Лина Бенгтсдоттер - Аннабель [litres]

– С моей стороны это была всего лишь попытка начать разговор, но, конечно же, я могу перейти прямо к делу. Почему вы расстались?

У Андерса зазвонил телефон. Взглянув на дисплей, он сделал жест Чарли, что это важный звонок, на который он должен ответить. Напарник отошел в сторону, далеко от мостков.

– Почему вы расстались? – снова спросила Чарли.

– Потому что все полетело к чертям, – Вильям сплюнул в воду.

– А почему?

– Точно не могу сказать. Просто все полетело к чертям. Ведь иногда так бывает. И вовсе нет, – продолжал он, – я вовсе не ревнивый психопат, если вы так подумали.

– В таком случае, тебе лучше было бы этого не говорить, – проговорила Чарли.

Вильям переспросил, что она имеет в виду, и тогда она объяснила, что психопаты редко описывают себя как психопатов: отсутствие самокритики является частью болезненного состояния.

– Так вы думаете, что я психопат?

– Я тебя не знаю, – Чарли сняла обувь и села рядом с ним на краешке мостков. – Ты психопат?

Вильям улыбнулся.

– В таком случае я бы все равно не признался.

«Этот парень точно не дурак», – подумала Чарли.

– Ты любил ее? – спросила она. – Любил Аннабель?

Вильям пожал плечами. Сам он всегда считал, что да. Одно время они даже поговаривали о том, чтоб съехаться и жить вместе после школы. В Стокгольме или в Гетеборге. Аннабель пошла бы учиться в университет, а он нашел бы себе работу. В большом городе это, наверное, не трудно. Он готов был заниматься чем угодно, лишь бы не учиться. Чертовски устал от зубрежки.

Чарли почувствовала, что разговор зашел не туда.

– Когда вы расстались, – сказала она. – Что ты испытал, когда вы с Аннабель расстались?

Вильям покачал головой и ответил, что ему было очень грустно.

– Вы с ней поссорились в тот вечер, когда она пропала?

– Нет. Во всяком случае, я такого не помню.

– У тебя бывают проблемы с памятью?

Глаза Вильяма сверкнули огнем. Нет, не больше, чем у других. Ей, возможно, известно, что алкоголь плохо действует на память.

«Мне это слишком хорошо известно», – подумала Чарли. Она продолжала задавать обычные вопросы: как вела себя Аннабель, не казалась ли она расстроенной в тот вечер, когда он видел ее в последний раз, в каком состоянии она была. Не обратил ли он внимание на что-либо необычное. Но ничего нового не выяснилось.

Спрашивать дальше не имело никакого смысла, и она поняла, что единственный шанс заставить его говорить – это молчание. Она устремила взгляд на воду, на водомерок, скакавших по воде, на стайку рыбок под ними, на красноватое волнистое песчаное дно.

Чарли уже собиралась сдаться, когда Вильям откашлялся.

– У меня сложилось впечатление, что она бросила меня, потому что повстречала другого.

– Почему?

– А разве не так обычно бывает? Встречают нового, а старого посылают.

Чарли кивнула и согласилась, что так тоже бывает, однако бросают и по другим причинам.

– В тот вечер Юнас и Сванте это обсуждали – что она меня променяла или что-то в этом духе. Юнас видел Аннабель с другим.

– Ты не спросил с кем?

Вильям покачал головой. Он не спросил, и не желал знать.

– Ты должен был рассказать об этом с самого начала, – сказала Чарли.

– Как-то даже не подумал. Люди много чего говорят.

– Вы со Сванте Линдером действительно лучшие друзья?

– Да, мы дружим, хотя Сванте ведет себя странно, когда выпьет. Наверное, мы оба становимся странными, когда напьемся, если уж до конца честно.

– Я слышала, что вы как-то подрались в пабе из-за Аннабель.

Вильям посмотрел на нее с искренним удивлением, и Чарли почувствовала, что, возможно, немного сгустила краски.

– А вчера, – продолжала она, – в пабе мне показалось, что у вас вышел спор на повышенных тонах.

– Да нет, ничего особенного, – сказал Вильям. – Ерунда. Даже не помню, в чем было дело. И мы никогда не дрались из-за Аннабель. Если вы имеете в виду то, что произошло во время музыкального фестиваля, то…

– Расскажи подробнее, – попросила Чарли.

– Тут не мы со Сванте подрались, тут мы с ним поставили на место Эрика – мужичка, который владеет заведением.

– Что ты имеешь в виду?

– Он стал лапать Аннабель. Прямо посреди танцпола, хотя она сама не хотела. Чертовски нагло.

Чарли попыталась скрыть свое волнение.

– А что, Эрик часто лапает молоденьких девушек?

– Не могу сказать. Как бы там ни было, после этого случая он больше не прикасался к Аннабель. Мы его припугнули. Думаю, в тот раз мы его реально напугали.

Чарли не могла вспомнить, что читала об этом происшествии в протоколах допросов. Почему это не всплыло раньше? Ведь свидетелей должно быть масса.

– Почему никто нам об этом не рассказал?

Вильям пожал плечами. Все были пьяные. Да и потом, никто не верил, что Эрик имеет отношение к ее исчезновению. Он типа идеальный отец семейства, который однажды не сдержался и стал лапать девчонку.

– А с чего ты взял, что он такой идеальный?

Вильям снова пожал плечами. Просто ему так казалось.

– А среди твоих знакомых есть такой тип, – спросила Чарли, – на которого сразу можно подумать, если девушка пропала?

– Не понимаю, к чему вы клоните.

– Я клоню к тому, что таких типов, возможно, довольно трудно распознать.

– Наверное, – кивнул Вильям.

– А определять, что важно, а что нет, ты с этого момента предоставишь полиции, хорошо?

– Хорошо.

– Если ты вспомнишь что-то еще о том вечере или о чем-то другом, о чем угодно, позвони мне.

Чарли протянула ему свою визитку и поднялась. Уходя, она чувствовала, что Вильям смотрит ей в спину. Не увидев Андерса, она предположила, что он, вероятно, пошел к машине.

«Кто этот Вильям Старк? – думала она, шагая по тропинке. – Расстроенный брошенный бойфренд, ищущий утешения с лучшей подругой своей бывшей девушки, или же он глубоко оскорблен? Это невозможно определить. Но у него алиби на момент исчезновения Аннабель. Он оставался в магазине до рассвета».

Зазвонил телефон. Буква «Х» на дисплее. Она намеревалась сбросить его, но по какой-то необъяснимой причине левый мизинец потянулся к клавише с зеленой трубкой.

– Чего тебе? – спросила Чарли.

Но это оказался не Хенрик. Это была незнакомая женщина, вся в соплях и всхлипах, которая представилась как Анна, жена Хенрика.

– Что ты себе думала? – спросила она.

Чарли остановилась.

– Что ты имеешь в виду?

– Мне просто интересно, что думает человек, когда… Ты ведь знала, что он женат?

Чарли собиралась разыграть наивность, но вовремя осознала, что уже поздно, и ответила, что знала. Она знала, что он женат, – но ведь это проблема Хенрика, а не ее.

– Правду о тебе говорят, – сказала Анна. – Верно, что ты совершенно бессовестная, что ты даже не… Я понимаю Марию, которая не хочет, чтобы ты работала с Андерсом. Ты и с ним трахаешься?