Людмила Герасимова - Алиби для Коня

— Тань! Это невозможно: у тебя нет необходимых средств для этого! Ты только подвергаешь свою жизнь опасности и мою тоже.

— Но нас серьёзно не трогают! — возразила подруга.

— Ты права! Пока как будто играли с нами, как кошка с мышкой: хватают нас, а потом отпускают. Теперь же, после того как ты сказала, что мы о ней знаем, всё может измениться!

— Думаешь, зря я ей выложила всё? Теперь она захочет нас убить? — всполошилась Татьяна.

— Господи, Тань, не впадай в крайности, но надо быть очень осторожными. А сейчас в номере придётся тебе снова нарисовать её портрет. Мы должны с ним всё-таки поработать.

Второй рисунок получился не менее удачным, чем первый. Подруги спустились в холл и подошли к стойке:

— Женя! Посмотрите, пожалуйста, эта девушка в каком номере живёт? — задала вопрос Зина, заглядывая в глаза дежурной.

— А зачем вам это? — с подозрением спросила женщина.

— Мы разыскиваем её, нам надо с ней поговорить, — поспешно ответила Зинаида.

— А о чём? — опять поинтересовалась, прищурив глаза, Женя.

— Да в чём дело? — рассердилась Таня. — Вы её знаете? Почему не хотите назвать её номер? Где она живёт?

— Потому что не имею права — хозяин рассердится. Мы не должны никому давать информацию о наших гостях!

— Так почему вы дали информацию о нас?

— Кому? — возмутилась Женя. — Я никому ничего, нарушающего инструкцию, не давала.

— А кто интересовался нами? Признавайтесь! — горячилась Таня.

— Да никто вами у меня не интересовался, — раздражённо ответила Женя.

— А у кого интересовался? — продолжала допрос девушка.

— Отстаньте от меня! Такого ещё у нас не было! Что за люди? Всё им чего-то надо! Всё с ними что-то происходит! Всё они требуют чего-то! Вы почему не отдыхаете, как другие? — рассердилась женщина.

— Женя! Как ты разговариваешь с нашими гостями? — послышалось сзади.

— Ой! Андрей Палыч! Вы уже вернулись? — смутилась дежурная. — Вот девушки пытают меня: хотят узнать, кто изображён на этой бумажке.

Хозяин взял в руки рисунок, взглянул на него и удивлённо приподнял брови:

— Кто так хорошо рисует?

— Таня! — указав на подругу, с гордостью ответила Зиночка.

— А где вы видели эту девушку? — поинтересовался мужчина.

— Мы видели её несколько раз на пляже! — ответила Татьяна.

— Но зачем она вам? Или что-то она сделала? — слегка дрогнул голос Андрея Павловича.

— Да много чего! — туманно ответила Таня. — Вот хотим узнать её имя, номер, в котором она проживает. Хотим с ней кое-что обсудить.

— А можно узнать, что именно обсудить?

— Она мешает нам отдыхать.

— Каким же образом? — настаивал на ответе хозяин.

— Ну, например, вскрыла наш номер и перерыла все наши вещи! А потом натянула леску в прихожей. Спросите у Жени, как она упала в нашем номере и порезала леской ноги! — объяснила Татьяна.

Андрей Павлович обратился к Жене:

— Это правда, что здесь сказали?

— Да, я упала. Но откуда я знаю: может, они сами устроили всё это? — ответила Женя.

— А вы видели, что именно она открывала ваш номер? — указывая на портрет, спросил Умрихин.

— Нет, не видели! Но она нам угрожала! Угрожала отомстить, если мы не перестанем общаться с одним молодым человеком, — пыталась объяснить Таня.

Зина наблюдала за разговором со стороны и чувствовала: тут что-то не так. Почему-то эти двое не хотят называть изображённую на портрете девушку, хотя точно её знают — сомнений по этому поводу уже никаких не было.

— Так вы назовёте нам её имя? — вклинилась в разговор Зинаида.

— А мы её не знаем! — вразнобой сказали дежурная и её босс.

Зина схватила за руку подругу и повела вверх по лестнице, шепча на ходу:

— Почему-то они не хотят говорить! Это неспроста! Почему кто-то выдал наше местоположение, а на сведения о ней просто наложено табу?

В номере Таня села опять рисовать, на этот раз портрет Константина.

Закончив работу, она серьёзно сказала:

— Всё! Меня допекли! Терпеть не могу тайны! Выхожу на тропу войны! Ты со мной?

— С тобой! Куда же я денусь? — согласилась Зина.

Подруги вернулись в холл, снова подошли к дежурной и положили перед ней изображение Костика.

— Посмотрите, пожалуйста, этот человек передал вам сегодня мой телефон? — спросила Татьяна.

Женщина тяжело вздохнула и ответила:

— Нет, тот был с усами!

— А вот если так? — и Таня, схватив ручку со стола дежурной, пририсовала Коню усы. — Теперь похож?

— Все мужчины с усами похожи друг на друга, — пожала плечами Женя. — Точно сказать не могу: может, он, а может, и не он! Я его не разглядывала.

— Опять осечка! — выходя на улицу, вздохнула Татьяна. — Идём хоть пообедаем по-человечески! Порадуем желудок — может, сами добрее станем.

Подруги спокойно поели в кафе на набережной, где всегда обедали и иногда ужинали. Медленная негромкая музыка из динамиков хорошо успокаивала и расслабляла. Прикончив еду, обе действительно подобрели, и всё произошедшее с ними уже не казалось таким неприглядным и таинственным. На обратном пути они решили немного постоять у гостиницы с портретом «пакостницы», вдруг кто-нибудь её узнает.

На ступеньках было невыносимо жарко, пришлось укрыться в тени деревьев и оттуда следить за входом. Прошло пятнадцать минут напрасного ожидания. Страшно хотелось пить и спать, но подруги были полны решимости и не покинули пост. Наконец-то из стеклянных дверей вышел толстый мужчина с большим брюшком над широкими шортами и, водрузив на красный облупленный нос тёмные очки, зашагал вниз по лестнице. Татьяна с лучезарной улыбкой бросилась к нему:

— Добрый день! Вы живёте в этой гостинице?

Он остановился, передвинул очки на кончик носа и воззрился на эффектную блондинку. Похотливая ухмылка тронула его толстые губы, он приблизился вплотную и проникновенно сказал:

— Да, я приехал сегодня и остановился в этой гостинице, но пригласить вас в свой номер не могу. Я, знаете ли, здесь с женой.

Татьяна, смутившись оттого, что толстяк принял её за путану, все-таки спросила, показывая портрет:

— Вы видели эту девушку?

— Где? — не понял мужчина.

— Здесь, в гостинице или около неё? — уточнила Таня.

— Нет! — резко ответил незнакомец и, оглядев ещё раз странную блондинку, поспешно продолжил свой путь.

Татьяна вернулась под дерево, громко возмущаясь:

— Нет, ты видела? Старый дурак! Что он о себе возомнил?!

— А что он мог ещё подумать, если к нему пристаёт молодая красотка на пороге гостиницы?

Девушки, переминаясь с ноги на ногу, не сводили глаз с входа в здание. Вскоре по ступенькам стали подниматься четверо, видимо, супруги с двумя детьми, похоже, погодками. Они возвращались с пляжа: в руках несли пляжный зонт, свёрнутые соломенные коврики, дети — надувные круги. Таня поспешила следом: