Robert van Gulik - Убийство в Кантоне

— Подумать только! И это притом, что ваш хозяин — моряк!

— Господин связан с другой женщиной, — уверенным тоном заявила Дананир, — а поскольку он человек честный, прямой и весьма утонченный, то относится к вам совершенно бескорыстно. А жаль.

— И его очень жаль, — заметила Даньязад, ведь мы обладаем обширными познаниями по части любовных утех.

— Бесстыжие девчонки! Да вы сами не понимаете, что несете! — гневно прикрикнул на них Чао Тай.

Даньязад вскинула крутую бровь.

— Мы посвящены во все тонкости любовной игры, — холодно заметила она. — До того как четыре года назад мореход выкупил вас у торговца Фана, мы были в услужении у его третьей жены и постоянно наблюдали их любовные утехи.

— Надо признать, они были крайне примитивны, — добавила Дананир. — Во всяком случае, третья жена неизменно жаловалась на недостаток разнообразия.

— Но почему вы обе говорите на этом кошмарном напыщенном книжном языке? — спросил сбитый с толку Чао Тай. — И откуда, во имя всех демонов, вы набрались таких длинных заумных слов?

— От меня, — раздался у него за спиной приятный голос морехода Ни. — Прошу прощения, что невольно заставил вас ждать, однако и вы, в свою очередь, немного опоздали.

Мореход был одет в белое платье из тонкой шерсти с красной каймой и красным же поясом, а голову его украшало нечто вроде высокой шапки, вышитой разноцветным шелком.

Он подвинул себе низкое кресло, и Даньязад тотчас встала рядом. Ее сестра опустилась на колени и глянула на Чао Тая с дерзкой улыбкой, а тот, сложив руки, вызывающе уставился на нее.

— Садитесь, садитесь! — нетерпеливо сказал мореход Чао Таю, а близнецам сурово бросил: —Вы забыли о правилах вежливости! Бегите и приготовьте нам душистого чая! И приправьте его мятой.

Обе девушки мигом исчезли.

— Они очень смышленые: знают северный диалект, кантовский, арабский и персидский. Мне доставляет удовольствие читать с ними на ночь наши и чужеземные книги, да и сами девочки постоянно роются в моем собрании текстов. Ну что ж, господин Чао Тай, я рад убедиться, что с вами все в порядке. Прошлой ночью у вас, по видимому, не возникло неприятностей.

— А почему вы решили, что они могли произойти? — осторожно спросил Чао Тай.

— У меня есть глаза, мой друг! И я видел, как арабский бандит и душитель-танка приглядывают за вами с удобного местечка у двери!

— Да, я тоже заметил эту парочку. Но эти люди не имели к вам никакого отношения. Кстати, из-за чего они сцепились с подавальщиком?

— О, он просто отказался подать вина танка. Знаете, принято считать, будто эти отверженные оскверняют все, чего коснутся. Поэтому-то подавальщик и разбил его чашу для вина. Кроме того, я заметил, что какой-то бородатый мошенник тоже не сводил с вас глаз. А когда он выскользнул следом за вами из лавки, я сказал себе: «Похоже, у тайвэя могут возникнуть кое-какие неприятности».

— А почему вы вдруг произвели меня в эту должность?

— Потому что успел заметить, как блеснул ваш значок, господин тайвэй. Как и тот бородатый. Кроме того, я слышал, что в Кантон с двумя помощниками прибыл знаменитый судья Ди. А когда встречаешь двух высокопоставленных чиновников с севера, которые из кожи вон лезут, изображая мелких служащих, это волей-неволей наводит на размышления…

Чао Тай промолчал, и хозяин дома повел речь снова:

— Прошлым вечером в чайных домиках ходили слухи, будто судья Ди собирает во дворце совет, желая обсудить особенности здешней торговли с иноземцами. Но судья Ди знаменит раскрытием кровавых злодеяний, а чужеземных купцов, хоть они и заламывают чудовищные цены, преступниками не назовешь, и это опять-таки привело меня к определенным сомнениям. Наконец, сопоставив все это с тем, что оба помощника судьи Ди, переодетые в лохмотья, крутились у причала, я не мог не задаться вопросом: «Какие неприятности назревают здесь, в Кантоне?»

— Вы определенно умеете складывать два и два! — улыбнулся Чао Тай. — Но мы и в самом деле здесь для того, чтобы присмотреться к торговле с арабами. Там, где много дорогих заморских товаров, а пошлины очень высоки… — Он, не договорив, умолк.

— Так, значит, вас интересуют те, кто старается не платить пошлин? — Мореход погладил усы. — Что ж, от этих арабских мошенников всего можно ожидать.

— А как насчет подданных Поднебесной, что ведут с ними дела? К примеру, господина Яо Тайцая. Думаю, вы его знаете?

— Немного. Яо — ловкий делец, выбился из низов и стал одним из богатейших торговцев города. Но он распутник, а это дорогое увлечение. У Яо куча жен, наложниц и просто любовниц, причем всех их он содержит в роскоши; только не спрашивайте меня, на что им приходится ради этого идти, их развлечения — не наше дело. Но возможно, Яо пополняет свои доходы еще каким-то образом. Однако, должен сказать, я ни разу не слышал о каких-либо тайных делишках. А я знаком практически со всеми, кто имеет вес и влияние в корабельном деле.

— А как насчет другого знатока торговли с арабами, господина Лян Фу?

— Ну, тут вы дали маху, господин тайвэй! — рассмеялся Ни. — Его имя не стоит даже упоминать рядом с именем Яо. Господин Лян — человек благородного происхождения, несметно богатый, но с очень скромными запросами. И он станет тайно ввозить товары? Даже смешно подумать!

Вошли близнецы с медным подносом. Пока они накрывали стол к чаю, мореход Ни с извиняющейся улыбкой пробормотал:

— Прошу прощения, что не могу принять вас более радушно, господин тайвэй! Я привык жить в большой усадьбе на юге города, во несколько лет назад мне пришлось оплатить ряд крупных денежных обязательств, и я продал ее. Но мне понравилась спокойная жизнь на берегу, и я решил не уходить в плавание так долго, как позволят мои сбережения. На море у меня хватало времени на раздумья, и я стал интересоваться тайнами бытия. А теперь провожу большую часть времени читая труды на эту тему. А чтобы не размякнуть, хожу в залы для упражнений, где бьются на мечах. Ладно, давайте теперь взглянем на мое собрание оружия.

Они подошли к стойке, и мореход поведал Чао Таю о достоинствах каждого меча, вдаваясь даже в такие подробности, как способы заточки. Затем он рассказал несколько историй о подвигах знаменитых кантонских мастеров боя на мечах. Близнецы, широко раскрыв подкрашенные глаза, жадно ловили каждое слово.

Внезапно вошла старуха и подала хозяину дома небольшой футляр.

— Извините, хозяин, вы будете читать? — спросила она.

Мореход подошел к окну и пробежал глазами послание, потом сунул его в рукав и, отослав старуху, повернулся к Чао Таю:

— Давайте выпьем еще чаю!

— Мне понравился ваш мятный чай, — заметил Чао Тай. — А вчера я попробовал у Мансура анисовый напиток. Тоже неплохо. Вы знаете этого человека?