Александр Варго - Ожившие

— Все ждешь посланников от своего дяди? — усмехнулся Эд, когда его приятель вернулся назад. — Забудь об этом, Слава. По крайней мере, на ближайшие пару дней. Не видишь, какие тут у нас приключения начинаются?

— Отвяжись, — недовольно буркнул Вячеслав. Изуродованное лицо мужчины в рубке вызывало рвотные спазмы. — Мама родная, вы видели рожу этого… капитана Врунгеля? Полный трындец, кажись, ему нос акула откусила.

Эд хотел что-то сказать, но тут появился Айс с пледом. Ничего не говоря, он небрежно бросил его возле Татьяны. Плед отвратительно вонял плесенью, но ничего другого не было, и она, скривившись, накинула его на плечи.

— Куда вы направляетесь? — задал вопрос Эд.

Валик заметно напрягся. Айс задумчиво пожевал губами, словно вопрос поставил его в тупик.

— Мы возвращаемся, — сказал он наконец и уставился в океан.

— Это мы слышали еще вчера, — с сарказмом проговорила Катрин, но Айс и бровью не повел.

— У вас есть связь с землей? Телефоны? — спросил Эд.

Айс покачал головой.

— Как вы ориентируетесь?

— Он, — сказал Айс, кивнув в сторону Исви, — знает океан и все течения, как собака своих вшей. И никаких компасов с приборами ему не нужно.

— Хорошо. Мы очень надеемся, что вы поможете нам как можно быстрее оказаться на суше, — сказал Эд.

Айс чуть заметно улыбнулся.

— Я не верю им, — прямо заявил Вячеслав, когда тот куда-то отошел.

— Ты никому не веришь, — вполголоса сказала Татьяна. Исходящий от пледа запах был настолько мерзким, что она, задыхаясь от зловония, отбросила его в сторону. — С тех пор как тебе стали присылать фотографии, ты перестал верить самому себе.

— Ты посмотри на них. Они похожи на разбойников из «Бременских музыкантов» — «…говорят, мы бяки-буки…» — продолжал Вячеслав. — Я фигею от этих местных, психические негритосы какие-то. То Папаша Дриппи, великий трахальщик акул, со своими порнушными надписями, то Айс какой-то в чалме чучмекской… Случаем, не Ванилла Айс? [28] Американский рэп-музыкант, настоящее имя Роберт Ван Уинкл ( прим. авт.). — попробовал пошутить он, но никто не улыбнулся.

— У нас билеты на самолет сегодня в девять вечера, — вспомнила Катрин. Она толкнула локтем Валика: — Нас хватятся только завтра утром. У моего Димки шифер снесет, когда он въедет, что нас не было на самолете.

Она хотела еще что-то добавить и вдруг запнулась на ровном месте, глядя куда-то поверх головы Валика, в океан. Эд, заметив это, тоже посмотрел.

— Вот и мы. Легки на помине, — пробормотал он.

Темно-серые плавники неторопливо разрезали зеркальную гладь океана. Все, за исключением Айса, прильнули к борту. Какое-то время казалось, что акулы движутся хаотично, подныривая и мешая друг другу своими мощными гладкими хвостами, но когда катер тронулся с места, они выстроились в своеобразную колонну и целенаправленно поплыли вслед за ними.

«Во всяком случае, это не Локхом», — подумал Эд.

— Это чего это, а? — испуганно залепетал Валик, инстинктивно делая шаг назад. Ему еще никогда не доводилось видеть так близко акул.

Эд ответил, не глядя на ребят:

— Не буду утверждать, хотя существует поверье, что акулы чувствуют, когда на судне тяжело больной человек.

Он повернулся лицом к остолбеневшим людям:

— Или труп.

Полчаса прошло в абсолютном молчании. Айс, жмурясь на солнце, сидел на анкерке и беззаботно пялился по сторонам, разве что ногами не болтал, как ребенок. Исви молча управлял катером.

Поначалу его напугали слова Айса о том, что у него завелись черви, и он даже предпринял попытку выковырять их из гноящейся раны, но боль была настолько острой, что он, застонав, оставил это занятие. Его немигающие, выцветшие от палящего солнца и ветров глаза невидяще глядели перед собой, и было вообще непонятно, как он ориентируется в открытом океане.

Катрин с мрачным видом чинила порвавшийся браслет с фенечками. Вячеслав раздраженно перекладывал с места на место никак не желающие сохнуть туфли. Татьяна дремала.

Эд с Валиком стояли у борта. Юноша шумно сглотнул, нервно протер очки и снова напялил их на нос. Он не мог оторвать взгляда от прямо-таки гипнотического зрелища — акул. Их темные плавники неотступно следовали за катером, придерживаясь строго выбранной дистанции, не отдаляясь и не приближаясь.

— Не бойся, — мягко сказал Эд, видя, что Валик того и гляди запаникует.

— Откуда… вы знаете, что они чувствуют… ну, это? — Валик несмело поднял глаза на Эда.

— Так, читал кое-что. Говорят, еще в эпоху колонизации, когда на судах перевозили рабов-негров, акулы спешили к кораблям, как на званый ужин. И следовали за ними целые недели подряд, пока не получали свое.

— Как это?

— Рабы часто умирали, условия перевозки в те времена были сам знаешь какие, — пояснил Эдуард.

Валик поежился. В животе неприятно заурчало, и он только сейчас вспомнил, что последний раз ел почти сутки назад.

— Странно, но я до сих пор так и не понял, кто тут главный, — произнес Эд. — Хозяин судна больше похож на немого слугу. А этот Айс… откуда он вообще тут? И по-русски шпарит будь здоров.

— Я где-то видела его, — сказала отстраненно Катрин и чертыхнулась. — Вот только никак вспомнить не могу.

— Катрин? Я не ошибся, тебя ведь так зовут? — спросил Эд, и она кивнула, не поднимая головы.

— Давай спустимся вниз, к вашему другу, — предложил он. — Мы должны знать, что он там делает.

Лицо Катрин изменилось. Было видно, что она не горела желанием испытать еще одну встречу с Владом.

— Я все понимаю, но вы все-таки друзья, а меня ваш друг не знает и может принять за врага, — прибавил Эд для пущей убедительности.

Катрин усмехнулась и встала на ноги. Кеды она так и не обула, решив остаться босиком. «В общем-то, Эд прав», — подумала она.

— Слава, — позвал Эдуард. — Ты нам нужен.

Вячеслав с неохотой набросил на обгоревшие плечи высохшую рубашку.

— Мария Бравлина не рожала лентяев. Давай, что ли, чего у вас там, — важно проговорил он.

Дверь в каюту была закрыта, и Эд толкнул ее. Та со скрипом отворилась. Пригнувшись, Эд вошел первым, за ним проскользнула Катрин. Вячеслав топтался у входа, с любопытством заглядывая внутрь.

Влад сидел на койке. Тела Марины не было видно — оно было полностью скрыто под тряпками и разным хламом. Кроме безжизненно повисшей руки, пальцы которой с задумчивым видом перебирал Влад, при этом что-то тихо напевая.

— Привет, — сказал Эд. Он остановился у койки. — Меня зовут Эдуард, можно Эд.

— Валяй, Эд, паркуй свой шоколадный цех, — подмигнул ему Влад и, не выпуская из ладони пальцы Марины, указал мужчине на рваное покрывало, сплошь залитое кровью. — «И следы на постели напомнят про счастливую ночь» [29] Слова из песни группы «Сектор Газа» (прим. авт.). , — фальшиво пропел он. — Катрин, привет, — сказал Влад и ухмыльнулся.