Лорел Гамильтон - Торговля кожей

— Ты выглядишь более безвредной, чем мы, — сказал Эдуард, и начал раздавать куртки другим мужчинам.

Бернардо принял свою куртку без комментариев и просто надел ее, вынимая сзади косы привычным движением. Некоторые жесты говорят не о том, мальчик вы или девочка, но только о том, насколько длинные ваши волосы.

Олаф тоже поместил свой значок на шнурок на шее. Я отметила, что мы оба сделали это, но куда еще можно было повесить значок, когда Вы носите футболку? У меня на самом деле была одна из клипс и я пару раз цепляла значок на мой рюкзак, но я попадала в ситуации, когда его приходилось снять, и я оставалась и без рюкзака, и без значка. У меня был значок на поясе рядом с браунингом, потому что вы всегда показываете значок, когда показываете пистолет. Просто хорошие навыки выживания, и спасает от вызова других копов некоторыми впавшими в панику гражданскими лицами, заметившими оружие. Ваш значок может понадобиться посреди драки между полицией и плохими парнями. Он помогает полиции не стрелять в тебя. Да, быть девушкой и выглядеть совсем не как коп помогало хорошим парням понять, что я на их стороне, но, когда вы тонете в адреналине, иногда происходят несчастные случаи. И если значок на виду, по крайней мере, несчастный случай будет не по моей вине.

Эдуард прикрепил свой значок на одежду, с тем, чтобы он был бы вдвойне заметен, и Бернардо последовал его примеру. Были еще моменты, когда Эдуард мог заставить меня чувствовать себя новичком. Я размышляла, наступит ли когда-нибудь время, когда я искренне поверю, что мы равны. Наверное, нет.

Я не была фанатом пустынных ландшафтов, но кто-то с какой-то явной целью разместил кактусы, траву и камни так, что все текло. Это создавало иллюзию воды, сухой воды, текущей в форме и цвете камней и растений.

— Мило, — сказал Бернардо.

— Что? — Спросила я.

— Сад, формы — мило.

Я посмотрела на него и вынуждена была дать ему очко за наблюдательность.

— Это просто камни и растения, — сказал Олаф.

Я перевела дыхание, чтобы сказать кое-что, но Эдуард прервал меня.

— Мы здесь не для того, чтобы любоваться ее садоводством. Мы здесь, чтобы поговорить с ней о ее убитом прихожанине.

— Я не думаю, что они называют их прихожанами, — сказал Бернардо.

Эдуард посмотрел на него, и Бернардо развел руками, как бы говоря, извините. Почему Эдуард внезапно стал настолько напряженным?

Я сделала к нему шаг, и вдруг ощутила это тоже. Это был слабый гул по коже, вниз по нервам. Я посмотрела вокруг двери и наконец нашла на крыльце. Это была мозаичная пентаграмма на симпатичном раскрашенном камне, установленном в бетоне на крыльце. Она была заряжена, заряжена заклинанием.

Я дотронулась рукой до Эдуарда.

— Тебе стоит сойти с коврика.

Он взглянул на меня, затем туда, куда я указывала. Он не стал спорить, просто шагнул немного в сторону. Его плечи приподнялись в заметном напряжении. Может быть, Эдуард только думал, что он не мог чувствовать такие вещи. То, что он был немного телепатом, могло бы объяснить, как ему удалось оставаться в живых все эти годы во время охоты на сверхъестественных ползучих тварей.

— Я не видел его, — сказал он, — хотя искал.

— Я не видела его, пока ты не начал вести себя слишком напряженно, — сказала я.

— Она сильна, — сказал он, когда звонил в дверь.

Я кивнула.

Олаф посмотрел на нас обоих, как будто он не знал, какого черта только что случилось. Бернардо сказал:

— Колдовской знак на крыльце. Обойди его.

— Это не колдовской знак, — успела я сказать, прежде чем дверь открылась.

