Женя Декина - Плен

– А кто у тебя на работе? Редактор?

Катька зарыдала снова и ничего не сказала. Нина не стала приставать, чтобы не расстраивать. У сестры что-то происходило, а они молчали, все молчали и ничего не хотели говорить.

Даниэль, похоже, тоже ничего не знал – расспрашивал Нину, кто приходит к Катьке и почему она теперь его избегает. Нина обязательно сказала бы ему, но она не знала. Отвечала, что никто не приходил, и это была правда. И что не избегает, а ее правда дома нет, хотя Катька в это время сидела у себя в комнате и слушала, о чем они говорят. Когда Даниэль ушел, Нина не выдержала и спросила. Вид у Катьки был такой, будто она сделала что-то очень стыдное, но не идет признаваться. Нина знала это ее выражение лица, но в этот раз произошло что-то вправду серьезное.

– Ты его избегаешь?

Катька помялась:

– Ну, просто пока видеть не хочу.

– Ты его разлюбила?

Катька вздохнула и начала перебирать учебники, но не оттого, что правда что-то потеряла, а просто чтобы не отвечать.

– Про кого мама говорила тогда? Что он женатый? Это редактор?

– Дался тебе этот редактор! – разозлилась вдруг Катька. – Он старый и страшный!

– А кто тогда?

Катька вышла.

Это был какой-то мужик из мэрии, кажется, заместитель мэра. У него были красивые накрахмаленные рубашки, золотые часы и водитель. Мужик целовался с Катькой в кустах за трамвайной остановкой, куда Нина зашла, чтобы срезать путь до дома. Она спряталась, но они услышали шум и пошли в машину. Сначала пошел мужик, сел, машина проехала немного вперед и подобрала Катьку уже за остановкой. Так подбирали проституток за заправкой.

Вот все и открылось. Катька ошиблась. Она думала, что любит Даниэля и родит с ним детей, но поторопилась, занялась с ним сексом и теперь разлюбила. И влюбилась в женатого мужика из мэрии. Нине стало так страшно за сестру, что она вернулась на остановку и заплакала. Как же теперь сложится Катькина жизнь? Что она будет делать с Даниэлем, с тем, что она уже не девственница, а мужик женат? А если обо всем этом узнает мама? Что она с ней сделает? Нина плакала бы еще, но на остановку медленно притопала толстая бабушка с тележкой и принялась совать Нине мелочь – думала, что та потеряла деньги и теперь не хватает на билет.

Нина торопливо ушла. Машина теперь стояла в конце переулка. Водитель, скучая, прогуливался по улице и медленно курил. Нине не надо было в ту сторону, но она все равно пошла, чтобы сказать Катьке, что она зря все это делает. Водитель косился на Нину, хмурился, но молчал. А когда Нина проходила мимо машины, та покачивалась, и оттуда было слышно Катьку. Наверное, ей и с этим было больно – она не сильно, но тоже постанывала. Нину удивило, что можно заниматься сексом прямо в машине, она не понимала, как они там расположились. Там же тесно.

Дома Нина попыталась поесть, но еда не проглатывалась – очень хотелось плакать от обиды за Катьку: ее сестра, как проститутка, занимается в машине сексом с мужиком, изменяет Даниэлю, с которым тоже занималась сексом тайно. Мужик дарит Катьке дорогие вещи, Катька пытается подарить их маме. Мама злится и догадывается. Это чувство, что они все замарались, запутались вместе с Катькой, вся их семья, оно было настолько противным, что Нина пошла в комнату и легла, чтобы хоть как-то успокоиться.

Она заснула, и разбудила ее вернувшаяся Катька. Заметив, что Нина спала, Катька присела к ней на кровать, погладила по голове, и Нина расплакалась и обняла ее так крепко, как только могла. Ей казалось, что Катьку надо держать и не отпускать никуда, ни к кому из них, ни к Даниэлю, ни к мужику из мэрии, ни к маме. Пусть она сидит тут с ней, и все это со временем как-нибудь забудется и изменится само. И Катька снова станет прежней, ее любимой веселой и бойкой сестрой. Катька немного опешила от такого объятья и от того, сколько боли за нее у Нины во взгляде. Она прилегла к ней и тоже обняла. Гладила Нину по голове и спрашивала часто:

– Ну чего ты, а? Нин… Ну? Что у тебя случилось?

Нина захлебывалась от слез и мотала головой, чтобы Катька поняла, что случилось не у Нины, а у Кати, но та никак не хотела понять.

– От тебя чужим пахнет, – ответила Нина, чуть успокоившись.

Катька попыталась пошутить:

– Ты из-за этого плачешь?

– Нет. Мне за тебя страшно. Кать, как ты теперь будешь, а?

– Ты о чем?

– Ты же все испортила. Ты теперь уже не девственница, и не сможешь выйти замуж, и спишь в машине с женатыми мужиками как проститутка.

– Чего? – Катька от неожиданности села.

– Я все видела.

– Ты следишь за мной, что ли?

– Нет, я хотела по короткому пути, а там вы были, а потом, пока я плакала и бабушка меня отвлекла, вы уже в переулок заехали, и я там шла… Кать, чего теперь с тобой будет, а?

– Все хорошо будет.

– Как хорошо, если уже все хуже и хуже?

– Нин, тебе мама лапши навешала своей церковной, на самом деле все не так.

– Почему не так? Человек живет, чтобы рожать детей, а для этого надо семью. А для семьи надо замуж. И быть девственницей.

– Нет. Времена изменились, все давно уже по-другому.

Нина успокоилась и села тоже.

– А как?

– Ну… Сейчас же все со всеми спят, и это нормально. И потом уже семью создают. Детей рожают.

– Ага, а потом разводятся или женам изменяют, как этот мужик из мэрии.

– Он разведется.

В этот момент в комнате как-то появилась мама. Она была не просто сердитой или расстроенной. Она была в ярости. Она схватила Катьку за плечо и выпихнула из комнаты. Катька от неожиданности чуть было не стукнулась о дверь лицом, но вовремя увернулась и ударилась боком. Мама закрыла дверь, оставив Нину одну, потом вернулась и прошипела:

– Тут сиди.

Они ушли на кухню, и там Катька рыдала взахлеб, а мама бубнила что-то страшное, чего Нина не слышала, но, видимо, это было очень обидно, потому что Катька рыдала сильнее и сильнее. Нина сидела на кровати и старалась успокоиться. Вот все и раскрылось. Теперь мама обидится на Катьку, и они будут несколько дней молчать. Хорошо, что завтра не выходной, может, они отвлекутся и помирятся быстрее. Хотя после такого страшного вряд ли забудется быстро.

Марина вышла на работу только после обеда, но ее никто ни о чем не спросил, и весь день ей казалось, что в цеху уже знают и косятся. Она держала лицо и делала вид, что все в порядке. После обеда стало сложнее – к ней подошла мама одного из одноклассников дочери. Она была так взволнована, что хватала Марину за руки, заглядывала прямо в лицо и тараторила, что Нину обязательно найдут. Марина рассказала о хамском следователе, и стало легче.

Она не представляла, как теперь жить дальше. Будто бы все, что у Марины было, она всю жизнь вкладывала в младшую. Впахивала, копила и относила и думала, что складывает это в секретную ячейку банка за железной дверью, отдает под надежные проценты, – но оказалось, что просто ставит на одну из многочисленных клеточек в казино. И теперь из рулетки вывалилась ось, потерялся шарик, обвалился потолок. Игра закончилась. И Марина проиграла.