Антон Леонтьев - Огненный холод

Странно, но Зульфия Борисовна была в отличном расположении духа и ни словом не обмолвилась об инциденте с Марони. Неужели макаронник все еще не соизволил позвонить, нажаловаться и потребовать назад задаток? Марина попробовала осторожно выяснить, что же произошло, и Зульфия ответила:

– А, синьор Марони... Так расскажи, Мариночка, как все вчера прошло? Впрочем, предположу, что очень даже хорошо – едва я пришла в офис, примчался курьер, который доставил деньги от синьора Умберто. Причем там было на двести долларов больше – видимо, он от тебя в диком восторге. Что, очаровала мужичка? Он тебе предложение еще не сделал?

Марина отделалась общими фразами, а Зульфия подмигнула:

– Не исключено, значит, что скоро я потеряю еще одну свою сотрудницу, к слову сказать, самую лучшую? Но имей в виду: Марони – скользкий тип. Наверняка, чтобы затащить в постель, станет осыпать тебя подарками, но жениться он не намерен, ведь у него имеется законная половина.

Марина ничего не ответила, сделав вид, что не расслышала вопроса. Девушка подумала о его высочестве Алессандро Сфорца-Малатеста. Вот ведь, несмотря на то что ему далеко за шестьдесят, язык не повернется назвать герцога «старичком» – он выглядит чрезвычайно элегантно, молодцевато и... Марина не могла не признать: и сексуально!

Углубившись в работу (предстояло перевести множество глупых и нудных писем на английский, французский и итальянский), Марина на время выбросила герцога из головы. Все закончилось, все прошло и больше уже никогда не повторится. Да у нее не было желания оказаться еще раз на приеме, где среди гостей крутится Кирилл Гелло...

– Нет, вы только посмотрите! – раздался восторженный вопль.

Марина оторвала голову от стола, на котором лежали варианты перевода посланий для женихов. Она как раз пыталась переложить на удобоваримый английский фразу: «Истосковалась я, сердешная, по мужицкому плечу и джентльменской ласке». В каморку, где сидела девушка, влетела Зульфия.

– Ну, ты произвела впечатление, Мариночка! – заявила она. – Такой красотищи я в своей жизни еще ни разу не видела! Все же умеют итальяшки за женщинами ухаживать!

Она отошла в сторону, и Марина узрела гигантскую корзину белых роз, таких прелестных и огромных, что у нее захватило дух. И сколько же их всего? Никак не меньше сотни, а то и полутора!

Корзина двинулась на нее, затем опустилась на стол – и Марина увидела, что доставил ее не кто иной, как шофер герцога Сфорца-Малатеста. Тот поклонился и произнес:

– Госпожа Зимина, это для вас!

И он протянул ей узкий конверт.

Зульфия ахала:

– Подумать только! И где только в Москве можно такие цветы достать? Стоят наверняка кучу бабок! Вот вам и макаронник... Да он в тебя втюрился! Смотри, Мариночка, не упусти свой шанс! Пускай он со своей матроной разведется, а тебя в жены возьмет, и станешь ты синьорой Марони. Не забудь тогда меня в гости пригласить!

Марина не стала говорить Зульфие, что цветы вовсе не от Умберто, а от герцога. Узнай начальница, что она познакомилась с настоящим итальянским аристократом, к тому же очень богатым, наверняка упала бы в обморок.

– Ну посмотри, что он тебе написал! – тараторила начальница. – Наверняка приглашает на ужин! А ты соглашайся!

Девушка осторожно вскрыла конверт и извлекла сложенный втрое лист, увенчанный вытисненным гербом. На листе было всего несколько строк, выведенных чернилами красивым, витиеватым, старинным почерком.

«Достопочтенная синьорина Зимина! Вчерашний вечер был похож на сказку, и сделали его таковым Вы. Примите, прошу Вас, в знак благодарности сей скромный презент как знак моего восхищения и уважения. Ваш Алессандро С.-М.».

Что ж, никаких намеков, никаких требований, никаких обязательств. И даже на ужин не пригласил, с некоторым разочарованием подумала Марина. Но тотчас себя одернула – она бы все равно отказалась!

– Господи, а это что? – вскрикнула Зульфия, которая, обследовав корзину с розами, обнаружила там плоский футляр из черного бархата. Раскрыла его и, смолкнув на несколько секунд, прошелестела: – С ума сойти, Мариночка... Просто Алмазный фонд...

И она протянула футляр Марине. Там, в углублении, лежал нестерпимо сверкавший браслет с огромным круглым сапфиром посередине – драгоценность немного походила на ту подделку, которую ей вручил синьор Марони. Только Марина не сомневалась, что присланное герцогом украшение было настоящим. К нему же прилагалась короткая записка: «Спешу Вас уверить, что это – оригинал. Любимый браслет моей прапрабабки, княгини Матильды Сан-Северино, врученный ей, как гласит семейное предание, Наполеоном в знак восхищения за то, что она проявила твердость и ответила императору всех французов отказом на его недвусмысленное предложение».

Марина вынула браслет и поразилась тому, какой он тяжелый. Сразу видно, что в нем не стекляшки и не стразы, а настоящие камни. Зульфия прошептала:

– И откуда у твоего Марони деньги на такие подарки?

– Это не от Марони, – ответила девушка и протянула начальнице письмо, – а от герцога Сфорца-Малатеста. Я познакомилась с ним на приеме.

Обычно Зульфию Борисовну ничем нельзя было пронять, но последняя новость, как поняла Марина, произвела на нее неизгладимое впечатление. Начальница брякнулась на стул, несколько раз перечитала письмо и наконец промолвила:

– Ну ты даешь, Мариночка... Ты бы еще принца Чарльза подцепила! Вот это да! И что, герцог хочет на тебе жениться?

– Что за глупости! – возмутилась Марина. – Разумеется, нет! И даже если бы хотел, я бы не пожелала! А подарок я... я просто не могу принять!

– Что ты такое говоришь? – запричитала Зульфия. – Цветы... Да ведь браслет стоит бешеных денег! Подобного в Москве ни у кого нет, даю руку на отсечение!

Зульфия рассматривала браслет, а Марина, пожав плечами, сказала:

– Если хотите, Зульфия Борисовна, можете взять его себе. Мне все равно ни к чему.

Начальница побагровела и заявила:

– Так, Зимина, не говори глупостей! Что значит – «ни к чему»? Браслет стоит не меньше... не меньше пятидесяти тысяч. Долларов! А то и все сто тысяч! Хотя кто знает, может, и гораздо больше. И князь... то бишь герцог его тебе просто так дарит! Просто так, заметь!

– Конечно же, не просто так, – возразила Марина. – Его высочество надеется, что я размякну и приму приглашение на ужин, которое он наверняка уже заготовил и пришлет снова со своим шофером. А ужин у герцога Сфорца-Малатеста, как я узнала, плавно переходит в завтрак.

– И что с того? – взвилась Зульфия. – О, если бы он мне такое прислал! Да я бы сама, без всякого шофера, примчалась к нему на всех парах и прыгнула бы к нему в койку! Ты что, не понимаешь, дурочка, что это твой шанс? О таком многие только мечтать могут! Причем другого шанса в жизни больше не будет!