Стив Берри - Гробница императора

Обернувшись, он увидел, что у Кассиопеи возникли кое-какие проблемы.

– Поторопись! – бросил Коттон.

Два удара кулаками второго охранника не достигли цели, поскольку Кассиопея ловко от них уклонилась. Охранник уже лишился своего автомата, валяющегося на полу. Кассиопея нанесла стремительный удар, однако ее пятка лишь скользнула по горлу противника. Тогда она развернулась, вскидывая правую ногу дугой, которая закончилась у охранника в груди. Еще один удар ногой вонзил его в стену, и Кассиопея добила противника двумя тычками в горло, после чего тот сполз на пол.

– Долго же ты с ним возилась! – пробормотал Малоун.

– Мог бы помочь.

– Как будто тебе была нужна помощь.

Кассиопея выхватила у охранника из кобуры пистолет и подобрала автомат. Начальника полиции можно было не опасаться: он остался за запертой стальной дверью, из-за которой доносились приглушенные ругательства на китайском языке.

– Были еще двое, – сказала Кассиопея, – тоже с автоматами. И еще два водителя.

Малоун уже сам выполнил простые арифметические действия.

– Значит, нам придется двигаться осторожно.

Приблизившись к окну, он выглянул на улицу и увидел «Рейнджровер», стоящий ярдах в пятидесяти. Микроавтобуса нигде не было видно.

Что не на шутку встревожило Малоуна.

– Будем надеяться, ключи в замке зажигания, – сказал он.

Отыскав дверь, они осторожно ее приоткрыли. На улице по-прежнему царила ночная темнота. Вокруг не было ни души.

– С нами должны были или расправиться прямо здесь, или куда-то для этого отвезти, – заметил Малоун. – В любом случае для этого потребуется микроавтобус.

Он увидел, что Кассиопея подумала то же самое.

– Ждать здесь нет смысла.

Кассиопея шагнула за дверь, выставив вперед дуло автомата.

Малоун последовал за ней.

От «Рейнджровера» их отделяли сто пятьдесят футов. Коттон всмотрелся в темноту. Дорогу освещали пятна света фонарей, установленных на крыше. Малоун и Кассиопея были уже на полпути к машине, когда тишину разорвал рев двигателя и из-за ангара появился микроавтобус, направляющийся к ним.

Малоун увидел, как из правого переднего окна показалась рука, сжимающая пистолет.

Не колеблясь ни мгновения, Кассиопея обрушила на ветровое стекло длинную очередь из автомата. Пистолет в окне исчез, и микроавтобус резко вильнул вправо, поднимаясь на двух колесах. Потеряв управление, он опрокинулся набок, прополз по асфальту и врезался в ангар.

Кассиопея и Малоун бросились к «Рейнджроверу» и забрались внутрь. Коттон сел за руль. Ключ торчал в замке зажигания.

– Наконец-то хоть что-нибудь получилось как нужно!

Малоун завел двигатель, и машина выехала за ограждение.

– Остается еще одна проблема, – заметила Кассиопея.

Малоун молча ждал.

– Как мы доберемся до места? Определенно, останавливаться и спрашивать дорогу нельзя.

– Ничего страшного.

Сунув руку в задний карман, Малоун достал свернутый лист бумаги.

– Я прихватил карту, которой пользовался на борту самолета Линь Йон. У меня было такое предчувствие, что она нам понадобится.

Батан

07.00

Карл Тан стоял у окна, прикрывая козырьком руки лицо, чтобы защититься от золотисто-желтого солнца, поднявшегося над зазубренной линией гор на востоке. В руках у него была чашка сладкого черного чая, приправленного кардамоном. Он был буквально готов снова услышать отражающийся отголосками от скал романтичный стон морской раковины, своим повышающим тоном напоминающий туманную сирену.

Тан окинул взглядом улицу.

Батан оживал. Тоненький людской ручеек постепенно превращался в реку. Люди были одеты преимущественно в шерстяные куртки по колено с высоким воротником, защищающим от ветра, который налетал на здание гостиницы, о чем-то перешептываясь с его деревянными стенами. Тан знал, что погода в здешних местах переменчивая, особенно в это время года. Несмотря на высокогорье, весенний воздух был на удивление теплый, прогретый ультрафиолетовым излучением, которое беспрепятственно проходило сквозь разреженный воздух.

Виктор был внизу, завтракал. Два часа назад Тан получил по спутниковому телефону сообщение о том, что Линя и Соколова, задержанных в Каргалыке, вывезли из города на вертолете. Он распорядился, чтобы вертолет отвез пленников, после чего в половине восьмого прилетел за ним. Его обрадовало известие, что Малоун и Витт схвачены. К настоящему времени их уже не должно было быть в живых.

Все составные части единого целого наконец вставали на свое место.

Тан вдохнул теплый воздух, насыщенный запахом масляных светильников. За окном послышался приглушенный хрустальный перезвон колоколов.

Дверь отворилась.

Обернувшись, Тан сказал Виктору Томасу:

– Мне пора трогаться в путь. Вертолет должен вернуться с минуты на минуту.

На кровати лежало снаряжение, принесенное Виктором. Моток бечевки, рюкзак, фонарик, нож и теплая куртка на флисовой подкладке.

– Пешком подниматься к храму чуть больше часа, – продолжал Тан. – Тропа начинается на западной окраине поселка и петляя идет наверх. Храм расположен на противоположном склоне хребта, сразу за подвесным мостиком. Дорогу обозначают изображения Будды, высеченные в скалах над мостиком. Найти ее нетрудно.

– Что произошло в Каргалыке?

– Это не имеет значения.

Судя по всему, Виктора Томаса по-прежнему беспокоила судьба Кассиопеи Витт. Уму непостижимо. Для самого Тана женщины были лишь досадной помехой. Такие мужчины, как Виктор, вроде бы должны испытывать схожие чувства. Странно, что это было не так.

Виктор сложил свое снаряжение и надел кожаную куртку.

– Иди по тропе, – сказал Тан. – Позаботься о том, чтобы никто не следил за тобой. Подойдешь к храму незаметно и осторожно проберешься внутрь. Мне сказали, сейчас там всего несколько человек, так что ты сможешь сделать это без труда. Главные ворота остаются открытыми.

– Я вас прикрою, – ответил Виктор. – Но, товарищ министр, у вас есть более неотложная проблема.

Тану не понравились ни сами слова, ни тот тон, которыми они были произнесены.

– Что ты имеешь в виду?

– Малоун и Кассиопея Витт только что въехали в поселок.

Батан просто очаровал Кассиопею. Побеленные глинобитные стены, изображения солнца и полумесяца над дверями, на крышах поленницы дров и брикетов кизяка – все это можно было встретить только в этих местах. Смесь монгольской, китайской, арабской и тибетской культур, и все эти люди в отличие от народов соответствующих стран научились жить вместе. Кассиопея и Коттон ехали почти два часа по ухабистой горной дороге, по этому голому ландшафту, обнаженному до своих каменных костей.