Джеффри Дивер - Разбитое окно

– Дом на сколько примерно комнат? – задала вопрос Сакс.

– Анфилады и анфилады.

– Некоторые эсэсдэшники должны иметь на это деньги, – рассудил Райм. – И прежде всего высокое начальство.

– Далее, ваш подозреваемый проявляет высокую активность, а значит, вынужден вести двойной образ жизни. Условно назовем одну половину «тайной» жизнью, вторую «показной». Ему приходится существовать в реальном мире, чтобы пополнять и обслуживать свою коллекцию. Следовательно, он маскируется под нормального гражданина. Возможно, для этого у него имеется второй дом или именно часть единственного большого отведена под вторую жизнь. Он, конечно, может предпочесть жить в этой секретной половине среди своих сокровищ, но тогда посторонние неизбежно начнут обращать внимание и недоумевать, задавать вопросы. Так что все равно должно быть какое-то жилое пространство, общепринятое для человека его социально-экономического положения. Если помещения разные, то они наверняка сообщаются или расположены поблизости. Скорее всего под жилье отведен первый этаж, а наверху или в подвале он и содержит свою коллекцию.

Теперь что касается личности. Его «показная» половина являет собой почти полную противоположность тому, что он есть на самом деле. Скажем, настоящий «5-22» – подлый и мелочный. Тогда на публике он спокойный, сдержанный, незлобивый, вежливый.

– Он мог бы оказаться крупным бизнесменом?

– Запросто. И сыграл бы эту роль очень, очень правдиво. Он вынужден быть хорошим актером, переступая через себя, ненавидя весь мир. Иначе его сокровищнице будет угрожать опасность, а это для него совершенно неприемлемо.

Добинс ознакомился с представленным на доске описанием преступника.

– Вижу, вы предполагаете присутствие детей? Я в этом сильно сомневаюсь. Просто у него в коллекции есть игрушки. И это тоже связано с его детством. А кроме того, осмелюсь почти со стопроцентной уверенностью утверждать, что он холостяк. Было бы странно встретить среди барахольщиков женатого мужчину. Они слишком одержимы собирательством, чтобы жертвовать своим временем и жизненным пространством ради другого человека. К тому же трудно сыскать женщину, настолько преданную подобному типу, чтобы жить с ним посреди свалки.

Так, теперь насчет сигарет и спичек. Он, конечно, собирает сигареты и спичечные коробки, но вряд ли курит сам. Барахольщики, как правило, окружены штабелями газет, журналов и прочими легко возгорающимися предметами. Ваш клиент, конечно, сумасшедший, но не дурак. Он не станет рисковать своей коллекцией, балуясь с огнем. Или раскрывать свою тайную жизнь перед пожарной командой. У него, вероятнее всего, нет особого интереса к нумизматике и живописи. Страсть к собирательству заставила его присвоить чужие монеты и картину, вместо которых могло быть что угодно.

– И все же, он может жить вблизи антикварного магазина?

Добинс рассмеялся:

– Его жилище само выглядит как антикварный магазин – только без покупателей, естественно… Ну вот, пожалуй, и все, что я могу сказать. Добавлю лишь, что этот тип очень опасен. Насколько я понял, вы уже несколько раз становились у него поперек дороги. Теперь он ненавидит вас и готов не задумываясь убить любого, кто посягнет на его сокровищницу. И я не преувеличиваю, поверьте.

Детективы поблагодарили полицейского психолога. Он пожелал им удачи и отправился домой. Сакс обновила описание преступника в соответствии с высказанными им соображениями.

• Мужчина.

• Вероятно, не курит.

• Вероятно, не женат, не имеет детей.

• Предположительно белый либо светлокожий цветной.

• Нормального телосложения.

• Физически сильный – способен задушить жертву.

• Имеет доступ к устройству, маскирующему голос в микрофоне.

• Вероятно, знаком с компьютерами; пользуется сайтом OurWorld + другими социально-сетевыми сайтами?

• Отрезает от жертв «сувениры» и хранит их. Садист?

• Часть жилого/рабочего помещения темная и сырая.

• Ест чипсы/острые приправы.

• Носит рабочие ботинки «Скетчерс» 11-го размера.

• Барахольщик, страдает патологической одержимостью.

• Придерживается двойного образа жизни.

• Под внешней порядочностью скрывается подлая натура.

• Жилище: неарендованное, разделено на две половины – обычную и секретную.

• Окна завешаны или закрашены.

• Применит насилие, защищая свою коллекцию от посягательства.

– Есть что-нибудь ценное? – спросил Купер.

Райм лишь неопределенно пожал плечами.

– Ты что думаешь, Сакс? Может это быть кто-нибудь из твоих новых знакомых в «ССД»?

Она тоже пожала плечами.

– Я бы сказала, Гиллеспи подходит больше всего. Мне он показался просто ненормальным. Зато Кассел самый скользкий и отличается показушным поведением. Арлонзо-Кемпер женат, что, если верить Терри, снимает его с дистанции. С техническими менеджерами я не общалась, надо спрашивать Рона.

С мелодичной трелью на экране возник номер телефона входящего звонка. Это был Лон Селлитто; он уже вернулся домой, но, очевидно, продолжал работать над планом «Операции „Эксперт“», составленным Раймом при его содействии.

– Команда, ответить… Лон, как дела?

– Все в порядке, Линк.

– Что нового?

– Смотри выпуск новостей в одиннадцать часов. Все узнаешь. А я ложусь спать.

Райм отдал телефону команду «отбой» и включил телевизор, стоящий в углу лаборатории.

Мел Купер пожелал Райму и Сакс спокойной ночи и уже начал собирать свой чемоданчик, когда компьютер издал призывный сигнал. Эксперт взглянул на экран.

– Амелия, тебе пришло сообщение по электронной почте.

Сакс подошла и села перед компьютером.

Райм спросил:

– Это о Гордоне, от полиции штата Колорадо?

Сакс молча читала длинный текст, и чем дальше, тем выше ползли вверх ее брови. Она запустила пальцы в свои длинные рыжие волосы, завязанные в хвост на затылке, и впилась ногтями в кожу.

– Ну что?

– Мне надо отъехать, – сказала Сакс, быстро вставая.

– Сакс! Что случилось?

– К делу не относится. Если понадоблюсь, позвони.

С этими словами она скрылась за дверью, оставив после себя загадочную дымку недоговоренности вместе с едва уловимым ароматом полюбившегося ей в последнее время лавандового мыла.

Расследование по делу «5-22» продвигалось быстро.

Однако жизнь всегда подбрасывает копам неожиданные головоломки, их приходится решать «без отрыва от службы».

И недаром Сакс стояла сейчас в нерешительности перед аккуратным бруклинским особнячком неподалеку от своего дома. Наступила чудная ночь. Амелию овевал легкий ветерок, насыщенный запахами цветущей сирени и прошлогодней прелой листвы. Куда приятнее сейчас было бы просто присесть тут же на бордюр или дверной приступок вместо того, чтобы заниматься тем, что ей предстояло.