же загрохотали ботинки. Пашкин вывалился из кабины, за ним, хлопнув дверью, вылетел Колчин. Впрочем, хлопок на фоне окружающих шумов потерялся бесследно. Вокруг все кипело и бурлило.

Не прошло и минуты, как прибывшие группы уже сформировали строй. Пашкин занял положенное место рядом с Колчиным. Вовремя. Из подлетевшего со стороны КПП "Тигра" выскочил, ухитряясь одновременно разговаривать по телефону, зажатому между ухом плечом, и подписывать документы прямо на полевом планшете, полковник Климов.

- Командиры и замы, ко мне! - рявкнул комбат. В голосе не было ни следа давешнего радушия.

Какой там на хрен ворон... Тигр, крови алкающий! - мелькнула несуразная и нелепая мысль. Но с места Пашкин сорвался резво, в паре метров от командира перейдя на уставной строевой шаг...

- Все готовы? - оборвал комбат хоровой доклад.

- Тык точна! - синхронно выдохнули командиры. Пашкин молча кивнул. Хрен его знает, готовы, не готовы. Он и в должность толком не вступил...

Но Климов в детали вдаваться не собирался. И строевой смотр с предъявлением многочисленных бирок, портянок, наличия расчесок с носовыми платками, похоже в планы комбата не входил.

- Ваш борт - семьсот полста первый.

- Как обычно... - негромко сказал кто-то неопознанный.

- Наши перекинут в Моздок, - продолжил Климов, не услышав или пропустив мимо ушей комментарий. - Дальнейшая задача - по прибытию. Погрузка по обычной схеме. После взлета - отдых и подготовка к работе.