Людмила Герасимова - Алиби для Коня

Григорьева, наконец, сдалась: она взяла грязную кофту и поплелась к выходу, таща её по полу и обречённо опустив голову.

Когда за ней закрылась дверь, подруги, удивлённые увиденным, почти хором спросили:

— Почему она не хотела уходить?

Поднялась косматая голова, сонные глаза уставились на девушек:

— Бомжиха она. Ей здесь дом родной: и кровать, и еда, — зевнула владелица сотового телефона. — А на воле хуже, чем в тюрьме. Жрать нечего — в мусорках копается, ночует под забором или кустом, да ещё свои бьют. А вы-то, такие чистенькие, и, похоже, богатенькие, как сюда попали?

— Как? Арестовали и сюда привели, — ответила Татьяна.

— А за что? — настаивала собеседница.

— Ни за что на самом деле. Подозревают в убийстве из-за того, что мы первые обнаружили убитую. А вы за что здесь?

— За драку. Соседка-зануда достала. Ходит везде и требует перемерить мой участок, якобы я передвинула забор и отхватила кусок её земли. Так я её отметелила, а она, зараза, пошла к медикам и сняла синяки. Мне, конечно, надо было по-умному её отлупить, чтобы следов не было. И вот теперь здесь сижу. А она, наверное, мой забор назад двигает!

— Так вы и вправду забор передвинули? — спросила Зина.

— Да самую малость. Но всё по справедливости! Я тут свои документы просмотрела и измерила площадь моего двора. Так он оказался меньше, чем по документам. Так мы с Васькой — это мой жених — ночью перенесли забор. Совсем на чуть-чуть. Всего сантиметров на пять-шесть. Думала: не заметит. А она наутро мне разборки устроила, потом стала жаловаться на меня во все конторы. Вот и догавкалась. Сейчас лечится.

— А вы в тюрьме! — напомнила Зина.

— Выпустят! Меня Васька вытащит!

Все замолчали, каждая думала о своём. К Зиночке опять вернулось беспокойство о муже, особенно томила неизвестность: неожиданная непонятная болезнь Валерия и их с Таней участь. Тишину внезапно нарушило негромкое гудение. Растрёпанная сокамерница зашевелилась и достала мобильник.

— Алло? — произнесла она в трубку и протянула ее подругам. — Это вас!

Зина бросилась к телефону:

— Валера! Слушаю!.. Да!.. Да!.. Да!.. Ждём. Ты как?… Ладно.

— Ну? Что? — спросила сгорающая от любопытства Татьяна. — Какие новости?

— Он переговорил с коллегами из Туапсе. Они уже у него в больнице и сейчас поедут к следователю выяснить ситуацию. Потом он позвонит снова.

— Так почему он в больнице, сказал?

— Нет. Сказал, что потом расскажет, а сейчас всё в порядке.

— За входящие тоже будете платить! — подала голос растрёпа.

— Ладно. Не волнуйся. Заплачу тебе щедро! — успокоила её Таня.

— Так я тут слышу: скоро вас выпустят — тогда ищи ветра в поле! Я хочу сейчас получить бабки.

— Так у нас же всё забрали! — возмутилась Зина.

— Я слышала: к вам скоро придут, вот и возьмёте у них, — настаивала драчунья.

— Ладно, так и сделаем, — заверила Татьяна.

Через два часа Таня и Зина, подписав свои показания и дав подписку о невыезде, выходили на улицу в сопровождении двух незнакомых мужчин, представившихся сослуживцами Димыча: Николаем и Виктором. Они предложили отвезти девушек в больницу.

— Спасибо вам большое! — поторопилась согласиться Зиночка. — Вы мне можете объяснить, что случилось с моим мужем?

— Да, конечно, — открывая перед ней дверцу девятки, ответил мужчина в светлой рубашке, назвавшийся Николаем. Сев в машину на место пассажира, он повернулся к девушкам и начал рассказывать:

— Вчера мы устроили Валерия Сергеевича в гостинице и договорились встретиться сегодня утром для разработки плана совместной операции. Вдруг он звонит ночью и говорит, что жену его арестовали по подозрению в убийстве и он выезжает на место. Рано утром опять звонок — просит приехать к нему в больницу. Оказалось следующее: ваш муж ехал ночью по дороге, навстречу прямо на него выскочила машина — видимо, водитель уснул, и Димыч, чтобы избежать столкновения, увернулся вправо и влетел правым крылом на ограждение у дороги. Повезло, что ехал на небольшой скорости. В общем, он потерял сознание. На его счастье, кто-то проезжал мимо и вызвал «скорую» и милицию — недалеко разбилась та, другая, машина. Мы нашли Валерия Сергеевича в палате уже после операции.

— После операции? — вскрикнула Зина.

— Не пугайтесь, ваш муж легко отделался. У него лёгкое сотрясение мозга, а операцию ему делали несложную: вправляли под наркозом кость — правая рука сломана со смещением. Вот мы с ним разговаривали, когда он только отошёл от наркоза. Да сейчас сами его увидите. Уже почти приехали.

Мужчины не успели помочь дамам выйти из машины, как те выпрыгнули наружу и устремились к входу в двухэтажное здание. Знакомые Димыча догнали их у двери. Через пару минут, надев голубые бумажные халаты и бахилы, все четверо поднялись в палату на втором этаже, где напротив двери лежал Валерий и вымученно улыбался вошедшим. Зина бросилась целовать и осматривать мужа, обнаружила правую руку в гипсе от кисти почти до плеча.

— Ну, расскажите, что вы узнали? — обращаясь к коллегам, попросил Димыч.

— Улик никаких против них нет. Только показания нескольких людей, которые свидетельствуют о повышенном интересе к личности убитой и вдобавок о том, что одна из них, — Виктор кивнул в сторону девушек, — была обнаружена рядом с трупом и на её руках была кровь. Вот и всё! Мы читали их показания, они сходятся, и в них всё логично объясняется, как они нашли труп, откуда кровь и почему интересовались убитой.

— А кого убили? — спросил Димыч.

— Дочь хозяина гостиницы, — ответил Николай.

— Расскажи, почему вы интересовались этой особой! — обращаясь к жене, строго потребовал Валерий.

Подруги переглянулись, взглядом сказали друг другу, что делать нечего — другого выхода нет, и начали свой рассказ, иногда перебивая друг друга, чтобы уточнить детали. Димычу стало известно, как впервые встретились Таня и Зина с убитой, как возникла драка во время танца, как девчонка угрожала им и начала мстить, узнал он и о найденной редкой серьге, о ночном похищении жены и её подруги, о родном отце убитой и покушении на него, о том, как вчера случайно было обнаружено тело. Зиночка виновато посмотрела на мужа — тот укоризненно качал головой:

— Ведь чувствовал, что вы что-то скрываете! Ещё обещали, что будете только отдыхать!

— Так мы и отдыхали! Мы не виноваты, что она нам всё время мешала отдыхать! — оправдывалась жена.

В палату вошёл врач и принёс выписку. Он посоветовал пациенту несколько дней соблюдать постельный режим, принимать лекарства и обратиться в поликлинику к невропатологу для нового назначения лечения и продления больничного, а гипс надо снимать не ранее, чем через месяц. Димыч поблагодарил доктора и с помощью жены стал собираться; остальные решили ждать больного у машины.