Виктор Доценко - Бешеный жив !

- Какое значение имеет чин? Главное, что они имеют соответствующие документы и их фактически не останавливают..."

Выключив компьютер, Савелий долго не мог прийти в себя от полученной информации. Казалось, на него вылили ушат помоев. У него никак не укладывалось в голове, как такое могло произойти между двумя братскими странами? Допустим, руководители совершили глупость, захотев стать царьками в своей республике. Стало ли лучше от этого народу? Нет! Тогда вместо того, чтобы искать пути сближения, то есть попытаться исправить свою ошибку, эти "лидеры" или "царьки" мечутся из стороны в сторону и в конце концов сближаются с извечным противником. Что ни говори, а как невозможно соединить "коня и трепетную лань", так никогда не будет искренней дружбы между Востоком и Западом. Это настолько простая истина, как дважды два - четыре. Когда же человек научится признавать свои ошибки? Когда же перестанет дважды наступать на одни и те же грабли?

Мыслительный процесс Савелия был прерван вошедшим Ставропольским:

- Сема, вы тут заснули, что ли? Стол накрыт, водка остывает, а мы ждем... - шутливо проговорил Роман.

- Рома, присядьте, пожалуйста на минутку, - серьезно попросил Савелий.

- Я весь внимание! - сказал Ставропольский, поняв, что новый знакомец не очень настроен шутить.

- Вы можете дать мне Васька?

- В каком смысле? - не понял он.

- Выделить мне в помощь?

- Что-то серьезное?

- В общем, да, - признался Савелий.

- Надолго?

- Не знаю.

- Это связано с Панкисским ущельем? - спросил Ставропольский.

- И с ним тоже.

- Опасно?

- Очень!

- Все настолько серьезно, что Васек может и не вернуться?

- Мы можем все не вернуться, - откровенно сказал Савелий.

- Ладно, Сема, ведь я ваш должник! - Они крепко пожали друг другу руки. - Минуту, - сказал он, вышел, вскоре вернулся и протянул Савелию пистолет Стечкина с подмышечной кобурой. - У меня такое подозрение, что это вам пригодится.

- Думаю, да, - сказал Савелий.

Роман обнял его.

- Очень прошу, вернитесь живыми и здоровыми... - тихо проговорил он.

- Мухтар постарается...

- Пусть его старания не пропадут втуне, - серьезно изрек Ставропольский.

Роджер Лайн, в прошлом один из руководителей Центрального Разведывательного Управления США, а в настоящий момент один из идеологов и признанных лидеров тайной крайне правой организации "Наследие Америки", главной целью которой было установление господства США над всем земным шаром, прибыл в Москву в июне 2001 года по приглашению московского отделения фонда Карнеги в качестве независимого эксперта.

Официально в его задачу входило изучение проблем социально-экономического развития российского общества. Иными словами, Лайн должен был дать рекомендации крупным американским компаниям - вкладывать им в Россию деньги или пока воздержаться.

Миссия Лайна позволяла ему встречаться с самыми разными людьми - безоговорочными поклонниками Америки и ее непримиримыми противниками. Среди многочисленных достоинств Роджера было и удивительное умение слушать собеседника: даже если тот нес откровенную околесицу, холеное, невозмутимое лицо Лайна всегда выражало почтительное внимание. Иногда он что-то мягко переспрашивал, высказывал осторожные сомнения - собеседник видел, что его соображения интересны, еще больше распалялся, увлекался и частенько проговаривался, сообщая информацию, которую ни в коем случае не должен был знать гражданин иностранной державы...

Лайн был опытный и высокопрофессиональный разведчик, и ему не стоило особых усилий разговорить почти любого собеседника, особенно из числа русских парламентариев и политиков нового поколения, которые, несмотря на очевидные суровые факты, продолжали наивно верить в то, что "Америка нам поможет", надо только правильно попросить. Лайн всегда терпеливо выслушивал самые безумные проекты - от введения в Чечню американского экспедиционного корпуса до переселения американских фермеров из штатов Канзас и Айдахо в центральные области России для под®ема отечественного сель-ского хозяйства и... никому не отказывал.

Роджер Лайн об®яснял, что он всего лишь эксперт, изучающий и собирающий интересные предложения, и обязательно будет рекомендовать эти проекты правительству США и деловым кругам, жаждущим сотрудничать с Россией.

По большому счету Лайн стремился понять, что на самом деле происходит в России. Он никогда не верил прессе, хотя как старый разведчик считал постоянный контент-анализ газет и телевизионных передач барометром, способным указать направление, в котором движется общество. Журналисты всегда были тщеславны и продажны - они клевали, как голодные рыбы, не только на деньги, но и на эксклюзивную утечку секретной информации. Сколько таких утечек он организовал или санкционировал! Не счесть...

В этом смысле американская пресса ничем не отличалась от русской. Газетчикам нужны сенсации, а Лайну требовалось знание.

Экономисты из команды этого пустобреха и бабника Клинтона нашли теоретиков рыночной экономики в России, заморочили им головы и подбросили кредиты, которыми и те, и другие успели поживиться и серьезно поправить свое прежде жалкое финансовое положение. После чего обе стороны бодро отрапортовали, что Россия превратилась в страну с рыночной экономикой.

Но количество приватизированных предприятий в России мало занимало старого, в буквальном и переносном смысле слова, стреляного лиса из американской разведки. Он с удовольствием констатировал, что в целом отношение русских к США более чем прохладное, а следовательно, Россия продолжает оставаться в списке если не серьезных врагов Америки, то потенциальных противников.

Лайн и его соратники по "Наследию Америки" не сомневались в том, что XXI век должен стать "веком Америки", и все страны будут плясать под американскую дудку. Но в современной России подобные тенденции не просматривались, только горстка правых политиков и кучка бизнесменов, сумевших наладить с заокеанскими коллегами взаимовыгодные отношения, не скрывали своих проамериканских настроений.

Российский народ угрюмо безмолвствовал, борясь за выживание - так уж сложилось исторически, однако вовсе не из®являл желания слепо следовать за богатым и могучим американским "дядюшкой Сэмом".

Обдумывая официальную часть своего отчета, Лайн склонялся к тому, что серьезному американскому капиталу стоит воздержаться от крупных инвестиций в россий-скую экономику, по крайней мере до тех пор, пока к власти не придут представители политических сил, которые будут с пониманием получать сигналы, идущие из Вашингтона.

Неофициальная же часть программы пребывания Роджера Лайна в России делилась на две, тесно смыкающиеся части. Первая состояла из встреч со старыми и потенциальными так называемыми "агентами влияния", теми, кто в той или иной степени мог явно или скрытно пропагандировать американский стиль и образ жизни. В эту категорию попадали политики, бизнесмены, работники популярных газет и ведущие рейтинговых телепередач. В зависимости от конкретных результатов их деятельности вознаграждение они получали в самых разных формах - от покупки недвижимости в Штатах и других странах и солидных банковских счетов на пред®явителя до обучения отпрысков в самых престижных учебных заведениях Запада. Одним словом, Лайн не без успеха занимался тем, что в советские времена справедливо именовалось "идеологическим шпионажем".