Кэролайн Грэм - Призрак в машине

— О да. Это бы я заметила.

Барнеби пришло в голову, что убийца мог знать график работы уборщицы. Впрочем, если Деннис действительно был таким скрытным, как его описывали, то убийца мог вообще не догадываться о ее существовании. Если только не жил в деревне. Как Лоусон.

— Я догадываюсь, что у вас есть ключи от дома. — Миссис Крудж кивнула. — Может быть, они есть еще у кого-нибудь?

— Ни у кого. Мистер Бринкли очень заботился о безопасности.

Это не укрылось от внимания главного инспектора.

— Мы видели несколько ключей, висевших на доске в гараже.

— Они от сарая в саду и прочих построек, — сказала миссис Крудж. — Но он боялся не столько взломщиков, сколько угрозы его драгоценным машинам.

Барнеби в сотый раз попытался поставить себя на место Денниса Бринкли. И в сотый раз потерпел неудачу.

— А как насчет посетителей? Кто-нибудь приходил к нему регулярно?

— Откуда я знаю? Когда я убиралась в Киндерс, он был на работе.

— А телефонные звонки? Вы когда-нибудь принимали сообщения?

— Нет. Мистер Бринкли всегда говорил, чтобы я не обращала на телефон внимания.

— У вас были ключи и от конторы тоже?

— Верно. Я убираю контору утром в субботу, когда там никого нет.

Барнеби улыбнулся.

— Думаю, теперь вы стали держателем акций.

— Мы с Эрнестом и так ими были, — ощетинилась миссис Крудж. — У нас есть акции «БТ». И «Бритиш Уотер».

Тут кто-то постучал в дверь, и женщина в форме принесла поднос. Три пластмассовых стакана, сахар и пластмассовая ложка.

— Ну что, начнем пир? — осведомилась миссис Крудж. Не приученная пить чай в головном уборе, женщина сняла фетровую шляпу, положила ее на пол рядом со стулом, бросила в стакан три куска сахара и размешала. — Вчера я видела вас в Эпплби-хаусе. Как прошло дело?

— Вы знаете Лоусонов? — спросил сержант Трой.

— Я работала у старой леди с пятнадцати лет, — ответила миссис Крудж. — И работаю до сих пор. По крайней мере, пока. Знаю Мэллори с детства. И помню, как там появилась Бенни.

— Должно быть, вы хорошо знаете мисс Фрейл.

— Я ее обожаю. Конечно, только благодаря мне она получила то послание от мистера Бринкли…

— Послание?

— Из мира духов. Именно я убедила ее сходить в церковь.

— В Церковь-за-Углом?

— Я вхожу в совет общины. И знаю все, что там происходит.

— Серьезно? — Барнеби отставил стакан, скрестил руки и положил локти на край стола. Он был очень, очень заинтересован. — Тогда расскажите нам об этом, миссис Крудж.

Эндрю Латам валялся в просторном гамаке с цветочным рисунком под фестончатым тентом, защищавшим его от солнца. Лежа на пухлых подушках, он тянул шелковый шнур, обмотанный вокруг пальцев, и лениво покачивал гамак. Рядом находился низкий столик, на котором стояли кувшин с газированной водой, блюдечко с дольками лимона и бутылка с синей этикеткой, на которой было написано «Столичная». Кроме того, там стояли часы с простым циферблатом и крупными цифрами. Часы были здесь самым важным предметом. Они напоминали Эндрю, когда он должен уйти, не оставив следов своего пребывания.

Сегодня Джильда была в салоне «Мальмезонская красавица». Ей предстояли массаж, паровая маска и восковая эпиляция. Всем этим должна была заниматься Шошона, ее личный косметолог. Эндрю пытался придумать более подходящее название профессии несчастной девушки, которой постоянно приходилось бороться с пышными формами Джильды, выпиравшими из всех нарядов. Уролог? Нет, уродолог.

Уродолог? Он громко расхохотался и пролил напиток. Не только на брюки, но и на подушку. Это было непростительно. Слава богу, водка была бесцветной и не имела запаха. Он перевернул подушку и решил, что пора собираться, но тут на подъездную аллею свернула какая-то машина.

Хотя машина была самой обычной, а на вышедших из нее мужчинах были простые деловые костюмы, Эндрю сразу понял, кто они. Он достаточно часто сталкивался с ними. Ох уж эти полицейские. Всюду их черти носят. Ты имеешь право находиться там, где находишься, а они получают это право, размахивая своими чертовыми корочками. Так случилось и на этот раз.

— Мистер Латам?

— Да. Чем могу служить?

— Мы расследуем смерти Денниса Бринкли и Авы Гаррет. Когда мы пришли утром в контору, вас там не было, поэтому…

— Поэтому вы приехали сюда днем.

— Совершенно верно. — Молодой полицейский подтянул стул и сел к круглому столу под большим зонтиком. — Не возражаете, если мы…

— Вообще-то я собирался…

— Сэр, я уверен, что это не займет много времени.

Тут рядом с ним уселся здоровяк. «Вот скотина», — подумал Эндрю и снова посмотрел на часы.

— Мне рассказали о том, как вы появились в фирме. — Барнеби повторил услышанное от Лео Форчуна, за исключением оскорблений. — Это верно?

— В основном да.

— Как вы ладили с мистером Бринкли?

Латам пожал плечами.

— Он делал свою работу, а я — свою. Мы не пересекались.

— Вы помните, что делали в день его смерти?

— Наверно, работал.

— Нам сказали…

— Не обязательно за письменным столом. Я много езжу. Иногда встречаюсь с клиентами у них на дому.

— Так же как сегодня, сэр? — Выражение лица Троя было невинным, голос — вежливым, взгляд — уважительным. При случае он тоже мог быть любезным.

— Это имеет отношение к вашему расследованию? — С этими словами Эндрю забрал бутылку, кувшин и часы. — Мне нужно сменить брюки. — Он исчез в доме, где вылил воду в раковину, а водку спрятал в ящике с нижним бельем.

— Он сильно вспотел.

— Сегодня жарко, — сказал сержант Трой.

Через несколько минут Латам вернулся. Теперь на нем был нарядный пиджак, галстук и другие брюки. Он жевал что-то зеленое. Барнеби узнал петрушку.

— Боюсь, я должен вас покинуть.

— Еще несколько вопросов, мистер Латам.

— Честное слово, не могу…

— Касающихся Авы Гаррет.

— Кого?

— Женщины-медиума, которую убили примерно неделю назад. В связи со смертью мистера Бринкли.

— Об этом писали во всех газетах, — напомнил Трой. — И показывали по телевизору.

— Да… Конечно, я об этом слышал. Но…

— Вы знали миссис Гаррет?

— Нет.

— Она жила в Форбс-Эбботе.

— Главный инспектор, обращаю ваше внимание на то, что я не живу в Форбс-Эбботе. Поэтому у меня не было возможности с ней познакомиться.

Тут на подъездную аллею вырулил большой «БМВ», по сравнению с которым желтый «пунто» Латама казался карликом. Из машины вышла огромная женщина и направилась к ним. Она была задрапирована в прозрачную серую ткань с серебряной отделкой. Сравнение с аэростатом воздушного заграждения было неизбежным.

— Что здесь происходит? — издалека рявкнула она.

Главный инспектор Барнеби хотел объяснить, но понял, что вопрос адресован не им, а Латаму, который тут же начал нести какой-то бессвязный вздор о клиенте, отмененной встрече, глупой секретарше и потерянной папке. В любой лжи есть часть правды, но даже Трой понимал, что Латам хватил через край.