Виктор Доценко - Биография отца Бешеного

Искренне Ваш

Эльдар Рязанов, 11.05.99".

А удивительный историк и писатель Эдвард Радзинский, даря свою книгу "Загадки истории", подписал ее так:

"Виктору Доценко, моему другу,

от любящего его

Э. Радзинский 12 ноября 98 г."

Дорогие мои Аркадий Александрович, Эльдар Александрович и Эдвард Станиславович, здоровья вам и долголетия!.. Спасибо за добрые слова, сказанные в мой адрес...

Но это сейчас, а в то время...

После поддержки Вайнера я был просто на седьмом небе от счастья. Я был твердо уверен, что теперь-то меня обязательно издадут, даже несмотря на не очень лестный анализ застойного редактората милицейского журнала, в котором не знали, что я познакомился с заместителем министра внутренних дел генерал-лейтенантом П. А. Олейником. Он, прочитав мою рукопись, высоко ее оценил и принял предложение стать ее консультантом, обещав всяческое содействие. Я начал писать милицейскую повесть "Осторожно, мошенник!", и мне понадобились подробности о работе начальника райотдела милиции - у меня был такой герой.

Не мудрствуя лукаво я пошел в ближайшее отделение милиции, представился и поделился своей проблемой, получив от начальника обещание в скором времени встретиться и поговорить.

При советской власти, если кто не знает, все публикации о милиции до выхода в свет обязательно проходили сквозь особый этап, который не мог обойти даже министр. И естественно, П. Олейник отдал мою рукопись на спецрецензирование в Главное политуправление МВД СССР. Вскоре раздался звонок: приглашают на прием к генерал-майору Зазулину А.М., говорят адрес. Эта фамилия показалась мне знакомой. Звоню несколько раз в приемную П. Олейника, но там словно вымерли.

Прихожу по указанному адресу: оказывается, это и есть сам начальник Политуправления МВД СССР. Из-за внушительного стола огромного кабинета выходит ко мне хозяин. Радушно приветствует, предлагает присесть за журнальный столик в углу, садится сам. Приносят кофе. Генерал начинает вовсю расхваливать мой роман. Говорит долго, витиевато и достаточно занудно, тем не менее речь его мне нравится. И вдруг в самом конце слышу:

- Так что ваш роман МВД возьмет для служебного пользования! - Эти слова он произнес таким торжественным тоном, словно награждал меня орденом Ленина.

- Значит, читатели его не увидят? - машинально спрашиваю я, мысленно повторяя услышанное.

- Как вы не понимаете? На вашем романе будут обучаться наши сотрудники! с пафосом воскликнул генерал.

И тут мне вспомнилось, откуда знакома его фамилия. Примерно год назад кто-то из моих доброжелателей свел меня с заместителем начальника штаба МВД СССР, который курировал кинофильмы и литературу, поступающую в министерство. Я послал на его имя два своих сценария и вскоре получил обычную отписку "не представляет для МВД ценности... советуем обратиться в другие места...". И подпись - генерал Зазулин. Почему-то на душе стало муторно и грустно.

А генерал продолжал:

- Понимаю, вы много трудились, а всякий труд должен быть вознагражден, и поэтому вы получите гонорар гораздо более высокий, нежели в самом крупном и престижном издательстве! Уверен, что вы еще не раз порадуете нас своими книгами, и я готов помочь вам! О чем бы вам хотелось писать? Наверное, по линии уголовного розыска? А я вам советую написать что-нибудь по экономическим преступлениям! Материал для новой книги получите, свяжу вас с ОБХСС... Минуту! - Берет трубку, набирает номер генерала Обухова, начальника ОБХСС страны. Привет? Зазулин говорит!.. У меня находится талантливый молодой литератор Виктор Доценко, когда он свяжется с вами, окажите всяческое содействие по сбору материала из наиболее интересных дел!.. Договорились? Вот и хорошо! - Он положил трубку, написал телефон и протянул мне. - Ну, что скажете, Виктор Николаевич?

- Я должен посоветоваться со своим консультантом! - твердо проговорил я.

- Не нужно сейчас беспокоить генерала Олейника, - нахмурился Зазулин. - У него случилось несчастье: жена погибла в автомобильной катастрофе!

Я был знаком с этой удивительно доброй украинкой с необычным именем Неонила и, конечно же, расстроился.

- Я должен переговорить с Петром Александровичем! - упрямо повторил я.

- Ну, как знаете... - Добродушие генерала словно корова языком слизнула. Можете идти!

Мне почудилось в его тоне некая угроза...

Дня два я названивал П. Олейнику, пока наконец его помощница, с литературно-милицейской фамилией - Пронина, женщина удивительной судьбы (на основе ее рассказов я написал в моем первом романе образ жены капитана Зелин-ского), сообщила мне, что Петр Александрович назначает мне встречу на пятницу, а это была среда.

Сейчас я твердо уверен, что генерал Зазулин знал о нашей предстоящей встрече с Олейником, более того, знал он и о том, что уже подписан приказ об отставке замминистра. Но тогда я даже и не догадывался, что над моей головой уже занесен топор судебной машины, запущенной КГБ.

На следующий день, то есть в четверг, собирался на радио, где у меня была встреча с редактором. Уже собирался выйти, как в дверь позвонили. Соседи были на работе, и я открыл дверь. На пороге стояла молодая, лет тридцати, миловидная женщина, которая попросила разрешения позвонить, так как соседей, к которым она пришла, нет дома. Не думая, что за этим визитом скрывается нечто опасное для меня, я согласился.

Потом, в Бутырской тюрьме, вспоминал ее явление и тщательно анализировал. Дело в том, что в нашей малонаселенной коммунальной квартире телефон был с длинным шнуром, и когда незнакомка пришла, аппарат стоял в моей комнате. Я спешил и поленился его вынести в коридор, позволив ей позвонить из моей комнаты. Как она внимательно и цепко осматривала квартиру, мою комнату, запоминая все вокруг, как в трубку сказала что-то неважное, вспомнился и ее долгий взгляд, остановившийся на моей домашней экипировке: спортивных брюках и футболке, брошенных на кровати. Тогда, торопясь на важную встречу на радио, я не обратил никакого внимания на эти детали ее поведения. Целый день бегал по делам и вернулся где-то около семи вечера. Звонит телефон.

- Доценко Виктор Николаевич? - доносится суховато-официальный голос.

- Да, кто спрашивает?

- Вы сейчас будете дома?

- Да... Но кто спрашивает?

- Из отделения милиции беспокоят...

- Это от ... - называю фамилию начальника отделения, - по поводу моей повести?

- Да-да... - после некоторого замешательства подтверждает голос. - Сейчас мы подъедем...

Минут через пятнадцать звонок в дверь. Открываю. Передо мной участковый и двое в штатском.

- Это вы звонили? - не чувствуя угрозы, спокойно поинтересовался я.

- Да...

- Вас прислал... - называю фамилию начальника отделения.