Айра Уолферт - Банда Тэккера

"Кто поверит, что мы - родные братья, - думал Лео. - Ну точно мы из разного теста выпечены".

Он снова, как и прежде, чувствовал, что с Джо что-то в корне неладно. С его точки зрения, Джо был "плохой", а он сам, Лео, - "хороший". И в самом деле Лео был "хороший" человек - "хороший" в отношении людей, "хороший" в отношении закона. Но он был "хороший" только потому, что не чувствовал уверенности и хотел, чтобы люди и закон его не трогали. "Я всем друг, если мне это по карману", - говорил он себе, и это значило, что он переставал быть "хорошим", когда его чувство неуверенности усугублялось.

А Джо в самом деле был "плохой". Как и Лео, он страдал от неуверенности, как и Лео, ему хотелось, чтобы его любили, уважали или, на худой конец, оставили в покое. Но он слишком упорно, слишком долго был отщепенцем, чтобы надеяться на то, что если он будет "хорошим", это спасет его от неуверенности. Поэтому он и не пытался быть "хорошим" и в своих делах всегда шел прямо к цели.

В этом и была разница между братьями.

Когда Лео "вылетел в трубу" со своей торговлей шерстью, Джо, услыхав об этом, зашел проведать брата.

- Вот, получай пятьсот долларов в счет моего долга, - сказал он. Может быть, выкарабкаешься.

Лео никак не ожидал подобного поступка от человека, на котором он поставил крест, как на "плохом". Он с шумом выдохнул воздух и посмотрел на Сильвию.

- Видишь? - крикнул он, указывая на брата. - Видишь? Что я тебе говорил о Джо! - Он спохватился, что выдает Сильвию с головой, и опять повернулся к брату. - Я тронут, поверь, - сказал он. Он подошел к Джо, схватил его руку и начал ее трясти. Лицо у него сморщилось, он обеими руками стискивал руку Джо и с силой дергал ее вверх и вниз.

- Да это же, в сущности, твои деньги, - сказал Джо.

- Поверь мне, поверь, - твердил Лео. - Ты не знаешь, как это хорошо не деньги, деньги что, - а вот получить помощь, когда ты о ней и не заикался.

Успокоившись немного, Лео спросил, как идут дела в сигарной лавке выдержит ли она выплату такой крупной суммы наличными? Джо ответил, что он продал лавку, потому что она связывала его по рукам и ногам. - Я тут взялся за одно дельце, которое меня давно занимает, - пояснил он. Пробую, что из этого выйдет. - Когда Лео, сразу заподозрив неладное, начал расспрашивать, Джо сказал: - Я тебе все расскажу, если согласишься войти в дело.

Сильвия резко наклонилась вперед. Она всегда боялась, как бы Лео не ввязался в какое-нибудь грязное дело со своим непутевым братцем.

- Желаю вам счастья и удачи, что бы вы там ни затеяли, - поспешно сказала она, обращаясь к Джо. Потом, помолчав, откинулась назад и, опустив глаза, прибавила, разглаживая юбку на коленях: - А как разбогатеете, не забудьте, что за вами остался еще должок - восемьсот долларов.

- Не суйся не в свое дело! - закричал Лео.

Никогда еще не говорил он с ней так грубо, и Сильвия невольно поднесла руки к лицу.

- Но ведь он же... - пробормотала она, - Джо... должен нам...

- Ты слышала, что я сказал? - Лео так отчеканивал слова, что они сыпались на нее, как удары. - Какое тебе дело? Не суй свой нос.

Он повернулся к Джо.

- Брось ты это! - крикнул он так же сердито и угрожающе, как говорил с Сильвией. - Джо, говорю тебе, брось!

- Что бросить? - Джо старался подавить свой гнев. - Что такое я сделал? - обратился он к Сильвии.

- У тебя жена, ребенок, - просил Лео. - Ты не должен заниматься такими делами.

