Современный румынский детектив

В общественном туалете я до неузнаваемости изменил свою внешность. Во внешнем уголке правого глаза с помощью бесцветного лака для ногтей склеил ресницы и замазал их черной тушью. Теперь стоило мне закатить глаз, каждый бы поклялся, что он у меня либо вытек, либо на нем чудовищное бельмо. Под верхнюю губу и за щеки я засунул жвачку. Нарумянился, а в рот доложил конфетку. Глянув в зеркало, я постарался придать своей физиономии твердое и в то же время оптимистичное выражение — как у злодея из сказки. Зрелище получилось весьма плачевное. Я походил на человека, изнуренного голодом и осмелившегося выйти на большую дорогу, вооружившись лишь костью от лошадиного скелета.

Очень приветливая администраторша в гостинице подтвердила, что мой брат, Аркадие Манафу, и моя свояченица, Рафа–эла Манафу, забронировали номер с 3 января. Объявлялся же только мой брат, вскоре укативший в неизвестном направлении. Он отказался от номера, принеся соответствующие извинения, но мне ничего не просил передать. Я сделал вид, что меня до глубины души возмутило его свинство.

— А кто‑нибудь еще интересовался моим братом? — прогнусавил я.

С очаровательной улыбкой администраторша ответила:

— Да, господин Манафу. Им интересовались ваши родственники из милиции. Я и мои коллеги рассказали им то же самое, что и вам. Так что зря вы к нам столь часто наведываетесь -намять у нас отличная.

Я убрался восвояси, с удивлением обнаружив, что сыграл роль незадачливого сыщика. Такси ожидало меня перед гостиницей. Я окликнул носильщика и передал ему деньги для шофера, попросив принести сдачу, авиабилет и паспорт.

Когда парень вернулся, я спросил:

— Что сказал шофер?

Носильщик переминался с ноги на ногу и, убедившись, что чаевых ему все равно не дождаться, нахально выпалил:

— Он ничего не сказал, хотя я и передал ему, что теперь вы стали намного симпатичнее.

Я пропустил его слова мимо ушей. Перейдя площадь Единства и поприветствовав папашу Кузу!, огляделся вокруг и про себя удивился: как же медленно ходят коренные жители Ясс! Вероятно, они от рождения страдают анемией. Я положил паспорт бывшего попутчика в конверт и бросил его в почтовый ящик местного назначения. Затем поймал такси и без всяких приключений добрался до аэропорта.

Паспорта здесь не проверяли (впрочем, я знал об этом), зато отправляли на металлоконтроль, чтобы удостовериться, нет ли оружия. Даже милиция была рада поскорее избавиться от такого урода. Я не сомневался, что в кармане у каждого из них лежала моя фотография. Но даже самые опытные не смогли бы признать меня в этом мордатом простофиле.

Самолет наконец взлетел. Вокруг сидело много иностранцев, без умолку стрекотавших на своем языке. У них тоже были свои проблемы. Женщины притворялись, что любуются пейзажем, стараясь не замечать, как нахально пялятся их мужья на стюардессу. А та и в самом деле была что надо. Правильно говорят, наши женщины- наше главное национальное достояние.

Сначала мы летели не очень высоко. Равнина с бело–серыми полосами казалась спиной гигантской зебры. От нее рябило в глазах. Линия горизонта терялась в тумане. Кое–где виднелись деревни, из труб вился дымок.

Затем мы поднялись над облаками. Ослепительное солнце било в глаза. Когда мне надоело смотреть в иллюминатор, я обратил свои взоры на соседей, которые тоже глазели в окно либо читали газеты. Гул самолета убаюкивал, но я изо всех сил старался не поддаваться сну. Стюардесса исчезла, а остальные не заслуживали внимания. Моя соседка слева была еще чересчур молода. Она уткнулась носом в газету, а на коленях покоилась целая кипа. Я обратился к ней:

— Будьте любезны, одолжите мне газету. Она пробурчала, даже не взглянув на меня:

— Вон там, на креслах, сколько угодно газет. Сами можете взять.

Я выбрал несколько газет, но не вернулся к будущей ведьме, а предпочел остаться в глубине салона и погрузился в чтение,«Скынтейя»порадовала меня традиционной воскресной рубрикой»Из зала суда». Изредка там попадались настоящие перлы.

Итак, сегодня воскресенье. Внезапно я замер с газетой в руках— меня осенило. Теперь я знал, кто убил Рафаэлу Манафу.

Глава IX КУРОК ВЗВЕДЕН

В моем недремлющем подсознании возникло видение: женщина с горящим, безумным взором падает в темную бездну. На всякий случай я пристегнул ремень безопасности. Это придало мне уверенности. Я закрыл глаза и, подавив отвращение, постарался забыть о своем открытии.

Самолет благополучно приземлился в заваленном пышными сугробами Бухаресте. Было воскресенье. Люди чувствовали себя как на сцене, среди фантастических декораций. Земля лежала в белом обмороке. Слабое движение ее угадывалось с таким же трудом, как дыхание летаргика. Судьба делала поворот. Огромным усилием воли время оторвалось от земли и парило над ней.

Я допросил платиновую блондинку из справочной с любезностью китайца, получившего задание от «Коза ностра». Та с готовностью сообщила нужные сведения. С трудом избавившись от словоохотливой красавицы, я поспешил к первой же телефонной будке и закоченевшим пальцем набрал номер Парандэрэта.

— Привет, Горемыка! — приветствовал он меня медоточивым голосом. — Ну, как дела?

— Мне нужен список пассажиров, вылетевших третьего января рейсом номер пять по маршруту Бухарест—Яссы.

Он не сразу сообразил, чего от него хотят, а потом запыхтел в трубку:

— Это чертовски тяжело. Впрочем, есть шанс.

— Мне нужен список всех иностранцев, вылетевших этим рейсом. Вернее, тех, кто пока еще остался здесь. Меня интересует место проживания каждого из них в данный момент.

— А тебя не интересует количество волос у каждого из них на затылке?

— Заткнись! Послушай, я злой как черт!

— А когда ты был добреньким? — прорычал он.

— Когда мне перезвонить?

— Завтра, послезавтра… Зачем тебе этот список?

Вместо ответа я швырнул трубку. Мне пришлось воспользоваться услугами частника — благо их здесь вертелось предостаточно. Таксистов я опасался, потому что им могли сообщить мои приметы. Все‑таки было бы слишком несправедливо попасться именно сейчас. Попытайся они арестовать меня часом раньше, когда все казалось потерянным, я не стал бы всерьез расстраиваться. Ну, может быть, только слегка огорчился бы.

В одном из автомобилей, припаркованных у дома Серены, я увидел знакомый фотоаппарат «Никон», который так и не пригодился мне в ту ночь. И с удивлением задал себе вопрос, почему Серена скрыла от меня наличие автомобиля. С его помощью мне легко удалось бы разрешить массу проблем, а кое‑что даже переиграть.

Серена убрала с подоконника абсолютно все, чтобы в комнату проникало как можно больше света, и нежилась в скупых лучах зимнего солнца. Она казалась пришелицей из космоса, спустившейся на землю вместе со снегом, засыпавшим город. Уютно устроившись в кресле, она мелкими глоточками прихлебывала кофе и раскладывала пасьянс.