Софи Ханна - Маленькое личико

Мой телефон. Я пришла за ним. Стряхивая оторопь, иду к комоду и выдвигаю ящик. Как я и думала, телефон там. Выключен. Если я безумна, как все считают, откуда же я знала, где искать? Ведь Вивьен сказала, что мой мобильник на кухне.

Включаю и звоню Саймону Уотерхаусу. В нашу прошлую встречу детектив дал мне номер сотового – почему-то не захотел, чтобы я звонила ему на службу. Листок я разорвала, а номер запомнила. Шепотом диктую сообщение: мы должны встретиться снова – завтра в «Чомперсе», мне срочно нужно с ним поговорить. На сей раз, внушаю я себе, мы найдем общий язык и он поверит моим словам. Мы станем союзниками, и он мне поможет. Сделает все, о чем попрошу.

Возвращаюсь на лестницу и пару секунд прислушиваюсь: Дэвид по-прежнему говорит с Расселом. Слов я теперь не разбираю – Дэвид не повышает голоса, но, судя по интонации, у них с Расселом есть пока что обсудить. Как я и надеялась. Можно быть спокойной, закончат они еще не скоро.

Чтобы не возбуждать подозрений, телефон нужно вернуть в комод, но я не могу себя заставить и цепляюсь за него, как за символ своей независимости. То, что я залезла в ее спальню и унесла телефон, Вивьен может списать на помешательство.

Торопливо соображаю, куда бы его спрятать. Если положить обратно в сумку, Вивьен снова заберет его, как и в тот раз. В доме есть лишь одна комната, где Вивьен никогда не бывает, – кабинет ее сына. Туда нельзя заходить никому, кроме Дэвида, но и тот вряд ли хоть раз заглядывал после рождения Флоренс. Домработницам, что убираются раз в неделю целый день, строго запрещено открывать эту дверь, поэтому в кабинете гораздо меньше порядка и намного больше пыли, чем в других комнатах. Там все заставлено компьютерами и музыкальной аппаратурой, всюду этажерки с дисками: классика и полное собрание «Адам и муравьи» [27]. На книжных корешках странные, непроизносимые названия – научная фантастика, ну и несколько каталожных шкафов.

Осмотревшись, решаю, что лучше всего спрятать телефон за одним из них. Уже собираюсь сунуть руку в щель, но тут мой взгляд падает на компьютер. Ведь я могу связаться с внешним миром – нормальным миром за стенами «Вязов».

Опускаюсь на вращающийся стул и включаю компьютер, надеясь, что тихий гул не слышен снаружи. Стараюсь не волноваться, так и так все выяснится уже через пару секунд: если я себя выдам, Дэвид тотчас примчится. Сижу, выжидая, а сердце колотится. Все тихо. Сквозь дверь слышу, как Дэвид снова кипятится: спор с Расселом в самом разгаре. Медленно перевожу дух. На этот раз обошлось.

На дисплее появляется маленькая панель для ввода пароля. Беззвучно чертыхаюсь. Я-то думала, что Дэвидов компьютер, как и мой на работе, помнит пароль и загружается автоматически.

Пишу: «Феликс», но выскакивает сообщение, что пароль неверный. Пробую «Элис», «Флоренс» – не подходит. Тогда набираю: «Вивьен», и по спине бежит холодок. Не срабатывает. Ну и слава богу.

Может, только женщины обычно берут для паролей имена любимых, а мужчины – что-то другое? Но какие у Дэвида значимые слова? За футбольные команды он не болеет. Тут я понимаю, что Дэвид мог придумать что-нибудь и похитрее: случайное слово, не имеющее к нему отношения, – «маджонг», «канделябр»… Или, скажем, географическое название. Я пробую «Спиллинг», но и это не подходит.

Закрываю глаза и напряженно думаю. Что еще? А собственно, чего я вообще трепыхаюсь? Слов миллиарды, и паролем может оказаться любое. Даже если бы я успела перебрать те, которые Дэвид точно не взял бы… И тут мне приходит шальная мысль, я едва не смеюсь в голос. Но отчего не попробовать? В конце концов, мне ли не знать, как Дэвид любит всякие гадкие шуточки.

Набираю «Лора» и жму ввод. Панель исчезает, экран заливает голубоватое свечение. Вновь слышится негромкий треск, и в нижнем правом углу монитора появляются песочные часы. Я настолько потрясена, что в глазах все плывет. Этот компьютер Дэвид купил всего полгода назад, но выбрал для пароля имя ненавистной бывшей жены. Почему? «Ты всегда была у меня второй после Лоры. Ты знала?» Нет, не поверю ни за что. Наверняка Дэвид сказал так лишь для того, чтобы меня добить.

Впрочем, сейчас раздумывать некогда. Спешно иду на «Хотмейл» и пытаюсь зарегистрироваться. Но это не так просто, как я думала. Обливаясь потом, заполняю графу за графой.

Когда я наконец завожу себе почтовый ящик с адресом AliceFancourt27@hotmail.com, кажется, прошло несколько часов.

Снизу доносится голос Дэвида. «Все равно», – говорит он с такой интонацией, что меня берет испуг: судя по всему, Дэвид заторопился. Не иначе, ему не терпится узнать, чем я тут занимаюсь. Слишком долго оставалась без присмотра. Нажимаю кнопку, и экран моментально чернеет. Выскакиваю из кабинета, бегу в спальню и, оставив дверь приоткрытой, слушаю.

– Нет, я тебе позвоню на выходных, – говорит Дэвид. – Да? А когда вернешься?… Нет, тогда лучше давай сейчас. Прочти, что они там пишут, если письмо под рукой.

Я собиралась отправить письмо Брайони: поблагодарить за мягкую игрушку, которую она прислала для Флоренс, и сказать, что было бы здорово встретиться через пару недель, когда все утрясется. Ведь надо обязательно верить, что все наладится. Будь у меня время, я потом описала бы ей ужасы последних дней, рассказала об исчезновении Флоренс и появлении Маленького Личика. Не терпится все ей рассказать, ведь я знаю, что Брайони ни на миг не усомнится в моих словах, но, подумав, я решаю не рисковать. В таком напряжении, как сейчас, я не могу просчитать всех последствий, какие на меня обрушатся, если я не успею отправить письмо.

Лора! Сколько раз Вивьен называла ее при мне чудовищем, злодейкой и хищницей – пока та была жива и даже после смерти! Я сбилась со счета. Мне всегда казалось, что Дэвид относился к Лоре так же. Только сейчас до меня дошло, что думать он мог как угодно, но ни за что не посмел бы перечить матери. Невероятно: после всех издевательств Дэвида я чуть не плачу от того, что полгода назад он выбрал для компьютерного пароля не мое, а Лорино имя.

– Погоди-погоди, – повышает голос Дэвид. – Они совершенно не рубят фишку. Поставщик у нас абсолютно адекватный, и нам предлагают условия, которые…

Смотрю на телефон в руке. Идти обратно в кабинет – значит искушать судьбу. Но где еще можно его надежно спрятать, ума не приложу, в голове абсолютная пустота. Рискну все-таки в кабинете. Главное, я знаю, что ни Дэвид, ни Вивьен никогда не догадаются, что я отважилась туда войти, не говоря уж о том, чтобы прятать там свои вещи.

Засовываю руку в щель между ближайшим каталожным шкафом и стеной. Пожалуй, телефон поместится, хотя и с трудом. Натыкаюсь пальцами на какой-то острый угол. Кажется, картон, но там тесно и ухватить не получается.