Кэролайн Кепнес - Ты [litres]

– Стакан воды? – предлагает он.

– Конечно.

Делаю глоток. Черт, Бек! Изумительно вкусно.

– Хочу предупредить сразу. Я помечаю кое-что в записной книжке по ходу консультации, но очень немногое. Предпочитаю хранить все тут.

Стучит пальцем по лбу и улыбается. Такая ухмылка бывает либо у серийных убийц, либо у добрейших людей в мире – среднего не дано. Неудивительно, что он работает психотерапевтом. Разбирая чужие фобии и извращения, уходит от своих. Когда он улыбается, становятся видны его химически отбеленные зубы, совершенно не вяжущиеся с напряженным грустным лицом.

– Итак, Дэн Фокс, давайте посмотрим, что за хрень с вами творится.

С ним исключительно легко говорить. Я ожидал, что будет как на приеме у врача, а оказалось больше похоже на болтовню с приятелем в курилке. Он интересуется, откуда шрамы, я рассказываю про аварию по пути на лыжную прогулку (поездка в ЛК) и про нападение грабителей после работы (Кёртис со своими корешами). Потом он переходит к личным вопросам:

– Дэн, у вас есть девушка?

– Да, – отвечаю я (девушка у меня вполне может быть, тут нет ничего подозрительного), но добавляю, что проблема не в ней (она потрясающая). Сообщаю о своем обсессивно-компульсивном расстройстве.

– Какая у вас обсессия?

Я неплохо разбираюсь в психологии, Бек, и знаю: для того, чтобы втереться к человеку в доверие, надо найти общее.

– Это прозвучит странно, но все ваши альбомы… Понимаете, я очень удивился, когда их увидел, потому что сам повернут на «Ханидрипперс». Вернее, на одном их клипе.

– Мне они тоже нравятся. Клип, случайно, не Sea of Love?

– Откуда вы знаете?! – восклицаю я. Все, теперь мы друзья. Рассказываю ему, что постоянно хочу смотреть клип (тебя), думаю о нем (о тебе) и мечтаю попасть внутрь (в тебя). Жалуюсь, что потерял интерес ко всему остальному, кроме него (тебя), и хочу как-то это изменить.

– Ваша подружка злится на вас из-за этого?

– Нет. – Я головой мотаю (моя подружка будет самой счастливой женщиной на земле – какая злоба?). – Я сам на себя злюсь, доктор.

– Зовите меня Ники, – возражает он. – У меня нет докторской степени, только магистерская.

Я хочу спросить, почему же тогда ты называешь его доктором Ники, но не могу. И тут он заявляет, что после того как я открылся, будет честно и ему рассказать немного о себе.

– Хотя по моему лицу, наверное, и так понятно. Я сорокапятилетний бывший наркоман, несостоявшийся басист с магистерской степенью по психологии. Обожаю рок-н-ролл, но музыкант из меня не получился, поэтому помогаю людям – работаю психотерапевтом.

– Круто, Ники, – говорю я. Мне странно и смешно произносить это имя. Новое слово в моем лексиконе – Ники.

Спрашивает о детстве, говорит, что сам из Куинса, я говорю, что из Бедфорд-Стайвесанта. Оказывается, терапия – это просто болтовня. Может, ты действительно просто хочешь перерасти свои проблемы. Может, однажды я и сам стану психотерапевтом. А что? Почему нет? Развешу по стенам бежевого кабинета свои любимые книги в рамках и буду болтать с пациентами, такими, как я или ты.

Ники сообщает, что пора подвести итоги и составить план. Ловлю себя на мысли, что мечтаю получить домашнее задание.

– Дэнни, нам предстоит большая работа. Для начала попробуй представить, что живешь в доме.

Никогда у меня не было дома, только квартиры.

– И в твоем доме завелась мышь.

Слышишь, Бек, теперь ты – мышь.

– Она совсем крошечная, а ты большой и сильный, – продолжает он совершенно серьезно. – У тебя есть руки и мозги.

А у тебя только вагина, Бек. Я соглашаюсь с Ники.

– Ты можешь дотянуться до дверной ручки, Дэнни. Расставить ловушки.

Ловушки!

– Однако жизнь – подлая штука, и иногда в доме становится темно.

Он показывает на свою голову, я киваю. Знакомое чувство.

– И тогда приходит мышь.

Ты пришла в мой магазин и заманила меня.

– Иногда становится настолько темно, что ты не в состоянии нащупать дверную ручку: можешь только слушать, как мышь бегает по твоему дому, жрет твою еду и гадит на пол. Ты вообще забываешь, что дверь есть, Дэнни. И наша задача здесь – включить свет.

– Верно.

– Расставить ловушки.

– Верно, – повторяю я громче.

– Открыть дверь, взять метлу и выгнать мышь прочь! – восклицает Ники, рассекая ладонью воздух. – Или, если потребуется, убить ее.

Не теперь.

– Не стану врать, Дэнни, задача трудная.

– Вам приходилось работать на стройке? – спрашиваю я и понимаю, что сморозил глупость, но он улыбается и отвечает:

– Как-то подрабатывал летом в юности. А ты?

– Тоже, как-то летом в юности, – повторяю я за ним, как идиотский попугай. Вспоминаю последние две недели, когда я ночи напролет просиживал с твоими трусами в обнимку, пялясь на дыру в стене, которую сначала пробил из-за тебя, а потом прикрыл ради тебя. – Да, доктор… – начинаю я, но он мотает головой. – То есть Ники. Мне надо найти дверную ручку.

– Обязательно найдешь. А если образ дома и мыши тебе не подходит, можешь представить клип как прыщ. Выдавишь его, и все – даже следа не останется, если будешь за кожей нормально ухаживать.

Нет, ты не прыщ. Ты мышь.

– Я думал, прыщи – не ваша специализация.

– Фигня, – отмахивается он и смотрит на часы. – Записываю на четверг?

Из кабинета я выхожу другим человеком, Бек. Пятьдесят минут с Ники, и словно глаза открылись. Мир стал объемным и ярким, как будто я 3D-очки надел, или косячок выкурил, или тебя оттрахал. Вроде как под кайфом, только все четко. Иду в парк и включаю клип Sea of Love на телефоне, чтобы освежить его в памяти. Девочка там вполне ничего, блондиночка, цвет волос, как у Боуи. Удивительно, терапия уже подействовала: я смотрю эту древнюю психоделическую чушь и ощущаю себя счастливым. Впервые за долгое время. А главное – отпустил страх. Ты не спишь с Ники, ты просто проецируешь на него свои переживания. Я видел что-то подобное в «Повелителе приливов». Ники – профессионал, он не нарушит врачебную дистанцию.

Спускаюсь в подземку. Я люблю жизнь, Бек. И я спокоен. И силен. И готов ждать тебя сколько потребуется. Меня не тянет проверять твою почту. Я пишу себе (хоть Ники и не задавал):

«Дорогой Джо, у тебя в доме мышь. Когда она будет готова, ты убьешь ее, и она превратится в девушку твоей мечты. Будь терпелив. Будь искренен. Всего наилучшего, Дэн Фокс».

В первый раз за две сумрачные недели я чувствую, что ты опять мне близка. Обожаю психотерапевтов, Бек.

На следующем приеме я рассказал Ники о своем воодушевлении после первой встречи. Он заявил, что это обычная реакция – слышишь, Бек, я нормальный! Она связана с появлением новых перспектив.

– У меня есть свой дом за городом. Я пару раз в месяц езжу туда – но не за тем, чтобы подышать свежим воздухом, а чтобы обрести свежую перспективу.