Кэролайн Грэм - Призрак в машине

Рой замешкался с ответом, но Дорис сказала, что это необходимо. Хотя бы для приличия. Как только Карен описали процедуру, девочка пришла в восторг и была готова ехать в Костон хоть сию минуту. Она любила компьютеры. Так что все утряслось.

— Эта тетя… Она там надолго? — спросил Трой. Грустная маленькая девочка, почти ровесница его дочери, не выходила у сержанта из головы.

— Думаю, да. Миссис Крудж…

— Крудж? — воскликнул Барнеби. — Что-то знакомое!

— Это уборщица Бринкли, сэр, — сказал Трой. — Она должна прийти сегодня.

— Когда? — Услышав, что в час дня, Барнеби посмотрел на часы. — До тех пор нам нужно будет вернуться.

— Вернуться откуда?

— Я хочу съездить в контору мистера Бринкли. Посмотреть, что собой представляет его партнер.

— Если верить Лоусону, Бринкли его не выносил.

— Вряд ли Лоусона можно считать непредубежденным наблюдателем.

— Как скажете, шеф. — «Ни-при-ду-бижденным». Еще одно слово, за которым придется лезть в словарь Талисы-Линн. Век живи — век учись…

Старая медная табличка у дверей, выходивших на рыночную площадь, все еще гласила: «Бринкли и Латам: финансовые консультанты». «Очень разумно», — подумал главный инспектор Барнеби. Судя по тому, что он слышал о деловых и личных качествах Денниса Бринкли, это имя продолжало вызывать доверие несмотря на то, что самого человека уже не было на свете.

Поднимаясь по лестнице, сержант Трой предвкушал встречу с очередной красавицей. Увы, администратор красотой не отличалась, но в главном зале дела пошли лучше. У фотокопировальной машины стояла хорошенькая блондинка. Конечно, до Эбби-Роуз ей было далеко, но все же…

Когда Барнеби представился и изложил свое дело, из стеклянного прямоугольника вышел человек. Чувствовалось, что он здесь старший. Его звали Лео Форчун.

— Мы ждали вашего визита. С тех пор как узнали, что Деннис… с тех пор как услышали…

— О том, что с ним случилось, — закончила администратор.

Барнеби обратил внимание на заминку Форчуна, но ничуть не удивился. «Убийство» — занятное слово. Позволяющее продавать больше газет, книг и билетов в кинотеатры, чем любое другое. Ни один телесериал не станет рисковать своим рейтингом, обойдясь без убийства. Детективные фильмы смотрят миллионы людей. А потом, крепкие задним умом, свысока говорят о них по телефону или пишут в электронной почте. Но когда жертва известна человеку лично, тут все меняется. Люди начинают заикаться и прибегать к эвфемизмам.

— Сегодня кто-нибудь отсутствует? — спросил Барнеби.

— Два человека в отпуске.

— Точнее, один в отпуске, а у другой — медовый месяц. — Гейл Фуллер кивком указала на два свободных стола.

— И… — Барнеби покосился на пустой кабинет.

— Мистер Латам до сих пор не почтил нас своим присутствием.

— Лео, побойся Бога, — возразил молодой человек в рубашке с розовыми полосками. — Еще и двенадцати нет.

Кто-то фыркнул, но смешки быстро умолкли. Все стали тихими и серьезными, понимая трагичность ситуации. Хотя сотрудники выглядели озабоченными, но напряженности в помещении не ощущалось. Все смотрели Барнеби прямо в глаза; правда, он был тертый калач и понимал, что это ничего не значит.

— Мистер Бринкли умер во вторник, двадцать четвертого июля. В тот день вы все были на месте?

Младшая помощница, которая работала неполную неделю, была в школе. Дородная женщина с большим носом и телефоном, украшенным изображением Снупи [115] Мечтательный песик, персонаж серии комиксов «Орешки» художника Чарльза Шульца. , призналась, что была на лекции в институте Штайнера [116] Рудольф Штайнер (1861–1925) — немецкий философ-мистик, основоположник антропософии. .

— А мистер Латам?

— Как всегда, пришел в середине утра.

Барнеби спросил всех, выходили ли они куда-нибудь в течение дня.

Контору не покидали только Лео Форчун и Латам. Остальные «выскакивали» в магазин, в кафе или в библиотеку. Когда их попросили назвать точное время, выяснилось, что самое долгое отсутствие продолжалось пятьдесят минут. Молодой человек в полосатой рубашке провел перерыв в «Сороке», играя на бильярде и потягивая «Гиннесс».

— А когда вы закрываетесь?

— Официально в пять тридцать, — сказал Форчун, — хотя мы с Деннисом часто задерживались и позже.

— А в тот вечер?

— Честно говоря, не могу вспомнить. До сегодняшнего дня для этого не было причины.

— Действительно, — сказал Барнеби. Он сталкивался с этим на каждом шагу. Если в этот день не случилось ничего сногсшибательного или ужасного, кто его вспомнит через три недели?

— Кто-нибудь из вас посещает Церковь-за-Углом? — Не откликнулся никто. — Мистер Бринкли когда-нибудь говорил о ней?

— Он никогда не говорил о своей личной жизни, — ответила хорошенькая блондинка по имени Белинда и пожала плечами.

— Это церковь, где общаются с потусторонним миром? — спросила тучная дама, которую звали Димси. Ее голос звучал скорбно и в то же время сердито. — Боюсь, у мистера Бринкли было мало времени для духовной жизни.

— Вы слышали выступление по радио этого медиума… Авы Гаррет?

— Не думаю. Мы все работали.

— Кто-нибудь имеет представление, почему кому-то понадобилось убивать мистера Бринкли?

Ответ последовал незамедлительно. Яростные отрицания сменились искренним неверием в то, что кто-то способен на такую жестокость.

— Это был чужак.

— Верно. Никто из знавших Денниса не…

— Точно.

— Хотел бы я встретить этого гада в темном переулке… — Игрок на бильярде согнул руку и продемонстрировал свои мощный бицепс.

— Кстати, почему коронер вынес неправильный вердикт?

Барнеби потратил несколько минут на рассказ о том, что вскоре должно было появиться в газетах, а потом снова попросил их сосредоточиться и вспомнить недели, предшествовавшие смерти Денниса.

— Вы заметили какие-нибудь изменения в поведении мистера Бринкли? Может быть, что-то его беспокоило?

Все покачали головами, но Барнеби обратил внимание на то, что Лео Форчун нахмурился.

— Вы все время сидите на приеме? — спросил инспектор женщину средних лет, которая их впустила. Она кивнула. — Не приходил ли к нему человек, которого вы раньше не видели? Может быть, новый клиент?

— Нет.

— А как насчет телефонных звонков? Кто-нибудь был особенно настырным? Не обязательно деловой клиент.

— Могу вас заверить, — сердито ответила администратор, — что я не прислушиваюсь к чужим разговорам. У меня хватает других дел.

Барнеби расширил рамки допроса и спросил, как смерть работодателя повлияла на его сотрудников. Например, все ли они сохранили свое место.

Тут настроение собравшихся изменилось. Они смотрели друг на друга, улыбались и кивали. Лео Форчун ответил за всех. Барнеби поздравил их, но обратил внимание на кое-какие мелочи. Возможно, он поторопился сбросить со счетов этих людей. Сидя на углу письменного стола, он показал на своего лихорадочно строчившего помощника.