Дженнифер Роу - Загадочные убийства

— Нельзя ли нам с мистером Тоби и полицейскому наверху по чашечке кофе, миссис Хиндер? Что-то устали немного.

— И не только вы! — резко бросила экономка. — У него скоро из ушей польется, у этого Тоби. С тех пор как приехал, только и делает, что хлещет чай. — Она тяжело поднялась на ноги. — Ладно, сейчас сделаю.

— Я с вами, Бетти, — вскочил Алистер. — В одиночку лучше не ходить, помните…

— Ой, перестаньте! — грубо оборвала его экономка. — Все это вздор, вы и сами знаете. Мы тут в полной безопасности — Уильям так и сказал, когда вернулся. Я помню, он просил особо не болтать, но мне эти дурацкие игры не по нраву.

Повернувшись к Берди и воинственно выставив подбородок, миссис Хиндер спросила:

— Ну и чего этот ваш мистер Тоби не дает несчастным женщинам лечь спать, а? В жизни ничего подобного не видела! Что это он творит — персонал дрыхнет, а гости должны мучиться в креслах? Какой в этом смысл, не понимаю? Он знает, кто это сделал, вы знаете и мы знаем! Она там, наверху, под замком, так? И коп с ней. Надо думать, у него и пистолет есть. Так? Почему мы не можем разойтись по своим комнатам и наконец лечь в постель?

— Бетти… — взмолился Алистер. — Прошу вас…

— Да ладно! Кто-то должен им это сказать! — отрезала миссис Хиндер. — Вы и так сидите тут, не шелохнувшись. Да на вас лица нет! Первый понедельник и так трудный, без всего вот этого. Да и ты выглядишь ничуть не лучше! — потрясла она костлявым пальцем у Берди перед лицом. — Не забывай: ты только вчера пережила страшный шок, и это едва не кончилось трагедией, а теперь еще и это. Надо и о себе немного думать, а то оба отдадите концы!

Окинув их обоих недовольным взглядом, экономка, прямая как палка, резко повернулась и вышла.

Алистер, совершенно измученный, покачал головой и невесело рассмеялся:

— Вообще-то она права. Поскорее бы уж утро, что ли! Дай бог, все это… закончится. Хотя что теперь будет с этим местом…

Он окинул взглядом столовую: пустые столы, вычищенный камин, роскошные складки штор на залитых дождем окнах — так, словно прощался, а на пороге уже стояли будущие покупатели.

— Все будет хорошо, — сказала Берди, хотя понимала, что прозвучало это не очень убедительно.

Алистер печально улыбнулся, и тонкую кожу вокруг глаз привычно прорезали морщинки.

— Бетти тоже так говорит, но она совсем не разбирается в финансовых вопросах (в этом она еще хуже, чем я) и ничего не понимает в пиаре. Ей кажется, что без Марго это место, напротив, станет процветающим. Она всегда была слегка предвзятого мнения о Марго, с самого нашего первого тут дня. Думала, что та стремится оказаться в центре внимания и слишком много тратит на себя. И еще всегда считала, что Марго слишком мало платит ее Джорджу за ту работу, что он выполняет. Но это не так: Марго всегда платила хорошо, порой даже чересчур, лишь бы все делалось быстро. Кроме того, она всегда платила наличными, шла всем навстречу. Я знаю, что черная экономика — это неправильно, но вся обслуга еле сводит концы с концами, а без этих нескольких долларов, что не попадают в казну, правительство не умрет.

Берди никак не прокомментировала его слова. Алистер определенно полный профан в финансовых вопросах. Марго могла наплести ему все, что угодно, поэтому мнение Бетти Хиндер казалось ей куда более убедительным. Может, Бетти и не финансовый гений, но здравого смысла у нее хоть отбавляй. Марго, безусловно, платила наличными, чтобы сбить стоимость работ по максимуму, а не из желания кому-то помочь. И ей думалось, что в глубине души Алистер это знает, а вся его речь в защиту Марго напоминает протест. Он просто не хочет признать, что является ее полной противоположностью.

Двойная дверь задребезжала, и оба, вздрогнув, оглянулись. На пороге стояла Белинда, сонная и встрепанная, как маленькая пухленькая птичка. Алистер вскочил и протянул ей руку.

— Хотите кофе, Белинда?

Она кивнула и, робко шагнув вперед, пробормотала:

— Я не хотела вам мешать. Просто подумала: может, уже настала моя очередь… Ведь уже и Уильяма допросили, что он видел и делал и все такое. И Анжела, когда вернулась, сказала, что детектив велел ей хорошенько подумать и попытаться все вспомнить. Она обещала попытаться. Только вот мне и в самом деле есть что рассказать детективу, а он меня все не зовет, с другими разговаривает.

Берди быстро сообразила, что в принципе совершенно не важно, с кем именно Тоби поговорит сейчас, тем более ей его порядок допросов казался странным.

— Так почему бы нам не пойти к нему прямо сейчас? Думаю, остальные все равно спят.

— О… А вы уверены? — Теперь, после того как высказалась, Белинда опять выглядела тихой как мышка. — А что, детектив уже позвал кого-то другого…

— Это не имеет значения, — бросила Берди резче, чем ей бы хотелось.

У этой девушки и Уильяма — как это Конрад его назвал? Нытик Уилли?.. — много общего. Они просто созданы друг для друга. И так ее раздражают, что выть хочется.

А вот Алистера, похоже, не раздражают. Он по-хозяйски протянул руку и пробежался опытными пальцами по блестящим растрепанным кудряшкам Белинды, создавая из хаоса порядок.

— Так гораздо лучше. — Алистер улыбнулся, глядя ей в глаза, и убрал на место упавшую на лоб кудряшку.

Белинда одобрительно хихикнула и вздохнула:

— Я безнадежна. Вы так старались…

— Вы не безнадежны, вы прелестны, — возразил профессиональным тоном стилист. — Не забывайте об этом.

Из кухни появилась миссис Хиндер с подносом, пересекла комнату и, милостиво кивнув Белинде, негромко сказала:

— Я услышала вас на кухне, голубушка, поэтому сделала для вас горячий шоколад. Вы нормально себя чувствуете?

Экономка водрузила три чашки, сливки, сахар, огромный серебряный кофейник и две кружки с шоколадом на стол.

— Да. Спасибо огромное. — Белинда взяла протянутую кружку и тут же поднесла ко рту, словно хотела продемонстрировать свою благодарность.

— Для вас тоже шоколад, Алистер, — заявила миссис Хиндер, — иначе не заснете. Вы себя знаете. Остальное мне отнести в кабинет или как? Детектив желает, чтобы я еще и наверх поднялась?

Она склонила голову набок, непроницаемым взглядом уставившись на Берди.

— Я это заберу, миссис Хиндер, не беспокойтесь. А наверх отнесет Тоби. — Она взяла поднос, который оказался тяжелее, чем можно было предположить. — Ну что, идемте, Белинда?

Толстушка кивнула, глотнула еще шоколада и торопливо направилась к двери, обеими руками прижимая кружку к груди.

— Печальное зрелище, а? — пробормотала Бетти Хиндер, глядя вслед неуклюже шагавшей Белинде. — Сначала муж-мерзавец, теперь увлеклась вот этим, с позволения сказать, Уильямом. До чего же некоторые из нас дуры, когда дело касается мужчин: как магнитом тянет к прохвостам — от одного к другому.