Евгения Михайлова - Вечное сердце

– Говоришь, сплетни? Мне вообще хозяйки говорили, что они не хотели связываться с ней. Но я такое видела своими глазами! Ты представить себе не можешь!

– Слушаю. Раз своими глазами…

– У меня дочка живет недалеко от бразильского посольства, знаешь?

– Нет. Какие-то политические проблемы?

– Какие проблемы… Я вышла по магазинам пройтись. Смотрю, там чего-то творится, прям у ворот. Подошла. Клетка стоит, как в зоопарке. В ней сидит баба, морда размалевана, типа… в общем, морда. Усы там, на голове уши прицеплены… Сама почти голая, в купальнике, и вся красной краской покрашена, сверху на нее какая-то драная шкура накинута. На клетке написано: «Я хочу на свободу!»

– Интересно. И зачем ты мне это рассказываешь?

– Так это Нинка и была в той клетке! Вокруг народ, автобус телевидения, а рядом с клеткой стоит другая – рыжая такая, крашеная…

– Тоже голая?

– Одетая. В норковый жакет. Держит плакат, на нем написано: помогите, типа, зверей освободить. Деньги посылайте вот сюда: и цифры какие-то… Еще коробка стояла, чтоб купюры сразу бросали. И бросали! Тебя что, это не удивляет?

– Да нет, – спокойно сказала Таня. – Такие акции проводит Гринпис, «зеленые»… В защиту животных, окружающей среды.

– Как же! Собрали бабки – и защиту поставили окружающей среде. Ты в это веришь?

– Я не могу исключить, что деньги пойдут на обозначенные цели. А проверять – не мое дело. Это точно не воровство: они собирают деньги тех, кто им дает добровольно. Ты ж не видела, чтобы они к кому-то в карман лезли…

– Увижу, – после минутного размышления произнесла Лариса. – Я за ней присмотрю. Я у людей поспрашиваю.

– Да. Займись этим. Мне кажется, у тебя много свободного времени, потрать его с пользой. Узнаешь что-то интересное, расскажи мне, пожалуйста. Все-таки она сидит с собакой моей подруги.

– Ладно, – почти обрадованно сказала Лариса.

– Только от собак отлипни, прошу тебя по-хорошему. Еще раз услышу угрозы… Я предупредила.

– Не, ты че опять? Я не знала, что ты такая бешеная. Вообще нет нормальных людей.

– Ничего, все хорошо, – кивнула ей Таня и быстро побежала с Жулей подальше от человечьего духа.

Дома она быстро убрала квартиру, приготовила ужин, который можно съесть на завтрак – Дэвид вернется с дежурства утром, и села к компьютеру. Набрала в поиске «Авдотья Никитина»… Да, все, как в аптеке. Представительница организации «Гуманизм и милосердие» провела акцию у бразильского посольства, у аргентинского посольства, дала интервью нескольким новостным программам телевидения, выступила по радио. Сайты, реквизиты, петиции. В частности, она собирает митинг против фашистов, на который приглашает людей с собаками-инвалидами, а также всех неравнодушных. Имеется в виду, конечно, наличие бумажников. Ну просто дрянь. Фашистам наплевать, что какие-то мошенники соберут деньги на борьбу с ними, но зачем мучить собак-инвалидов… Когда и где это будет? Через три дня. Время, чтобы помешать этой акции, в принципе, есть. Таня не любила регистрироваться на форумах и в социальных сетях, но делать нечего. Собак этой Нине – Авдотье Никитиной придется оставить в покое.

Утром, когда пришел Дэвид, Таня посмотрела на календарь на кухне и ахнула. Сегодня же сочельник. День рождения сына Алены, на который она всегда приезжала без специального приглашения. Это само собой разумеется.

– Дэвид, ты пойдешь со мной в гости? – тревожно спросила она.

– Посплю и пойду, – кивнул он.

– Но надо же, наверное, предупредить Алену, она думает, что я одна приеду.

– Это та самая подруга?

– Какая та самая?

– Ну, которая является страшным испытанием для мужчины, с генами папы римского и матери Терезы.

– Она. Никуда не денешься. Придется ехать.

Таня набрала номер Алены.

– Привет. Все в силе?

– Конечно.

– А кто еще будет, кроме меня?

– Два компаньона мужа – один с женой, другой – с невестой.

– Хорошо. Алена, ничего, если я тоже приду не одна?

– А с кем, если не секрет?

– С другом. Его зовут Дэвид.

– Вот как. Лучшие подруги, как и мужья, обо всем узнают последними.

– Просто я не успела.

– Конечно, приходите.

– Ален, а в чем мне прийти? Можно в том костюме, который мы с тобой купили?

– Разумеется. Можно в чем угодно, хоть в халате. Ты нам родная, у нас все по-простому, ты же знаешь.

– Ну, да. Пока.

Таня села на табурет, сложив руки на кухонном столе, как на парте, и глубоко задумалась.

– Ты думаешь о виноградном костюме? – спросил через некоторое время Дэвид.

– Да.

– Он неплохой. Тебе идет.

– Да. Но тут другой случай. Понимаешь, жены этих компаньонов, как и сама Алена, будут одеты так… Как будто и не одеты… Словно в этом родились. Росчерк пера, мазок кисти, венец совершенства… Это и называется «У нас по-простому». И тут я в костюме с длинными рукавами, со своим размером и вообще…

– Какая ерунда. Мы сейчас поедем и купим тебе вечернее платье. Кремовое.

– Мне такое нельзя. Толстых этот цвет полнит. Мне нужно темное.

– Толстых, может, и полнит, а солнечной женщине не мешает светиться. Это то, что нужно. Причем открытое, с декольте.

– Ты прям Пушкин. Светиться… Ну, да, тоже мавр. Я не собираюсь там светиться, – хмуро заявила Таня. – И не собираюсь наряжаться в платье с декольте. И вообще не хочу ничего покупать. У нас нет лишних денег, чтобы выкинуть, а потом провалиться в этом наряде.

– Что с тобой?

– Да так. Лучше мне поехать без тебя, если честно. И в халате, как Алена предложила. Я бы вписалась в этот узкий изысканный круг, как всем приятная баба на чайник. А с тобой все как-то иначе…

– Ты хочешь поехать без меня?

– Нет. Хочу с тобой.

– Ты капризничаешь.

– Я просто знаю, что ничего хорошего не получится.

– Какой выход?

– Обыкновенный. Доедай, потом поспим, я надену виноградный костюм, заедем в магазин игрушек и купим Артему дорогую, сложную, развивающую игру. Алена помешана на повышении его интеллекта. Ну, и будь что будет.

…Когда домработница Алены открыла им дверь и они вошли в просторный холл, к Тане бросился прямо в руки тоненький белокурый мальчик. Это и был виновник торжества Артем, которому сегодня исполнилось четыре года. Таня легко подняла его, целовала, вдыхала теплый чудесный запах, щекотала. Он хохотал, широко открывая розовый ротик с белыми зубками… Дэвид стоял и очень внимательно, серьезно на них смотрел.

– Танька, – произнесла красивая элегантная женщина с роскошной волной пепельных волос до талии, – ты не собираешься задушить моего ребенка? Отпусти его, он, как разыграется с тобой, потом всю ночь просыпается, требует развлечений. Представь мне, пожалуйста, своего друга, раз уж соизволила его привезти.