Лорел Гамильтон - Торговля кожей

Я ела свой сэндвич с жидким соусом, так как была не из робких. Давным-давно, я не могла бы съесть смешанный сэндвич после осмотра места происшествия вроде этого. Но это было раньше. Либо вы перешагнете через это, либо нет. Думаю, я перешагнула.

— Ты помнишь адрес жрицы? — Спросила я.

Эдуард только взглянул на меня, и взгляда было достаточно. Конечно, он помнил адрес. И он был в городе раньше, и это был Эдуард, что означало, что он помнил все места, где был. Он съел свой политый сэндвич одной рукой, пока вел. Он сделал это аккуратно и легко, тогда как я боролась, чтобы не капнуть соусом на жилет, двумя руками и с кучей салфеток. Хотя Кока была хороша, и она не капала на меня.

Мой мобильный телефон зазвонил. Я по-настоящему подпрыгнула, пролив немного колы. Много бы отдала за спокойствие. Я неловко поставила напиток в подстаканник, и вынула телефон из кармана.

— Да.

— Анита, это Нечестивец. Мы приземлились в Вегасе. Где ты?

Я пыталась представить его на другом конце телефона. Он должно быть одет во что-то дизайнерское и хорошо оснащен, и очень современно. Его светлые волосы подстрижены длинно, но аккуратно. Он был одним из тех совершенных мужчин, которым к тому же удавалось быть приятными, хотя красота, вероятно, сделала бы его счастливее.

— Кто еще прилетел с вами, кроме Истины? — Я не спрашивала, был ли Истина с Нечестивцем. Они были Нечестивой Истиной на протяжении столетий. Два брата, два наемника, два вампира, которые были одними из лучших воинов, которых я когда-либо видела; но больше всего впечатляло то, что они были одними из лучших воинов, которых знал Жан-Клод, во всем вампирском мире. Теперь они были нашими мускулами, но они не были едой. Я перешла эту черту только один раз, чтобы спасти жизнь Истины, но, кроме этого случая, я их не трогала.

— Реквием, Лондон, Грэхем, Хевен, и немного других верльвов, и несколько вергиен.

— Львы и гиены — силовики или еда? — спросила я.

— Силовики.

— Хорошо, — сказала я.

— Запиши мой номер.

— Ты главный?

— Жан-Клод поручил силовиков мне.

— Как отнесся к этому Хэвен?

— В конце концов, у нас со львом Рексом будет разговор, но не сегодня.

Что означало, что Хэвен хотел быть ответственным, но вынужден был подчиниться власти Жан-Клода, неохотно.

— Постой, ты сказал, что отвечаешь за силовиков. А за что еще нужно нести ответственность?

— Ну, — сказал он, — технически, я главный телохранитель на этой операции, но Реквием занимает третье место в структуре власти в Сент-Луисе, так что босс он.

— Это логично, я полагаю. — Я не была уверена, что испытываю по поводу того, что руководит Реквием, и тем более в Вегасе. Он был мастером вампиров, но он также был угрюмым как ад, и мы с ним не очень хорошо ладили в последнее время. Я попыталась исключить его из списка еды, и вот теперь он был в Вегасе, когда я находилась далеко от дома и моих обычных мужчин.

— Ты что-то очень задумалась, Анита, — сказал Нечестивец. — Почему ты не рада, что Реквием здесь?

Я не обязана была объясняться с Нечестивцем по поводу Реквиема и меня, поэтому я сказала:

— Я говорила Жан-Клоду не посылать тех, кто не может позаботиться о себе в бою. Я никогда не видела Реквиема в бою.

— Он неплох, но, честно говоря, Жан-Клод не хотел отправлять нас на территорию других вампиров без кого-то, кто мог бы быть более дипломатичным, чем все остальные. Реквием здесь только в случае необходимости вести переговоры с Максом и его людьми.

— Как я уже сказала, Нечестивец, это логично.

— Теперь спроси меня, какое у Реквиема прикрытие на этом задании.

— Прикрытие, он здесь, чтобы представлять интересы Жан-Клода, верно?

— Да, но это только на случай, если дела с Максом пойдут плохо. Он бы счел оскорблением то, что к нему отправили так много людей, но Жан-Клод объяснил, что мы будем заботиться о твоей безопасности от серийного убийцы.

— Звучит разумно, — сказала я едва ли счастливо.

— Макс хотел поставить своих охранников вокруг тебя, Анита.

— Нет, — сказала я.

— Это компромисс.

— Какой компромисс? — Спросила я, не в силах сдержать нетерпение в голосе.

— Реквиема одолжили в качестве танцора в ревю Макса.

— Он ненавидит стриптиз.

— Да, а я ненавижу пытать людей, но я очень, очень хорош в этом.

Я не знала, что сказать на это, поэтому проигнорировала.

— Не могли бы мы просто сказать Максу, что каждый человек — это еда для меня?

— Мы можем объяснить телохранителей для тебя. Мы можем объяснить Яблоко Крови для тебя, это Лондон. Но мы не можем сказать Максу, что тебе нужно так много пищи, Анита. Это было бы практически признанием в том, что ты не контролируешь ardeur. Реквием собирается изучить клуб Макса в возможной роли гостя, и если она сработает для него, тогда Жан-Клод согласится иногда одалживать других танцоров.

— Макс ждет этого уже давно, — сказала я.

— Этим мы и объяснили визит Реквиема.

— Почему мне все это рассказываешь ты, а не Реквием?

— Он успокаивает обиды среди нашей маленькой группы.

— Как они могут так себя вести? — спросила я.

— Ты сказала Жан-Клоду подобрать людей, которые могут постоять за себя в драке, Анита. Это означает, что у нас есть куча больших собак в одном помещении, борющихся за одну и ту же кость. Реквием и я можем справиться с этим, но я подумал, что тебе следует знать, до того, как ты столкнешься с этим.

— Спасибо, — сказала я.

— Теперь, где ты?

— На пути к окраинам города. Мы собираемся опросить свидетеля.

— Ты ела?

— Твердую пищу всего несколько минут назад.

— Но не жидкую пищу? — Жидкая пища была сленгом среди вампиров для крови, а в последнее время я заметила, что некоторые из них называли этим же словом мое кормление сексом, или эмоциями. Я не могла с этим поспорить, я полагаю, хотя часть меня и хотела.

— Нет, — сказала я.

— Ты приближаешься к четырнадцати часам между кормлениями, Анита. У тебя есть кто-нибудь рядом с тобой, на всякий случай?

Я облизала губы.

— У меня есть добровольцы на случай чрезвычайной ситуации, но нет, на самом деле нет.

— Насколько вы далеко, и на какой дороге? — Спросил он.

Я спросила Эдуарда и он объяснил мне. Я повторила его слова Нечестивцу.

— В это время ночи будет быстрее, если один из нас прилетит к тебе.

— Кто из вас может настолько хорошо летать? И если это «Реквием», он не может прийти сам. Он может быть хорош в бою, но хорошо не означает достаточно. Я не хочу оставлять никого из наших людей одного, пока мы не возьмем эту сволочь.

— Ты действительно думаешь, что Витторио схватит кого-то из твоих людей?

— Послушай меня. Кто может летать достаточно хорошо, чтобы прийти ко мне?

— Я могу, Истина может. Я спрошу остальных. — Он поставил телефон на беззвучный режим, пока я ждала. Зная Нечестивца, я была уверена, что он просто спросит Лондона и Реквиема, кто из них летает лучше. Я понятия не имела.