Высокий человек отворил дверь. Его темные волосы были коротко побриты, глаза у него были темные, и он не был рад нас видеть.

— Что вам нужно?

Эдуард соскользнул прямо в личину доброго старого приятеля Теда. Вы могли бы подумать, что мне уже пора было привыкнуть к тому, как легко он становится кем-то другим, но меня это все еще пугало.

— Маршал США Тед Форрестер; мы звонили заранее, чтобы убедиться, что г-жа Биллингс будет дома. Или, вернее, маршал Анита Блейк звонила. — Он улыбался, когда говорил это, и просто излучал обаяние. Не это скользкое обаяние, как у некоторых мужчин, а энергию старого доброго приятеля. Я знала некоторых людей, которые делали это естественным образом, но Эдуард был первым человеком, которого я знала, кто мог включать и выключать ее, как выключатель. Он всегда заставлял меня задуматься, был ли он больше похож на Теда, задолго до того, как его заполучила армия. Что звучало странно, так как Тед был им, но вопрос все-таки казался стоящим внимания.

Человек посмотрел на удостоверение Эдуарда, потом посмотрел мимо него на нас. — Кто они?

Я подняла значок на шнурке, делая его еще более заметным.

— Маршал Анита Блейк, я звонила и разговаривала с г-жой Биллингс.

Бернардо произнес голосом, таким же энергичным и доброжелательным, как и у Тэда:

— Маршал США Бернардо-Конь-в-Яблоках.

Олаф пробурчал позади нас.

— Отто Джеффрис, маршал США. — Он поднял свой значок так, чтобы человек мог видеть его над плечами остальных. Бернардо сделал то же самое.

Женский голос позвал из глубины дома:

— Майкл, пусти их.

Человек, Майкл по-видимому, сердито посмотрел на нас, но освободил проем двери. Но прежде, чем он пустил нас на порог, он сказал, понизив голос.

— Не расстраивайте ее.

— Мы сделаем все возможное, чтобы не расстраивать, сэр. — Сказал Эдуард голосом Теда. Мы вошли в дверь, но что-то в Майкле за моей спиной заставило меня повернуться так, чтобы я могла держать его в поле зрения. По сравнению с остальными в доме, я могла дать ему чуть более шести футов, которые делали его выше, чем Бернардо, но ниже, чем Олафа. Был момент, когда мы все столпились в фойе, и я увидела, насколько Эдуард меньше, чем другие мужчины. Всегда было трудно помнить, что Эдуард был не так высок, всего пять футов и восемь. Он был просто одним из тех людей, которые казались выше, чем были на самом деле, иногда физическая высота и рост — разные вещи.

Гостиная, вероятно, была таким же большим разочарованием для Бернардо, как и вид снаружи, потому что это была типичная комната. В ней стоял диван и несколько стульев, и она была окрашена в веселый светло-синий, с намеками на розово-оранжевый на подушках и некоторых безделушках. На длинном кофейном столике стоял чайный набор, с достаточным количеством чашек для всех. Я не говорила ей, сколько человек придет, но там стояло ровно четыре чашки. Телепаты, люблю их.

Фиби Биллингс сидела там, ее глаза были слегка красными от слез, но улыбка была спокойной и понимающей. У моей наставницы Марианны была такая же улыбка. Она означала, что она знала что-то, что мне было нужно, или наблюдала за мной, когда я работала над уроком, который мне необходимо было выучить, а я упрямилась. Ведьмы, которые также являлись консультантами, очень хорошо разбирались в том, как привести вас к вашей реализации в свое время, потому что в случае спешки вы могли каким-то образом разрушить кармический урок. Да, Марианна иногда подгоняла меня, не давая мне направления, но, поскольку одна из вещей, над которой по ее мнению я должна была работать, было терпение, это все равно было полезно для меня. Раздражает, но хорошо, так она говорила. Я находила это в основном раздражающим.