Гнев Джо остыл, когда он услышал просительный тон брата, и ему стало не по себе. - Тебе лучше знать, о чем ты толкуешь, - сказал он, смеясь и пожимая плечами, и снова повернулся к Сильвии.

- Вот вы - свидетельница, - воскликнул он. - Что такое я вдруг сделал?

Сильвия молча отвела от него глаза, взглянула на Лео и тоже отвела глаза.

"Я стану перед ним на колени, - думал Лео. - Я прикажу ему. Я буду плакать. Я шею ему сверну! Ну и что? Послушает он меня? Нет. Все равно все сделает по-своему".

Джо опустил глаза.

- Я пришел сюда, чтобы оказать услугу, а не для того, чтобы на меня орали, - сказал он угрюмо.

После этого Лео несколько лет не встречался со своим братом; только как-то раз, когда Лео переходил улицу, Джо проехал мимо на автомобиле. Джо ехал один в роскошной машине - длинном восьмицилиндровом Паккарде шоколадного цвета, с откидным верхом. Верх был откинут и походил на хорошенький зонтик хорошенькой женщины. На голове у Джо была дорогая панама с опущенными на глаза полями. Удобно развалясь на сиденье с сигарой в зубах, он вел машину с деловитым и небрежным видом. По всему было ясно, что это едет богатый человек в богатом автомобиле и что автомобиль его собственный. Он сидел в нем как хозяин, а не как гость.

Братья встречались еще дважды, прежде чем Лео оказался во власти Самсона. Первая встреча состоялась летом 1929 года, и опять Джо пришел к Лео, чтобы оказать, как ему думалось, услугу брату. Он узнал, что почти весь верхний этаж в гараже Лео пустует, и предложил поставить туда на хранение грузовики из-под пива, чтобы помещение не пропадало даром.

- Я не хочу, чтобы ты шел на это вслепую, - сказал он. - Это грузовики Тэккера.

Лео спросил, кто такой Тэккер, и Джо сперва даже не поверил, что Лео ничего о нем не знает. В конце концов он объяснил:

- Это один из самых больших людей в пивном деле. Ну, пиво и всякая такая штука.

Джо спешил, ему нужно было как можно скорее припрятать грузовики, но он не сказал об этом Лео. Он мог поставить их на хранение в любой гараж по таксе, без надбавки к цене, но он не сказал об этом Тэккеру. Джо решил устроить выгодное дельце для Лео. Он сказал брату:

- Я выговорил для тебя надбавку в два, даже два с половиной доллара.

- Два с половиной доллара на каждую машину?

- Да нет, оптом. То есть на все. Одним словом, двести пятьдесят долларов. А кроме того, только это между нами, ты будешь считать не за хранение, а за постой. Это я выторговал у Тэккера для тебя, - как-никак, а ты мой брат.

Лео не спешил заключать сделку. Ему хотелось немножко поболтать. Он спросил Джо о жене и дочке, и Джо сказал, что они уехали во Францию.

- Погостить?

- Да нет, не погостить.

- То есть как это? - воскликнул Лео.

- Да так. Мы с Фанетт, в сущности, никогда не ладили, ну вот она и вернулась домой. Давай-ка сначала о деле. Как насчет грузовиков - по рукам, что ли?

- Они что - бутлегерские?

- Ну да, если тебе это непременно нужно знать. Но это дело чистое, ни пива, ни чего другого не будет. Просто грузовики.

- Не люблю я иметь дело с этим народом.

- Ты будешь иметь дело только со мной.

Лео не ответил, и Джо встал.

- Ты будешь иметь дело только со мной - больше ни с кем, - повторил он. Он постоял с минуту, нервно переминаясь с ноги на ногу, потом щелкнул пальцами. - Ну! Что же ты молчишь?

- Сядь, - сказал Лео. - Уже лет семь или восемь, как от тебя ни слуху ни духу. Ты забегаешь ко мне в контору - "здравствуй и прощай!" Только тебя и видели. Я бы хотел узнать подробнее, что такое произошло у тебя с Фанни?