Александр Трапезников - Проект «Мегаполис»

— И отличным сутенером, — добавил Сергей, но деньги спрятал в карман.

В конце концов это личное дело Ястребовой. А из проституток, как известно, выходят самые лучшие и преданные жены, потому что они уже наелись до отвала. Однако ну и подружка у Светы!

— Если девица разыщет свою пропавшую Мальвину, — продолжил Савва, круто высморкавшись, — то недурно бы уломать и ту. Знаешь, парами отправлять как-то удобнее, да и им вместе спокойнее.

Сергей сначала даже не понял, что Савва имеет в виду Свету.

— Вот это ты, пожалуйста, оставь, — сказал он. — А не то твой нос поймает мой кулак.

— Святое не замай, да? Эх ты, чудик! Я же им светлое будущее устраиваю. Чего не смогли сделать господа коммунисты и демократы.

Сергей лег спать расстроенный. Снилась какая-то чертовщина. Голая Мила Ястребова верхом на помеле, приглашающая его покататься, слетать на пару деньков в Каир, и лишь только он решился сесть на древко позади нее, как очутился под куполом цирка висящим со связанными руками, а внизу почему-то расстилалась водная гладь; зрители шумели, смеялись, показывали на него пальцами, и среди них мелькнуло грустное лицо Светы, мокрое от выплаканных слез. Кто-то щелкнул ножницами — кажется, это был Герман, — перерезая веревку, и Сергей камнем полетел вниз, но тотчас был пойман в огромный сачок. «Полезайте в наши сети!» — скандировали зрители, словно тысяча отбойных молотков, а хором управлял Василий Федорович, размахивая дирижерской палочкой. Одет он был в арестантскую пижаму, к спине припечатан герб Советского Союза.

Вдруг все смешалось, завертелось, понеслись куда-то пожарные машины, выскочили люди в черных масках, камуфляжной форме и с автоматами в руках, стали палить в воздух, и Сергей очнулся, но тотчас же провалился в другой сон, еще более гнусный и глубокий. Снова он летел, но в этот раз на маленьком самолете, причем сам держал штурвал в руках. Внизу виднелся какой-то незнакомый город, от которого поднимались с воздушными потоками зловонные испражнения. «Папа, — услышал Сергей за спиной голос Танечки, — я хочу домой». Откуда она взялась, ведь, когда он садился в кабину, в самолете никого не было? А в шлемофоне раздавалась одна и та же команда: «Выбери цель. Пикируй. Выбери цель…» Штурвал больше не слушался его, неуправляемая машина вошла в штопор и со страшной скоростью помчалась к земле, где их обоих ожидала смерть. «Нет!» — закричал он, в последние секунды увидев перед собой лицо матери. И пронесся огненный смерч, выплеснув его расплавленное тело в небо.

— Ты чего орешь? — нагнулся над ним Савва. — Утро уже, вставай.

— Сначала убери нож, — ответил Сергей.

— Ты что, спятил? Какой нож?

— Который ты держишь за спиной.

Правая рука Саввы была завернута за спину, и он делал вид, что почесывает поясницу. Глаза его сузились, стали совсем другими, зловещими и безжалостными.

— И верно, нож. — Он медленно вытащил руку, показывая длинное лезвие с зазубринами. — Вот гаденыш, догадался-таки. И что же мы теперь будем с тобой делать?

Сергей хотел рвануться, но подушка придавила его лицо, а в грудь и живот стали проникать косые удары, которые убийца наносил быстро, ловко, с размахом, напевая при этом:

«Эх, раз, еще раз, еще много, много раз!.. — Потом сдвинул с лица подушку. — Жив еще, клоун несчастный?»

«Как видишь», — ответил Сергей, трогая раны. Больше всего его удивляло то, что из них не вытекло ни капли крови. Что же он, не человек, значит? Куда же она вся подевалась?

«Сейчас поглядим, — угадал его мысли Савва и встал на четвереньки. — Может быть, она под кровать натекла? Точно! Вся тут, как шарики ртути. Сейчас соберем да обратно тебя нашпигуем — вот так, вот так!» — и он начал тыкать с пола ножом, через матрац.

Сергей дернулся и проснулся. В комнате было темно.

— Чепуха какая-то, — пробормотал он, встал и, пошатываясь, побрел на кухню, где с жадностью присосался к крану с холодной водой.

Внезапно резко зазвонил телефон, и Сергей, оторвавшись от водопоя, мутно посмотрел на аппарат. Стрелки часов показывали полтретьего ночи. Что за придурки наяривают в такое время? Схватив трубку, он прорычал:

— Кого надо?

— Сергея, — ответил слабый, жалостный женский голос.

И, несмотря на какие-то помехи на линии, Сергей узнал его: это была Света. Несомненно, она. От волнения перехватило горло, стало трудно дышать.

— Я здесь, около подъезда, — сказала она. — Выйди, мне нужна твоя помощь.

— Сейчас, жди!

Сергей бросил трубку, побежал в комнату и начал лихорадочно одеваться, не попадая ногой в штанину. Как она тут очутилась, ночью, одна? Ах, ну да, наверное, взяла телефонный номер у Милки. Только бы не ушла, как в прошлый раз. Скорее… Хлопнув дверью, Сергей пулей слетел с лестницы, выскочил из подъезда и огляделся. Телефонная будка напротив была освещена, возле нее стояла девушка в бежевой куртке.

— Кто вы? — спросил он, подходя ближе и с ужасом вглядываясь в изменившиеся черты лица, синие круги под глазами, седые пряди волос.

— Это же я, Света, — безжизненным, монотонным голосом ответила женщина, которой можно было дать не меньше сорока лет. — Прости… Прости, что я предала тебя.

«О чем она говорит?» — мелькнуло в голове Сергея, и тут он почувствовал, что руки его намертво схвачены в запястьях железными браслетами. Двое громил сжали его с обеих сторон, а из-за спины вышел усмехающийся Мишка-валютчик.

— Пришлось воспользоваться девочкой, — гнусно произнес он. — Я знал, что она выведет меня на тебя. Мы с ней славно побаловались. Смотри! — Он рванул платье, обнажая иссеченное свежими порезами тело. — Долги надо платить, Серый, я предупреждал. А теперь мы займемся тобой.

По его знаку Сергея и Свету затолкали в телефонную будку, а дверь подперли железным ломом. Затем стали обливать стенки бензином из канистры.

— Быстрее, быстрее! — торопил Мишка. — Скоро рассвет.

Внезапно они остановились, замерли, испуганно переглянувшись. С урчанием к телефонной будке подъехал милицейский «уазик». Сергей посмотрел в пустые, омертвевшие глаза Светы.

— Спасены, — прошептал он.

Из машины вышли трое милиционеров с автоматами.

— Стоять! — грозно приказал один из них, наводя дуло на Мишку.

— Лежать! — добавил второй. — К ноге!

А третий довольно спокойно спросил:

— Чего это вы тут, хлопцы, затеяли? Будку подпалить хотите? Это же государственное имущество.

— Да мы заплатим, — начал юлить Мишка. — Она ж пустая, даже аппарата нет. Все равно скоро все будки менять будут на новые. Указ мэра вышел.

— А-а-а… Вышел все-таки? Тогда добре! Давно пора от этой старой рухляди избавиться. А то льют в ней кому не лень, только вонь на весь район.

Первый милиционер подхватил канистру и стал плескать из нее на стенки. Сергей бешено застучал лбом по стеклу.