Стив Берри - Гробница императора

Но сейчас Соколов был нужен Тану живым.

Министр убрал горелку.

– Разумеется, – сказал он, постаравшись сделать свой взгляд таким же мягким, как и голос, – этому есть альтернатива, если вы готовы меня слушать.

Бельгия

Малоун сразу же понял значение того, что сказал Пау Вень.

– Как такое возможно?

– Когда в семьдесят четвертом году было обнаружено терракотовое войско, председатель Мао Цзэдун отправил меня на место раскопок, чтобы я провел исследования и оценил масштабы находки. Я тотчас же понял, что речь шла о поразительном открытии. Никто не подозревал о существовании подземной армии. – Пау указал на лежащие перед ним шелковые страницы. – «Ши цзи» хранит по этому поводу молчание. Существование глиняных воинов не отмечено ни в одном из письменных источников. Похоже, они были задуманы, изготовлены, погребены и забыты.

Малоун вспомнил все то, что читал об этой находке. Пау был прав – для Китая обнаружение подземного войска имело огромное значение. Ежегодно миллионы туристов посещали музей. Ни один глава государства, прибывший в Китай, не уезжал, не взглянув на это восьмое чудо света. Даже Папа Римский в ходе своего беспрецедентного визита в Китай в прошлом году побывал там.

– Находясь на месте раскопок, – продолжал Пау, – я однажды наткнулся на кое-что еще более примечательное.

Раскопки продолжались день и ночь в течение трех месяцев. К этому времени из земли были уже извлечены несколько сотен глиняных воинов. В основном разбитые на части, они были навалены друг на друга, словно павшие в бою. К счастью, отдельные части лежали рядом, поэтому Пау распорядился начать восстановительные работы, собирая разбитые фигуры. Археологи и инженеры заверили его в том, что это осуществимо; больше того, они не сомневались в том, что можно будет воссоздать все войско, последовательно по одному воину. Всего их может быть несколько тысяч, не считая лошадей и колесницы.

Какое это будет зрелище!

И Пау был с этим полностью согласен.

Однако его гораздо больше интересовал соседний курган. Он был расположен приблизительно в километре к югу от реки Вэйхэ, у подножия Черной горы. Большая пирамида из рыхлой земли с широким основанием, покрытая пихтами, возвышающимися над травянистыми лугами, казалась частью ландшафта.

Но как раз на это и было рассчитано.

Во времена Цинь Ши-хуанди люди верили в то, что после смерти человек продолжает жить, но только уже в другом мире, и к нему нужно относиться как к живому. Поэтому первый император распорядился построить для себя обширный некрополь, подземный дворец, откуда он продолжал бы править миром мертвых. Когда гробница была готова, ее засыпали землей, и получился курган, когда-то возвышавшийся над землей больше чем на сто метров.

Проникал ли кто-нибудь в подземную гробницу?

Письменные источники, составленные через несколько сотен лет после смерти Цинь Ши-хуанди, сообщали, что в гробницу проникали дважды. В первый раз это сделали через три года после смерти первого императора повстанцы, искавшие оружие, а еще через семьсот лет в гробницу забрались обыкновенные воры. Разбросанные угли, опаленная земля и разбитые фигуры воинов позволяли предположить, что первое вторжение действительно имело место. Из того оружия, которым были вооружены глиняные воины, почти ничего не осталось. Однако в тот раз сам курган не подвергся осквернению, а второго раза, наверное, не было вообще. Пау читал «Ши цзи» и знал, что под землей, возможно, находились реки и моря ртути, часть тщательно воспроизведенной империи Цинь Ши-хуанди, и это могло создать определенную проблему. Хотя в древности ртуть считалась чудодейственным лекарством, на самом деле она таковой не является, и, вполне вероятно, именно ртуть обусловила смерть первого императора. Возможно, глупец ежедневно принимал целебный эликсир на основе жидкого металла, полагая, что тем самым обеспечит себе бессмертие. Впрочем, глядя на курган, простоявший больше двух тысяч лет, Пау думал, что, быть может, Цинь Ши-хуанди в конечном счете был прав.

Вот было его бессмертие.

Сам Мао Цзэдун проявлял большой интерес к раскопкам. Культурная революция завершилась семь лет назад. Слава богу, давно исчезли шайки молодчиков, размахивающих маленькими красными книжками цитат Великого Кормчего. Снова открылись школы и университеты. Армия стала стабильной. Возродилась торговля. Китай постепенно возвращался в мир. И воины эпохи первого императора, грозное, молчаливое войско, о существовании которого до самого недавнего времени никто не подозревал, могло помочь председателю Мао наметить план строительства нового государства. Поэтому правительство взяло раскопки под свой контроль, военные оцепили место, и всех рабочих тщательно обыскивали на входе и выходе. Случаев хищения почти не было; в основном были украдены бронзовые наконечники стрел, которые продавались за гроши. Несколько воров были задержаны и показательно наказаны, ибо ничто не должно было подорвать археологический потенциал места. Председатель Мао приказал Пау Веню использовать любые необходимые средства для сохранения находки.

Великий Кормчий доверял ему, и он не мог его подвести.

Поэтому Пау распорядился продолжать раскопки.

В «Ши цзи» ясно указывалось, что подземный комплекс имеет очень сложную структуру. Новые раскопки уже принесли плоды. Были выявлены потенциально интересные места. В одном колодце были обнаружены лошади и колесница. Не глиняные фигуры, а конские скелеты и настоящая колесница. Что еще было скрыто в земле вокруг? Можно было только гадать. Потребуются многие годы, чтобы узнать все.

– Товарищ министр!

Обернувшись, Пау увидел одного из инженеров, которым был поручен контроль над рабочими из числа местных жителей. Именно от них зависел порядок.

– Мы кое-что нашли.

Пау прошел вслед за инженером мимо главного места раскопок, которое уже начинали называть шахтой номер один, к территории, расположенной в двадцати пяти метрах к северо-западу.

В черное отверстие, прорытое в красноватой земле, уходила лестница.

– Я обнаружил под землей библиотеку императора Цинь Ши-хуанди, – сказал Пау. – Несколько сотен рукописей. Каждая из которых являлась бесценным сокровищем.

– Я ничего не слышал об этой находке, – заметил Малоун.

– Это потому, что я снова запечатал хранилище. Рукописи нисколько не интересовали Мао Цзэдуна. Прошлое имело для него значение только в том случае, если его можно было использовать для развития революции. Мао был последователем легизма, а не конфуцианства – если вы понимаете разницу.