Игорь Николаев - Год Ворона

Вице-президент в коротком сухом сообщении требовал срочно прибыть в Белый дом. Каждое из частей сообщения по отдельности - срочность и место встречи, было само по себе очень недобрым знаком. Совокупно же они представляли собой настоящую гремучую смесь.

Вице-президент и стоящие за ним "оружейники" определенно что-то прознали по собственным каналам и теперь призывали к ответу. Так что Морган рисковал покинуть кабинет своего тайного покровителя не просто отставным советником президента, но в наручниках. А возможно и ногами вперед - Виктору снова вспомнились приснопамятные Кеннеди, которых не спасли ни положение, ни вся сила клана "менял".

Советник стоял, привалившись к стене, безвольно уронив руку с планшетом, который был готов выпасть из ослабевших пальцев. Халат промок от пота, ноги стали ватными, казалось - только шагни, и подломятся сразу обе. Моргана бросало то в холод, то в жар, а в животе появилось ощущение мерзкой склизкой жабы, уютно устроившейся пониже желудка среди прочих внутренностей.

Виктор несколько раз вдохнул и выдохнул, шумно, как паровоз, стараясь выгнать жабу и перебороть панику, что нахлынула на него, как стихия, поглотившая Новый Орлеан. Сейчас как никогда требовались быстрые и точные решения. Очень быстрые, потому что времени уже не оставалось. Очень точные, поскольку Морган уже не раз оступился, следующий неверный шаг обещал стать последним. Если вообще что-то еще можно исправить...

Советник оскалился, как гиена, дернул головой, словно сбрасывая хомут. И решительно шагнул вперед, не обращая внимания на все еще не затихающую дрожь в ногах.

Он - Виктор Морган, советник Президента США. Он победит и в этот раз, как неизменно побеждал раньше.

* * *

На Нью-Йорк авеню шло очередное строительство, поэтому до начала рабочего дня попасть в Белый Дом можно было только через официальные, Южные ворота, у которых всегда толклись многочисленные корреспонденты. На сенсации им рассчитывать не приходилось, зато можно было при удаче сфотографировать какое-нибудь официальное лицо или, на худой конец, автомобиль этого самого лица.

Стервятники чуют добычу издалека и слетаются, как на падаль, подумал советник Морган. Он неприязненно отметил фотоаппараты и видеокамеры, направленные в сторону тонированных стекол "Лексуса", словно снайперская оптика. Теперь кто-нибудь непременно запишет или просто запомнит, "на всякий случай", что в отсутствие президента, пребывающего на двухдневном отдыхе в Кэмп-Дэвиде, его советник по национальной безопасности, и вице-президент прибыли на свои рабочие места необычно рано. А советник и так недавно вынужденно засветился под телекамерами, чего терпеть не мог и избегал всеми силами.

За два с половиной года пребывания в своей должности Морган трижды успел побывать в Москве в составе правительственных делегаций. То, что он видел там, нравилось ему гораздо больше того, что он наблюдал сейчас из окна своего бронированного автомобиля. Кованый забор, окружающий Белый Дом, не шел ни в какое сравнение с мощными стенами Кремля, за которыми укрывалась русская президентская резиденция. Хотя, по большому счету, от чего могут защитить любые, даже самые прочные стены в ядерную эпоху? Разве что от любопытных взглядов плебса да нападения разъяренной толпы...

"Лексус" подкатил к Западному крылу, сержант морской пехоты в парадном мундире, выросший как из-под земли, открыл заднюю дверь. Морган покинул машину. Черт с ними, с репортерами, гораздо важнее то, что ребята из Специальной службы сегодня же донесут Плаксивому Ковбою о том, как два самых приближенных к нему (по официальной иерархии) лица встречались и беседовали в неурочное время. Но дело не терпело отлагательств.

Мысленно показав средний палец всем камерам наблюдения, которыми были нашпигованы коридоры, советник миновал двери собственного кабинета и направился туда, где его ожидал человек, согласно Конституции являющийся: "...первым лицом в цепи наследования верховной власти и занимающий пост Президента США в случае смерти, отставки или смещения действующего президента".

Если не принимать во внимание такие нелепости, как добровольное прошение об отставке, вариантов действий у Моргана оставалось только два. Первый - честно признаться во всем, предоставив тем, кто выше, самим принимать решения. Второй - нагло врать, манипулируя "оружейниками" при помощи подтасованной информации, в надежде, что рано или поздно двойное увеличение ставок принесет долгожданный выигрыш.

В первом случае Морган терял статус "незаменимого человека" и прощался с карьерой навсегда, но гарантированно оставался жив и сохранял капиталы. Второй вариант был чреват "внезапным инфарктом", зато в случае выигрыша позволял подняться еще на одну ступеньку в незримой пирамиде теневой, настоящей власти...

Морган так и не пришел к окончательному решению - какой стратегии ему предстоит придерживаться. В конечном итоге он положился на экспромт, наитие, рассудив, что сначала следует оценить настрой вице-президента, и что тому известно. А уж затем - сжигать мосты.

Хозяин кабинета сидел, небрежно раскинувшись в кресле. Глядя на его безупречный костюм, советник твердо пообещал себе при первом же удобном случае лично застрелить "самого модного в сезоне кутюрье", у которого он заказывал официальные наряды.

- В самых общих чертах мне уже все известно, - с обманчивой ленцой и добродушием сообщил вице-президент. - Теперь, Виктор, расскажи мне все подробно, в хронологическом порядке. И говори четко, ясно, без эзопова языка. На всякий случай здесь только что все проверили на "жучки".

Морган незаметно выдохнул, как перед прыжком в холодную воду, мгновение подумал, не стоит ли сесть. Решил, что не стоит. Было до крайности унизительно чувствовать себя провинившимся клерком на выволочке у начальства, но Виктор понимал, что сейчас самое время свернуть гордость в трубочку и засунуть... в карман, поглубже.

- В пять двадцать утра оперативный центр в Ленгли принял от центрального сервера "Виза" сигнал о срабатывании аларм-кода, - начал он доклад. - Карточку пытались задействовать в каком-то российском провинциальном городке, поэтому оперативный дежурный немедленно передал информацию в московскую резидентуру, благо там была половина первого, и резидент находился на рабочем месте. Сразу же выяснилось, что задействованная кредитная карточка принадлежит Алану Дж. Берковичу, который как считалось, погиб во время пожара в Русе.

Советник сделал паузу, и для того, чтобы перевести дух, и для того, чтобы дать собеседнику время осознать услышанное. Вице-президент нахмурил брови и, сверкнув пятикаратным бриллиантом на перстне, потянулся к коробке с сигарами.