Лорел Гамильтон - Торговля кожей

— Я американский маршал Анита Блейк, я исполняю действующий ордер на ликвидацию.

— Лечь на землю!

Я мельком заметила силуэт пистолета, нацеленного на меня. Я легла на землю, гадая, что же собирается делать Эдуард. Разумеется, если он сейчас выйдет на свет, он получит пулю. Коп целиком отдался тому, чтобы обезопасить от меня окружающих. Если тут появится еще один человек, вооруженный не менее серьезно, чем я, может произойти неприятный инцидент.

Тротуар был не таким чистым, каким я бы предпочла, когда прижималась к нему щекой. Я не была напугана, хотя, возможно, мне и следовало испугаться. Пуля хорошего парня будет для меня не менее смертельной, чем пуля плохого. В такие моменты я задумывалась над тем, насколько люди, которые издавали законы, понимали, как мы, маршалы, будем смотреться, расхаживая кругом с таким количеством огневой мощи на нас. Нам нужно носить значки на бронежилетах или там, где они будут бросаться в глаза чаще, чем обычно, иначе полиция подстрелит кого-нибудь из истребителей вампиров.

Я лежала неподвижно, прижатая его коленом, пока он надевал на меня наручники. Он начал обыскивать меня и обнаружил второй значок рядом с пистолетом, который располагался на моей талии. Он отстегнул значок, поднеся его к свету.

— Черт, — искренно выругался он.

Я не стала говорить: «Я же вам говорила». Я ведь все еще была в наручниках, а он все еще был вооружен. Однако я предприняла еще одну попытку достучаться до него:

— Я американский маршал Анита Блейк, я служу в сверхъестественном подразделении и в данный момент я исполняю действующий ордер на ликвидацию.

— Так вы тут на вампиров охотитесь? — поинтересовался он.

— Это моя работа, офицер, — пробубнила я.

Мне очень хотелось поднять голову с бетонной дорожки, чтобы вести беседу цивилизованно, но я боялась, что он воспримет это как попытку встать. Очередного недоразумения мне бы не хотелось.

Он вновь присел возле меня, хотя в этот раз он не прижимал своим коленом мою спину.

— Я увидел ваш арсенал, к тому же, вы попытались скрыться, — оправдывался он, снимая с меня наручники и отступая в сторону.

— Я могу встать? — спросила я.

— Конечно.

Я осторожно поднялась. После подобных недоразумений всегда возникает желание наброситься на того парня, который заковал вас в наручники и заставил, образно говоря, землю жрать. Я подавила это стремление, поскольку добром бы оно не кончилось.

Он протянул мне обратно мой значок. Я забрала его и пристегнула на место, рядом с браунингом.

— Мой напарник находится дальше по этой аллее. Маршал Форрестер, вы не могли бы выйти на свет, чтобы офицер мог вас увидеть? — крикнула я.

Не знаю, как отнесся бы к этому Эдуард, но у нас были при себе значки, а раз так, мы должны были соблюдать некоторые правила игры.

Эдуард показался на свету, руки его были на самом виду, немного приподнятые вверх, так что было видно, что в них ничего нет. Он застегнул свою ветровку с крупной надписью «Маршал США» на груди. Я понятия не имела, что случилось с той ветровкой, которую он дал мне поносить.

— Офицер, — поздоровался Эдуард голосом Теда, умудрившись даже улыбнуться.

— Маршал, — поприветствовал его полицейский. Он поднял свой пистолет вверх, кобура все еще была расстегнута. — Я собираюсь проверить вас по рации. Ничего личного.

— Если бы мне довелось обнаружить людей с такой огневой мощью, я бы тоже проверил, — подбодрил его Эдуард, все еще спокойный и улыбающийся.

Я знала, что он не стал бы тратить время на проверку, предпочитая либо разобраться со всем самостоятельно, либо закрыть глаза на происходящее, поскольку это была не его проблема.

Офицер Томас, согласно надписи на его именной табличке, отошел от нас чуть в сторону, стараясь не поворачиваться к нам спиной. Он включил микрофон, прикрепленный на его плече, и начал тихо с кем-то разговаривать. Он был на приличном расстоянии от нас, так что мы не могли его слышать, что было удобно. Он пытался найти кого-нибудь, кто мог бы подтвердить наши слова. Пока он не свяжется с шерифом Шоу, нам ничего не грозит.

Время от времени он издавал одобрительные звуки, даже издалека было понятно, что он соглашается с кем-то. Он убрал руку с микрофона, направившись к нам.

— Вы прошли проверку. Прошу прощения за недоразумение, — извинился он.

— Без проблем, — искренне ответила я.

Я собиралась связаться с кем-то, с кем можно было бы поделиться моим мнением о том, что новый закон, предписывающий нам таскать при себе небольшой арсенал, приведет к тому, что кого-нибудь из истребителей вампиров подстрелят.

Эдуард опустил руки, сохраняя добродушный вид, и сказал:

— С другой стороны, мы бы не отказались, чтобы нас подбросили обратно до участка.

— Без проблем, — ответил Томас.

Он открыл рот, словно собирался что-то спросить, но затем передумал. Готова поспорить, он собирался выяснить, куда подевалась наша машина, но он промолчал. Копы, как и мужчины в целом, предпочитали лишних вопросов не задавать. К тому же, он и так уже заставил меня тротуар целовать, возможно, теперь он хотел продемонстрировать хорошие манеры.

— Чур я поеду спереди, — сказал Эдуард.

— Ладно, — согласилась я.

Что-то в этом слове подсказало ему, что я недовольна. Мы слишком хорошо знали друг друга, чтобы пытаться что-то скрыть. Он посмотрел на меня, его лицо было наполовину в тени, освещенное светом уличного фонаря вдалеке.

Он обратился к Томасу:

— Мы через минутку.

Настал наш черед отступить подальше, чтобы офицер не мог нас услышать.

Я хотела рассказать Эдуарду хотя бы часть своего сна и спросить, чем, по его мнению, интересовалась Вивиана. Как она узнала? Что ей известно? Изменила ли Бель Морт мой сон, или она имела какую-то связь с тиграми в Лас-Вегасе? Кошачьи были ее подвластными животными, как и у Мамочки Тьмы. Но Эдуард не был силен в подобной метафизической фигне. Он знал обо все этом не больше, чем я. Мне необходимо поговорить с кем-то более осведомленным. Мне необходимо поговорить с Жан-Клодом с глазу на глаз.

— Что с тобой? — спросил Эдуард, поворачиваясь спиной к офицеру Томасу.

— Не знаю. Мне срочно нужно задать пару вопросов Жан-Клоду наедине.

— Вивиана спрашивала тебя о твоем сне, — догадался он.

Я посмотрела на него, осознав, что он не только заметил это, но и понял по большей части.

— Я видела сон и он был увлекательным, — намекнула я.

— Увлекательным, говоришь? Разговор с Жан-Клодом может повременить, или мне отвлечь на время офицера Томаса? — спросил он.

Я задумалась на секунду.

— Давай вернемся к Олафу и Бернардо. Заодно посмотрим, что там с Паолой Чу и ее делом. Я попытаюсь переместить метафизику на задний план, — предложила я.